Книга 2. Глава 8. Годовщина Смерти

Наступил октябрь, покрыв замок и его территории морозной сыростью. У медсестры мадам Помфри было много работы из-за внезапной вспышки простуды среди персонала и учеников. Её Перечное Зелье срабатывало немедленно, хотя у того, кто его выпил, потом несколько часов из ушей шёл пар. Джинни Уизли, которая выглядела бледноватой, его насильно заставил выпить Перси. Из-за пара, который выходил из под её огненных волос, казалось, что у неё пылала голова.

Целыми днями в окна замка стучали капли дождя размером с пулю; озеро поднялось, клумбы превратились в грязные ручейки, а тыквы Хагрида распухли до размера садового сарая. Однако, дождь не подмочил энтузиазма Оливера Вуда по поводу постоянных тренировок, поэтому одним дождливым воскресным вечером, за несколько дней до Хэллоуина, Гарри можно было увидеть промокшим до нитки и забрызганным грязью, очень поздно возвращающимся в гриффиндорскую башню.

Даже если бы не было дождя и ветра, это была не самая лучшая тренировка. Фред и Джордж, которые следили за командой Слизерина, воочию убедились, насколько быстры «Нимбусы-2001». Они доложили, что слизеринцы были похожи, скорее, на семь зелёных клякс, когда носились по воздуху словно ракеты.

Когда Гарри хлюпал по пустынному коридору, он наткнулся на кого-то, кто был так же чем-то озадачен, как и он. Почти Безголовый Ник, привидение башни Гриффиндора, грустно выглядывал в окно, бормоча под нос: «…не удовлетворяю их требованиям… полдюйма, если уж на то пошло…»

- Привет, Ник, - сказал Гарри.

- Привет, привет, - сказал Почти Безголовый Ник, вздрогнув и обернувшись. На нем была изысканная шляпа с плюмажем, из-под которой спускались длинные вьющиеся волосы, и туника с жёстким воротником, скрывавшим почти разрубленную шею. Он был бледен, как дым, и Гарри видел сквозь него тёмное небо и ливень за окном.

- Ты выглядишь обеспокоенным, юный Поттер, - сказал Ник, складывая прозрачное письмо и засовывая его в свой камзол.

- И ты тоже, - сказал Гарри.

- А, - Почти Безголовый Ник помахал изящной ручкой, - это неважно… хотя это не значит, что я не хотел бы вступить… думал отправить заявку, но, судя по всему, я «не удовлетворяю требованиям».

Несмотря на его легкомысленный тон, на лице у него была написана сильная горечь.

- Но это же очевидно, - внезапно взорвался он, вытаскивая письма из кармана, - что когда тебя ударили по шее тупым топором сорок пять раз, то можно и принять тебя в Безголовую Охоту.

- А… да, - сказал Гарри, которому явно следовало согласиться.

- Ведь никому не хотелось бы больше меня, чтобы всё прошло быстро и гладко, и моя голова слетела, как подобает, ведь это сильно избавило бы меня от боли и унижения. Однако… - Почти Безголовый Ник потряс письмо, чтобы оно открылось, и со злостью прочёл.

- «Мы можем принять лишь охотников, у голов которых дорожки с их телами разбежались. Вы поймёте, что в противном случае для членов будет невозможно принимать участие в таких мероприятиях как Жонглирование Головой на Скаку и Головное Поло. К моему глубочайшему сожалению, я должен сообщить вам, что вы не удовлетворяете нашим требованиям. С наилучшими пожеланиями, сэр Патрик Делэйни-Подмор.»

Сильно злясь, Почти Безголовый Ник снова спрятал письмо.

- Полдюйма кожи и сухожилий держат мою шею, Гарри! Большинству бы показалось, что всё в порядке, и голова отрублена, но нет, этого не достаточно для сэра Как Следует Обезглавленного-Подмора.

Почти Безголовый Ник сделал несколько глубоких вдохов, а потом произнёс куда более спокойным тоном:

- Итак… что тебя беспокоит? Могу ли я чем-то помочь?

- Нет, - сказал Гарри. – Только если не знаешь, где нам достать семь бесплатных «Нимбусов-2001» для нашего матча против Сли…

Оставшаяся часть предложения Гарри потонула в пронзительном мяуканье, донёсшемся откуда-то из области лодыжек. Он глянул вниз и увидел пару фонарно-жёлтых глаз. Это была Миссис Норрис, скелетоподобная серая кошка, которую смотритель Аргус Филч использовал как своего заместителя в бесконечной битве с учениками.

- Тебе лучше уйти отсюда, Гарри, - быстро сказал Ник. - Филч не в духе. Он подхватил грипп, а какие-то третьекурсники случайно размазали лягушачьи мозги по всему потолку в пятом подземелье; он всё утро наводил порядок, и если увидит, что с тебя повсюду накапала грязь…

- Ладно, - сказал Гарри, попятившись от обвиняющего взгляда Миссис Норрис, но всё же недостаточно быстро. Словно притянутый некоей таинственной силой, связывавшей его с глупой кошкой, справа от Гарри из-за полотна внезапно возник Аргус Филч, тяжело дыша и дико озираясь в поисках нарушителя. Вокруг его головы был обмотан толстый шерстяной шарф, а нос был необыкновенно сиреневым.

- Грязь! - завопил он, двигая челюстями, и, выкатив глаза, указал на грязную лужу, натёкшую с одежды Гарри. - Повсюду дерьмо и беспорядок! С меня хватит, говорю вам! Поттер, за мной!

Гарри мрачно помахал рукой Почти Безголовому Нику и последовал за Филчем обратно вниз по лестнице, удваивая число грязных следов на полу.

Гарри никогда ещё не был в кабинете у Филча; это было место, которого избегало большинство учеников. Комната была грязной, без окон и освещалась единственной масляной лампой, свисавшей с низкого потолка. В воздухе витал слабый запах жареной рыбы. Вдоль стен стояли деревянные шкафы с выдвигающимися ящиками; по ярлыкам на них Гарри понял, что в них содержались подробности про каждого из учеников, когда-либо наказанных Филчем. Для Фреда и Джорджа Уизли был выделен особый ящик.

Позади стола Филча на стене висела коллекция до блеска начищенных цепей и кандалов. Все знали, что он постоянно упрашивал Дамблдора позволить ему подвешивать учеников за ноги к потолку.

Филч схватил из горшочка на столе перо и начал рыться в поисках пергамента.

- Помёт, - бормотал он со злостью, - драконьи сопли… лягушачьи мозги… крысиные кишки… с меня хватит… покажу пример… да где же протокол… ага…

Он достал из ящика стола большой свиток пергамента и, развернув его перед собой, обмакнул в чернильницу длинное черное перо.

- Имя… Гарри Поттер. Преступление…

- Но это же всего лишь немного грязи! - сказал Гарри.

- Это для тебя немного грязи, мальчишка, а для меня это лишний час уборки! - заорал Филч, на конце распухшего носа которого качалась противная капля. - Преступление… загрязнение замка… предлагаемый приговор…

Утирая текущий нос, Филч недобро прищурился, глядя на Гарри, который, затаив дыхание, ждал вынесения приговора.

Но стоило Филчу опустить перо, как с потолка его кабинета донеслось оглушительное БА-БАХ!, отчего задребезжала масляная лампа.

- ПИВЗ! - взревел Филч, бросая перо в порыве гнева. - На этот раз ты от меня не уйдешь, я до тебя доберусь!

И, даже не взглянув на Гарри, Филч бок о бок с Миссис Норрис вылетел из комнаты.

Пивз был школьным полтергейстом, вечно ухмыляющимся и очень опасным созданием, который жил лишь для того, чтобы сеять хаос и смятение. Пивз не очень нравился Гарри, но он не мог не почувствовать благодарности за эту отсрочку. Он надеялся, что то, что сотворил Пивз (а звук был такой, как будто на этот раз он сломал что-то действительно очень большое), сможет отвлечь Филча от Гарри.

Полагая, что ему, видимо, следует дождаться Филча, Гарри плюхнулся в изъеденное молью кресло возле стола. Кроме полузаполненного протокола, на столе была только одна вещь: большой глянцевый сиреневый конверт с серебристой надписью. Быстро взглянув на дверь, чтобы убедиться, что Филч ещё не возвращается, Гарри взял конверт и прочёл:

БЫСТРОМАГ
Заочное Обучение
Основам Магии

Заинтригованный Гарри раскрыл конверт и вытащил пачку листов пергамента. На первой странице серебряными чернилами с завитками было выведено:

//Чувствуете, что отстали от мира современной магии? Ищите оправдания, чтобы не пользоваться простыми заклинаниями? Ваши неуклюжие действия с палочкой вызывают смех?

Выход есть!

Быстромаг - это совершенно новый, безотказный, быстрый и лёгкий курс обучения. Сотни волшебниц и волшебников уже воспользовались методом Быстромаг!

Мадам З.Неттлс из Топшема пишет:

«Я не могла запомнить ни одного заклинания, а мои зелья были семейным посмешищем! Теперь же, когда я прошла курс Быстромаг, я стала центром внимания всех вечеринок, а мои подруги просят у меня рецепт моего Чарующего Зелья!»

Колдун Д.Дж.Прод из Дидсбери говорит:

«Раньше моя жена издевалась над моими бессильными заклятьями, но всего один месяц обучения по вашему сказочному методу Быстромаг - и я смог превратить её в яка! Спасибо тебе, «Быстромаг»!»//

В изумлении Гарри пролистал остальное содержимое конверта. Зачем Филчу понадобился курс Быстромаг? Выходит, он плохой колдун? Гарри как раз читал «Урок Первый. Как держать палочку (несколько полезных советов)», когда шаркающие шаги снаружи оповестили его, что Филч возвращается. Он засунул пергамент обратно в конверт и бросил его на стол как раз в тот момент, когда открылась дверь.

У Филча был вид победителя.

- Этому исчезающему шкафу цены нет! - радостно говорил он Миссис Норрис. - Уж на этот-то раз мы выставим Пивза отсюда, моя милочка.

В этот момент его взгляд упал на Гарри, а затем перескочил на конверт с Быстромагом, который, как Гарри слишком поздно понял, лежал на два фута в стороне от прежнего места.

Бледное лицо Филча стало кирпично-красным. Гарри приготовился к буре гнева. Филч нетвердой походкой подошёл к столу, схватил конверт и бросил его в ящик.

- Ты… ты это читал?.. - пробормотал он.

- Нет, - быстро соврал Гарри.

Филч обвил одну узловатую руку вокруг другой.

- Если бы я думал, что ты прочёл мою личную… ну, не то чтобы мою… для друга… пусть будет, как будет… хотя…

Гарри с тревогой смотрел на него; Филч никогда ещё не выглядел таким безумным. Его глаза чуть не вылезали из орбит, мешковатые щеки подёргивались в нервной дрожи, и даже шерстяной шарф не мог этого скрыть.

- Ну, хорошо… ступай… и чтоб ни слова… не то, чтобы… хотя, если ты не читал… ну же, ступай, мне нужно писать протокол на Пивза… иди…

Удивляясь своей удаче, Гарри вылетел из кабинета, пробежал по коридору и взлетел вверх по лестнице. Уйти из кабинета Филча, не будучи наказанным, пожалуй, тянуло на школьный рекорд.

- Гарри! Гарри! Сработало?

Почти Безголовый Ник выскользнул из класса. Позади него Гарри заметил обломки чёрного с золотом шкафа, который, по-видимому, упал с большой высоты.

- Я убедил Пивза грохнуть его прямо над кабинетом Филча, - с энтузиазмом сказал Ник. - Подумал, что это его отвлёчет…

- Так это был ты? - благодарно сказал Гарри. - Да, сработало, я даже не получил наказания. Спасибо, Ник!

И они вместе пошли по коридору. Почти Безголовый Ник, как заметил Гарри, всё ещё держал письмо с отказом от сэра Патрика.

- Хотел бы я сделать что-нибудь, чтобы помочь тебе с Безголовой Охотой, - сказал Гарри.

Почти Безголовый Ник остановился, и Гарри пролетел прямо сквозь него. Он пожалел, что это случилось - это было всё равно, что пройтись под ледяным душем.

- Но кое-что для меня ты сделать можешь, - возбужденно сказал Ник. – Гарри… не попрошу ли я о многом, если… но нет, ты не захочешь…

- Что такое? - сказал Гарри.

- Ну, на этот Хэллоуин приходится пятисотый день мой смерти, - начал Почти Безголовый Ник, подтягиваясь и принимая торжественный вид.

- О, - сказал Гарри, не будучи уверенным, должен он печалиться или радоваться по этому поводу. – Ладно.

- Я устраиваю вечеринку в одном из подземелий попросторнее. Ко мне слетятся друзья со всей страны. Для меня было бы очень большой честью, если бы и ты зашёл. Мистеру Уизли и мисс Грэйнджер я тоже буду рад, конечно… или вы с большим удовольствием отправитесь на школьный праздник? - он выжидающе посмотрел на Гарри.

- Нет, - быстро ответил Гарри. - Я приду…

- Ах, мой мальчик! Гарри Поттер на Годовщине Моей Смерти! И ещё, - он немного поколебался, волнуясь, - не мог бы ты поделиться с сэром Патриком тем, насколько пугающим и впечатляющим я тебе кажусь?

- Ко… конечно, - сказал Гарри.

Почти Безголовый Ник расплылся в улыбке.

*

- Вечеринка по случаю дня смерти? - с интересом переспросила Гермиона, когда Гарри, наконец, переоделся и присоединился к ней и Рону в гостиной. - Готова поспорить, не много найдется живых, кто сможет сказать, что побывал на таком празднике - это будет замечательно!

- Зачем отмечать день, в который умер? - заметил Рон, который наполовину выполнил домашнее задание по Зельеварению и явно был не в духе. - По мне, так это смертельно мрачно…

Дождь всё ещё хлестал по окнам, ставшим чернильно-чёрными, но внутри было ярко и радостно. Огонь в камине отбрасывал блики на бесчисленные мягкие кресла, в которых ученики читали, беседовали, делали домашние задания или, как в данный момент Фред и Джордж Уизли, пытались выяснить, что получится, если скормить саламандре фейерверк Флибустьера. Фред «спас» оранжевую, живущую в огне ящерицу с урока по Уходу за Волшебными Созданиями, и теперь она мягко тлела на столе, окружённая любопытной толпой.

Гарри как раз собирался рассказать Рону и Гермионе о Филче и курсе Быстромаг, когда саламандра со свистом внезапно взлетела в воздух и, исторгая искры и громкие хлопки, заметалась по комнате. Образ Перси, до хрипоты орущего на Фреда и Джорджа, зрелищный сноп оранжевых искр, рассыпающийся у саламандры изо рта, её побег в камин с последовавшей оттуда серией взрывов, выбили у Гарри из головы и Филча, и конверт от Быстромага.

*

К моменту наступления Хэллоуина Гарри уже пожалел о своём поспешном обещании пойти на Годовщину Смерти. Все остальные в школе с удовольствием предвкушали пир по случаю Хэллоуина; Большой Зал был, как всегда, украшен живыми летучими мышами, из здоровенных тыкв Хагрида вырезали фонари такого размера, что в каждом могли уместиться трое мужчин, а ещё ходили слухи, что в качестве культурной программы Дамблдор пригласил труппу танцующих скелетов.

- Обещание есть обещание, - напомнила Гермиона начальственным тоном. - Ты же сказал, что пойдёшь на вечеринку.

Итак, в семь часов вечера Гарри, Рон и Гермиона прошли мимо дверей в Большой Зал, который был полон народа и завлекающе поблёскивал золотыми блюдами и свечами, и вместо него направились к подземельям.

Проход, ведущий на вечеринку Почти Безголового Ника, тоже был украшен свечами, но впечатление он производил далеко не радостное: это были длинные, тонкие, абсолютно чёрные свечки, горевшие ярко-синим пламенем, отбрасывая туманный, призрачный отблеск даже на их живые лица. Температура падала с каждым шагом. Гарри поёжился, плотнее запахнул мантию, и в тот же момент услышал звук, похожий на то, как если бы тысяча ногтей скребла по огромной классной доске.

- Это музыка, что ли? - прошептал Рон. Они зашли за угол и увидели Почти Безголового Ника, стоявшего в двери, занавешенной чёрными бархатными портьерами.

- Дорогие мои друзья, - скорбно произнес он, - добро пожаловать, добро пожаловать… так рад, что вы смогли прийти…

Он сорвал шляпу с плюмажем и с поклоном пригласил их войти.

Это было невероятное зрелище. Подземелье было заполнено сотнями жемчужно-белых прозрачных людей, в основном кружащихся над заполненной танцплощадкой, вальсируя под ужасный дребезжащий звук, издаваемый тремя десятками музыкальных пил, на которых играл оркестр, разместившийся на задрапированном чёрным возвышении. Над их головами сияла голубым светом люстра с ещё одной тысячей чёрных свечей. Их дыхание превращалось в пар; они словно очутились в морозилке.

- Может, осмотримся? - предложил Гарри, мечтая согреть ноги.

- Осторожно, не пройдите сквозь кого-нибудь, - нервно сказал Рон, и они двинулись вдоль края танцплощадки. Они прошли мимо угрюмых монахинь, оборванца в цепях и Толстого Монаха, весёлого привидения Хаффлпаффа, беседовавшего с рыцарем с торчавшей изо лба стрелой. Гарри не удивился, увидев, что все остальные призраки широко расступаются перед Кровавым Бароном - худым, покрытым серебристыми пятнами крови призраком Слизерина с пристальным взглядом.

- О, нет - воскликнула Гермиона, внезапно останавливаясь. - Пошли обратно, обратно, я не хочу разговаривать с Плаксой Миртл…

- С кем? - переспросил Гарри, когда они быстро двинулись в противоположную сторону.

- Она живёт в одной из кабинок в женском туалете на первом этаже, - сказала Гермиона.

- Живёт в туалете?

- Да. Он не работал весь год, потому что с ней постоянно случаются истерики, и она всё затапливает. Я старалась не появляться там без крайней необходимости, это ужасно – пытаться пописать, когда она воет на тебя…

- Смотрите, еда! - сказал Рон.

На другом конце подземелья стоял длинный стол, также покрытый чёрным бархатом. Они с нетерпением подошли к нему, но тут же застыли от ужаса. Запах был отвратительный. На изящных серебряных блюдах были разложены большие гнилые рыбины; пироги, сгоревшие дотла, лежали на подносах; ещё там были большой червивый рубец, горбушка сыра, покрытая густой зелёной плесенью и, как гордость стола, возвышался огромный серый торт в форме надгробия, на котором кусочками дёгтя были выложены слова:

Сэр Николас де Мимзи-Порпингтон
умер 31 октября 1492 года

Гарри изумлённо наблюдал, как один дородный призрак приблизился к столу, низко наклонился, широко раскрыл рот и прошёл сквозь одного из вонючих лососей.

- Вы можете его попробовать, когда проходите сквозь него? - спросил у него Гарри.

- Почти, - печально ответил призрак и полетел прочь.

- Я думаю, они специально дают всему этому сгнить, чтобы получился запах посильнее, - со знанием дела сказала Гермиона, зажимая нос и нагибаясь, чтобы разглядеть сгнивший рубец.

- Может, пойдём? Меня тошнит, - сказал Рон.

Однако, едва они повернулись, как из-под стола неожиданно вынырнул маленький человечек и повис перед ними.

- Привет, Пивз, - осторожно сказал Гарри.

В отличие от окружавших их привидений, полтергейст Пивз был прямой противоположностью бледности и прозрачности. На нём был ярко-оранжевый праздничный колпак, вращающийся галстук-бабочка, а на его круглом хитром лице сияла широкая ухмылка.

- Закусочки? - любезно сказал он, протягивая миску с покрытым плесенью арахисом.

- Нет, спасибо, - ответила Гермиона.

- Я слышал, как вы говорили о бедной Миртл, - сказал Пивз, стреляя глазками. - До чего же грубо вы отозвались о бедной Миртл, - он глубоко вдохнул и завопил, - ЭЙ, МИРТЛ!

- О нет, Пивз, не передавай ей, что я сказала, она сильно расстроится, - отчаянно зашептала Гермиона. - Я не хотела, я против неё не… ээ, привет, Миртл.

К ним подплыл тучный призрак девочки. У неё было самое мрачное лицо из всех, какие только видел Гарри, оно было наполовину скрыто за висящими волосами и толстыми перламутровыми очками.

- Чего? - угрюмо бросила она.

- Как поживаешь, Миртл? - спросила Гермиона нарочито бодрым голосом. - Приятно увидеть тебя не в туалете.

Миртл шмыгнула носом.

- Мисс Грэйнджер только что о тебе говорила… – хитро сказал Пивз в ухо Миртл.

- Я просто сказала… сказала… как хорошо ты сегодня выглядишь, - сказала Гермиона, со злостью глядя на Пивза.

Миртл подозрительно оглядела Гермиону с ног до головы.

- Ты смеёшься надо мной, - сказала она, и серебряные слезы струйками потекли из её маленьких прозрачных глазок.

- Нет… правда… ведь правда, я говорила, как прекрасно выглядит Миртл? - спросила Гермиона, больно пихнув Гарри и Рона под ребра.

- О, да…

- Так и сказала…

- Не лгите мне, - ахнула Миртл, теперь слёзы лились по её лицу, в то время как Пивз счастливо ухмылялся у неё за плечом. - Вы думаете, я не знаю, как люди обзывают меня за спиной? Толстуха Миртл! Уродина Миртл! Ничтожная, стонущая, угрюмая Миртл!

- Ты забыла про «прыщавую», - зашипел ей в ухо Пивз.

Плакса Миртл разразилась страдальческими рыданиями и вылетела из подземелья. Пивз ринулся за ней, кидая в неё заплесневелым арахисом и крича: «Прыщавая! Прыщавая!»

- О, боже, - печально сказала Гермиона.

Сквозь толпу к ним плыл Почти Безголовый Ник.

- Веселитесь?

- О, да, - соврали они.

- Неплохо получилось, - гордо сообщил Почти Безголовый Ник. - Вопящая Вдова прибыла аж из самого Кента… Уже почти подошло время моей речи, я лучше пойду и предупрежу оркестр…

Однако в ту же самую минуту оркестр прекратил играть. Они, как и все в подземелье, замолчали, взволнованно озираясь, как вдруг протрубил охотничий горн.

- Ну вот… началось, - с досадой произнёс Почти Безголовый Ник.

Сквозь стену подземелья влетела дюжина призрачных лошадей, на каждой восседал безголовый всадник. Общество бешено зааплодировало; Гарри тоже начал было аплодировать, но остановился, взглянув на лицо Ника.

Лошади проскакали в середину танцплощадки и остановились, то пятясь, то выступая вперед. Впереди всех был большой призрак, державший свою бородатую голову подмышкой, откуда она и дула в горн. Призрак спешился, поднял свою голову высоко в воздух, чтобы обозреть всю толпу (все расхохотались), подошел к Почти Безголовому Нику, приделывая голову обратно к шее.

- Ник! - взревел он. - Как поживаешь? Голова ещё на плечах?

Он грубо расхохотался и похлопал Почти Безголового Ника по плечу.

- Добро пожаловать, Патрик, - сдержанно поприветствовал его Ник.

- Живые! - вскрикнул сэр Патрик, заметив Гарри, Рона и Гермиону, подпрыгнув от притворного удивления, отчего голова его снова свалилась с плеч (толпа зашлась хохотом).

- Очень смешно, - мрачно заметил Почти Безголовый Ник.

- Не обращайте внимания на Ника! - прокричала голова сэра Патрика с пола. - Всё дуется, что мы не позволяем ему присоединиться к охоте! Но я хочу сказать… вы только поглядите на этого парня…

- Мне кажется, - торопливо произнёс Гарри под намекающим взглядом Ника, - что Ник очень ужасающий и… э…

- Ха! - воскликнула голова сэра Патрика. - Готов поспорить, что это он просил тебя это сказать.

- А теперь, если все согласны уделить мне внимание, подошло время для моей речи! - громко сказал Почти Безголовый Ник, направляясь к подиуму и взбираясь в морозно-голубой свет прожектора.

- Мои покойные лорды, леди и джентльмены, с глубоким прискорбием я…

Но его никто больше не слушал. Сэр Патрик и прочие члены Безголовой Охоты устроили игру в Хоккей-с-Головой, и толпа повернулась к ним. Почти Безголовый Ник предпринял несколько слабых попыток снова завладеть вниманием аудитории, но сдался, когда мимо него под громкие одобрительные крики пролетела голова Сэра Патрика.

Гарри уже было очень холодно, не говоря уже о голоде.

- Не могу это больше выносить, - пробормотал Рон, стуча зубами, когда снова заскрипел оркестр, и призраки потянулись на танцплощадку.

- Пошли, - согласился Гарри.

Они попятились к двери, кивая и улыбаясь всем, кто бы на них ни посмотрел, и через минуту уже торопливо шли по проходу, полному чёрных свечей.

- Может, десерт ещё остался, - с надеждой произнёс Рон, направляясь к вестибюлю.

И тут Гарри услышал это.

- … разорвать… разодрать… убить…

Это был тот же голос, тот же ледяной, убийственный голос, который он слышал в кабинете Локхарта.

Он застыл на месте, вцепился в каменную стену, изо всех сил вслушиваясь, оглядываясь, всматриваясь в оба конца туманного прохода.

- Гарри, что ты…?

- Снова этот голос… помолчите немного…

- … так голоден… так долго…

- Слушайте! - настойчиво прошептал Гарри, и Рон с Гермионой застыли, глядя на него.

- … убить… время убить…

Голос становился слабее. Гарри был уверен, что он отдаляется… движется вверх. Его охватила смесь страха и волнения, он взглянул на тёмный потолок; как оно может двигаться вверх? Был ли это призрак, для которого каменные потолки не играли никакой роли?

- Сюда, - крикнул он, и они побежали вверх по лестницам в вестибюль. Здесь уже нельзя было и надеяться что-нибудь услышать - из Большого Зала доносился гул голосов. Гарри взбежал по мраморной лестнице на второй этаж, Рон и Гермиона топали сзади.

- Гарри, что мы…

- Ш-Ш-Ш!

Гарри напряг слух. Вдалеке, с верхнего этажа до него донесся всё слабеющий голос: «…чую кровь… ЧУЮ КРОВЬ!»

Его желудок сжался.

- Оно собирается кого-то убить! - крикнул он, и, не глядя на изумленные лица Рона и Гермионы, побежал наверх, прыгая через две ступеньки, пытаясь прислушиваться сквозь шум собственных шагов.

Гарри обежал весь второй этаж, Рон и Гермиона пыхтели сзади, но он не останавливался, пока они не повернули за угол в последний заброшенный проход.

- Гарри, что это было? - спросил Рон, утирая с лица пот. - Я ничего не слышал…

Но внезапно Гермиона ахнула, указав вдоль коридора.

- Смотрите!

На стене впереди что-то блестело. Они медленно подошли, вглядываясь в темноту. Гигантскими буквами в простенке между двумя окнами были написаны слова, они мерцали при свете, отбрасываемом пылающими факелами.

ТАЙНАЯ КОМНАТА ОТКРЫТА.
ВРАГИ НАСЛЕДНИКА, БЕРЕГИТЕСЬ.

- Что это за штука… висит внизу? - спросил Рон с лёгкой дрожью в голосе.

Когда они подошли поближе, Гарри едва не поскользнулся - на полу была большая лужа воды. Рон и Гермиона подхватили его и потихоньку подобрались к надписи, всматриваясь в тёмную тень под ней. Все трое одновременно поняли, что это такое, и с плеском отпрыгнули.

Миссис Норрис - кошка смотрителя - свисала на хвосте с факельного рожка. Она была твёрдая, как доска, глаза её были широко открыты и пялились вперёд.

Несколько секунд они не двигались. Затем Рон сказал:

- Давайте отсюда убираться.

- Может, нам помочь… - неловко начал Гарри.

- Поверь мне, - сказал Рон, - лучше, чтобы нас тут не обнаружили.

Но было слишком поздно. Шум, походивший на отдаленный гром, подсказал им, что ужин только что закончился. С обеих сторон коридора донёсся звук сотен ног, идущих вверх по лестнице, и громкий довольный говор хорошо поевших людей; в следующий момент в коридор с двух сторон повалили ученики.

Болтовня, суета, шум внезапно стихли, когда те, кто шёл впереди, заметили висящую кошку. Гарри, Рон и Гермиона стояли одни в середине коридора, когда молчание нависло над толпой учеников, пробиравшихся вперед, чтобы увидеть ужасное зрелище.

В этот момент кто-то крикнул, разрывая тишину:

- Враги наследника, берегитесь! Вы следующие, грязнокровки!

Это был Драко Малфой. Он протиснулся вперед, его холодные глазки бегали, его обычно бескровное лицо раскраснелось при виде подвешенной неподвижной кошки.


Гарри Поттер и Тайная Комната
Главы: 01, 02, 03, 04, 05, 06, 07, 08, 09, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18
Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License