2 17

Он стоял в конце очень длинной слабо освещённой комнаты. Каменные колонны, увенчанные переплетёнными змеями, поддерживали высокий потолок, утопавший во тьме, и отбрасывали длинные чёрные тени в зеленоватом свечении, наполнявшем зал.

Гарри вслушивался в холодную тишину, а сердце его бешено колотилось. Может быть, Василиск прятался в тёмном углу за колонной? И где же Джинни?

Он вытащил палочку и стал медленно продвигаться вперед между колоннами со змеями. Каждый осторожный шаг гулко отдавался в тёмных мрачных стенах. Он продолжал щуриться, приготовившись при малейшем движении закрыть глаза. Казалось, пустые глазницы каменных змей следили за ним. Несколько раз, когда ему казалось, что они шевелятся, внутренности его сжимались.

Уже поравнявшись с последней парой колонн, он вдруг увидел огромную статую высотой до потолка, стоявшую у задней стены.

Гарри пришлось запрокинуть голову, чтобы взглянуть в огромное лицо наверху: оно было древним и обезьяноподобным, с длинной бородой, ниспадавшей почти до самого низа складчатой каменной мантии волшебника, из-под которой виднелись две огромные серые ступни, стоявшие на гладком полу комнаты. А между ступнями, лицом вниз, лежала маленькая фигурка в чёрной мантии и с огненно-рыжими волосами.

- Джинни! - прошептал Гарри, бросаясь к ней и падая на колени. – Джинни! Не умирай! Пожалуйста, не умирай. - Он отбросил палочку в сторону, схватил Джинни за плечи и перевернул на спину. Лицо её было белым, как мрамор, и таким же холодным на ощупь, но её глаза были закрыты, а значит, её не обратили в камень. Но тогда она, скорее всего…

- Джинни, прошу тебя, проснись, - в отчаянии шептал Гарри и тряс её. Голова Джинни безвольно покачивалась из стороны в сторону.

- Она не проснётся, - произнёс мягкий голос.

Гарри резко выпрямился и развернулся, не вставая с колен.

У ближайшей колонны, наблюдая за ним, стоял высокий черноволосый юноша. Его силуэт был странным образом размыт по краям, как будто Гарри смотрел на него сквозь затуманенное окно. Но не узнать его было нельзя.

- Том… Том Риддл?

Риддл кивнул, не спуская глаз с лица Гарри.

- Что значит, она не проснётся? - в отчаянии сказал Гарри. - Она ведь не… она не…

- Она пока жива, - сказал Риддл. - Но только пока.

Гарри смотрел на него. Том Риддл учился в Хогвартсе пятьдесят лет назад, однако сейчас его окружало странное туманное сияние, и он выглядел так, будто не постарел ни на день со своего шестнадцатилетия.

- Ты - привидение? - нерешительно спросил Гарри.

- Воспоминание, - тихо сказал Риддл, - пятьдесят лет хранившееся в дневнике.

Он указал на пол. У ног гигантской статуи лежал раскрытый маленький чёрный дневник, найденный Гарри в туалете Плаксы Миртл. На секунду Гарри задумался, как этот дневник сюда попал… но были куда более срочные дела, не терпевшие отлагательства.

- Ты должен мне помочь, Том, - сказал Гарри, вновь приподнимая голову Джинни. - Мы должны как-то выбраться отсюда. Здесь Василиск… Я не знаю, где он, но он может появиться в любой момент. Пожалуйста, помоги мне…

Риддл не шелохнулся. Гарри, обливаясь потом, смог приподнять Джинни с пола и нагнулся, чтобы подобрать свою палочку.

Но палочка исчезла.

- Ты не видел?..

Гарри поднял глаза. Риддл всё ещё наблюдал за ним… вертя в длинных пальцах палочку Гарри.

- Спасибо, - сказал Гарри, протягивая руку.

Уголки губ Риддла скривились в усмешке. Он продолжал пристально смотреть на Гарри, бездумно вертя в руках его палочку.

- Слушай, - нетерпеливо произнёс Гарри, его колени подгибались под тяжестью Джинни, - нам надо уходить! Если придёт Василиск…

- Он не придёт, пока его не позовут, - спокойно ответил Риддл.

Гарри, не в силах более поддерживать Джинни, осторожно опустил её на пол.

- О чём ты говоришь? - сказал он. - Послушай, отдай мою палочку, она может мне понадобиться.

Улыбка на лице Риддла стала шире.

- Она тебе не понадобится, - сказал он.

Гарри уставился на него.

- Что значит, она мне не…

- Я долго ждал этого, Гарри Поттер, - сказал Риддл. - Ждал возможности увидеть тебя. Поговорить с тобой.

- Послушай, - сказал Гарри, у которого лопалось терпение. – По-моему, ты не понимаешь. Мы в Тайной Комнате. Мы можем поговорить и позже.

- Мы поговорим сейчас, - сказал Риддл, всё ещё широко улыбаясь, и опустил палочку Гарри в карман.

Гарри уставился на него. Происходило что-то очень странное.

- Как Джинни оказалась в таком состоянии? - медленно спросил он.

- Что ж, это интересный вопрос, - с удовлетворением сказал Риддл. - И довольно долгая история. Думаю, Джинни Уизли находится в таком состоянии, потому что она открыла своё сердце и поведала все свои тайны и секреты невидимому незнакомцу.

- О чём ты говоришь? - сказал Гарри.

- Дневник, - ответил Риддл. - Мой дневник. Маленькая Джинни писала в нём месяц за месяцем, рассказывая мне о своих жалких переживаниях: как её братцы дразнят её, как ей пришлось идти в школу в поношенной одежде и с подержанными учебниками, что… - глаза Риддла блеснули, - …что вряд ли она когда-нибудь понравится знаменитому, хорошему, великому Гарри Поттеру…

Всё время, пока он говорил, взгляд Риддла не отрывался от лица Гарри. В них было видно почти голодное выражение.

- Как же скучно слушать о глупых маленьких проблемах одиннадцатилетней девочки, - продолжал он. - Но я был терпелив. Я писал ей в ответ, я сочувствовал ей, я был добр. Джинни просто полюбила меня. Никто никогда не понимал меня так, как ты, Том… Я так счастлива, что у меня есть такой дневник, которому я могу довериться… Это как друг, которого я могу носить с собой в кармане…

Риддл разразился высоким, холодным смехом, который совсем не шёл ему. От этого смеха волосы у Гарри на затылке встали дыбом.

- Честно говоря, Гарри, мне всегда удавалось очаровывать нужных людей. Поэтому и Джинни излила мне свою душу, и её душа оказалась именно тем, чего я желал. Я становился сильнее и сильнее, питаясь её самыми глубоко запрятанными страхами, самыми тёмными тайнами. Я становился могущественней, намного могущественней, чем маленькая мисс Уизли. Достаточно могущественным, чтобы начать открывать мисс Уизли некоторые из моих тайн, изливая ей маленькие частички моей души…

- О чём ты? - спросил Гарри, чувствуя, как внезапно пересохло во рту.

- Ты всё ещё не догадался, Гарри Поттер? - мягко сказал Риддл. - Джинни Уизли открыла Тайную Комнату. Она душила школьных петухов и делала угрожающие надписи на стенах. Она натравила змею Слизерина на четырёх грязнокровок и кошку Сквиба.

- Нет, - прошептал Гарри.

- Да, - спокойно сказал Риддл. - Конечно, сначала она не осознавала, что с ней происходит. Это было так забавно. Вот бы ты увидел её новые записи в дневнике… Они стали куда интереснее.. Дорогой Том, - цитировал он, глядя в испуганное лицо Гарри, - мне кажется, я теряю память. Моя мантия вся в петушиных перьях, и я не знаю, как они туда попали. Дорогой Том, я не могу вспомнить, что я делала в ночь Хэллоуина, но кто-то напал на кошку, а я вся вымазана в краске. Дорогой Том, Перси всё время говорит, что я вся бледная и сама не своя. По-моему, он подозревает меня… Сегодня произошло ещё одно нападение, а я не знаю даже, где я была. Том, что мне делать? Мне кажется, я схожу с ума… Мне кажется, что это я на всех нападаю, Том!

Гарри сжал кулаки так, что ногти впивались в ладони.

- Маленькой глупенькой Джинни понадобилось много времени, чтобы перестать, наконец, доверять своему дневнику, - продолжал Риддл. - В конце концов, она стала что-то подозревать и попыталась от него избавиться. И тут появился ты, Гарри. Ты нашёл его, и я был безумно рад. Из всех людей, которые могли бы найти этот дневник, его нашел именно ты, тот самый человек, с которым я мечтал встретиться…

- И почему же ты хотел со мной встретиться? - спросил Гарри. Его переполнял гнев, и он еле сдерживал свой голос.

- Ну, видишь ли, Джинни мне всё о тебе рассказала, Гарри, - ответил Риддл. - Всю твою занимательную историю. - Его взгляд скользнул по шраму на лбу Гарри, и его выражение стало ещё более голодным. - Я знал, что должен побольше узнать о тебе, поговорить с тобой, встретить тебя, если удастся. Потому-то я и решил показать тебе свою знаменитую поимку этого олуха Хагрида, чтобы завоевать твоё доверие.

- Хагрид - мой друг, - сказал Гарри, у которого теперь дрожал голос. - А ты его подставил, да? Я думал, ты ошибся, а…

Риддл вновь рассмеялся высоким смехом.

- Это моё слово против слова Хагрида. Можешь себе представить, как это смотрелось в глазах старого Армандо Диппета. С одной стороны Том Риддл, нищий, но такой умный, сирота, но такой смелый, Префект, образцовый ученик. С другой стороны большой неуклюжий Хагрид, каждую неделю попадающий в истории, пытающийся вырастить под кроватью щенков оборотня, тайком пробирающийся в Запретный Лес, чтобы подраться с троллями. Но признаю, что даже я сам был удивлён, до чего хорошо сработал мой план. Я думал, хоть кто-нибудь догадается, что Хагрид просто не мог быть наследником Слизерина. Мне понадобилось пять долгих лет, чтобы разузнать всё о Тайной Комнате и обнаружить скрытый вход… как будто у Хагрида было достаточно ума или сил!

Только преподаватель Трансфигурации, Дамблдор, похоже, считал, что Хагрид невиновен. Он заставил Диппета не выгонять его и выучить на егеря. Да, полагаю, Дамблдор мог догадаться. Похоже, я никогда ему не нравился так, как другим учителям…

- Готов поспорить, Дамблдор видел тебя насквозь, - процедил Гарри сквозь сжатые зубы.

- Ну, он и правда донимал меня своим пристальным вниманием, после того, как Хагрида исключили, - беззаботно бросил Риддл. - Я знал, что, пока я в школе, будет небезопасно вновь открывать Тайную Комнату. Но я не собирался терять все эти годы, потраченные мной на её поиски. Я решил оставить после себя дневник, сохранив себя, шестнадцатилетнего, на его страницах, чтобы в один прекрасный день, если повезёт, провести моим путем кого-то другого и завершить благородное дело Салазара Слизерина.

- Так ты его ещё не завершил, - с триумфом сказал Гарри. – В этот раз никто не погиб, даже кошка. Через несколько часов будет готова Настойка Мандрагоры, и со всеми, кто был обращён в камень, всё снова будет в порядке.

- А разве я тебе ещё не сказал, - спокойно произнёс Риддл, - что меня больше не интересует убийство грязнокровок? Много месяцев моей новой целью был… ты.

Гарри уставился на него.

- Вообрази, как зол я был, когда мой дневник снова раскрыли, и это Джинни написала мне, а не ты. Она увидела тебя с дневником и запаниковала. А что, если ты обнаружил, как с ним обращаться, и я выболтаю тебе все её секреты? Что, если и того хуже - я расскажу, кто задушил тех петухов? Глупая девчонка дождалась, пока в спальне никого не останется, и стащила его. Но я знал, что мне делать. Было ясно, что ты уже взял след наследника Слизерина. Из того, что мне рассказала о тебе Джинни, я понял, что ты пойдёшь на всё, лишь бы разрешить загадку… особенно, если нападение будет совершено на одного из твоих лучших друзей. А Джинни сказала мне, что вся школа обсуждает то, что ты Змееуст…

И я заставил Джинни написать на стене прощальную записку и спуститься сюда. Она отбивалась и кричала, и я чуть со скуки не помер. Но в ней почти уже не осталось жизни: она слишком много вложила в дневник, в меня. Достаточно, чтобы я смог, наконец, сойти с его страниц. Я ждал тебя с того самого момента, когда мы здесь оказались. Я знал, что ты придёшь. Мне нужно многое у тебя спросить, Гарри Поттер.

- Что, например? - бросил Гарри, всё ещё сжимая кулаки.

- Ну, - довольно улыбнулся Риддл, - как получилось, что младенец без исключительных волшебных способностей ухитрился победить величайшего волшебника всех времён? Как это тебе удалось отделаться лишь шрамом, тогда как мощь Лорда Волдеморта была уничтожена?

В его голодных глазах промелькнул странный красный отблеск.

- Какое тебе дело до того, что я спасся? - медленно произнёс Гарри. - Волдеморт был уже после тебя.

- Волдеморт, - мягко сказал Риддл, - это моё прошлое, настоящее и будущее, Гарри Поттер…

Он вытащил из кармана палочку Гарри и начал водить ей в воздухе, выводя три мерцающих слова:

ТОМ МАРВОЛО РИДДЛ TOM MARVOLO RIDDLE

Затем он взмахнул палочкой, и буквы его имени перестроились:

Я - ЛОРД ВОЛДЕМОРТ I AM LORD VOLDEMORT

- Видишь? - прошептал он. – Я уже использовал это имя, когда учился в Хогвартсе, но тогда об этом знали, конечно, только самые близкие друзья. По-твоему, я всю жизнь собирался жить под фамилией своего мерзкого отца-маггла? Я, в чьих жилах по материнской линии течёт кровь самого Салазара Слизерина? Я должен был носить имя обыкновенного отвратительного маггла, который бросил меня ещё до моего рождения только потому, что узнал, что его жена - ведьма? Нет, Гарри. Я создал себе новое имя - имя, которое, я знал, в один прекрасный день будут бояться произнести все волшебники, когда я стану величайшим чародеем в мире!

В голове у Гарри всё смешалось. Онемев, он смотрел на Риддла, сироту, выросшего в убийцу родителей Гарри и многих других людей… Наконец, он с трудом заговорил.

- Ты им не являешься, - произнёс он тихим голосом, полным ненависти.

- Кем? - бросил Риддл.

- Величайшим чародеем в мире, - сказал Гарри, еле переводя дыхание. – Прости, что придётся тебя разочаровать, но величайший волшебник в мире - Альбус Дамблдор. Это знают все. Даже когда ты был полон сил, даже тогда ты не осмелился напасть на Хогвартс. Дамблдор видел тебя насквозь, ещё когда ты был в школе, и ты всё ещё его боишься, где бы ты ни прятался.

Улыбка сползла с лица Риддла, уступив место ужасной гримасе.

- Дамблдора из этого замка выдворило лишь воспоминание обо мне! - прошипел он.

- Он не так уж и далеко, как ты думаешь! - выкрикнул Гарри. Он говорил наугад, желая напугать Риддла, скорее желая этого, чем веря в это.

Риддл открыл рот, но замер.

Откуда-то доносилась музыка. Риддл резко обернулся, всматриваясь в пустынную комнату. Музыка становилась всё громче. Она была зловещей, неземной, пробирала до самых костей, от неё у Гарри волосы встали дыбом, а сердце в груди словно стало в два раза больше. А затем, когда она достигла такого пика, что Гарри чувствовал, как она вибрирует у него в груди, наверху одной из колонн возникло пламя.

И тут появилась тёмно-красная птица размером с лебедя, которая словно пела свою неземную песню сводчатому потолку. У неё был сверкающий золотой хвост, длинный, как у павлина, и сияющие золотые когти, в которых она сжимала какой-то ветхий свёрток.

Через мгновение птица полетела прямо к Гарри, выпустила из когтей свою ветхую ношу и тяжело опустилась ему на плечо. Когда она сложила свои огромные крылья, Гарри взглянул на неё и увидел длинный острый золотой клюв и чёрные глаза-бусинки.

Птица перестала петь. Она неподвижно сидела на плече Гарри, согревая теплом его щёку, и неотрывно смотрела на Риддла.

- Это феникс… - сказал Риддл, в свою очередь, внимательно изучая птицу.

- Фокс? - выдохнул Гарри и почувствовал, как мягко сжались на его плече золотые когти.

- А это… - сказал Риддл, разглядывая ветошь, которую принёс Фокс, - это старая школьная Распределяющая Шляпа.

Это была она. В заплатках, потёртая и грязная, Шляпа неподвижно лежала у ног Гарри.

Риддл вновь расхохотался. Он смеялся так сильно, что тёмная комната содрогалась от этих звуков, будто разом смеялись десять Риддлов.

- Так вот, что Дамблдор посылает своему защитнику! Певчую птичку и старую шляпу! Ты чувствуешь в себе храбрость, Гарри Поттер? Теперь ты чувствуешь себя в безопасности?

Гарри не ответил. Возможно, он не понимал, какая польза от Фокса и Распределяющей Шляпы, но всё же он уже не был в одиночестве, и пока храбрость потихоньку возвращалась к нему, он ждал, когда Риддл закончит смеяться.

- К делу, Гарри, - резко сказал Риддл, всё ещё широко улыбаясь. - Дважды - в твоём прошлом, в моём будущем - мы встречались. И дважды мне не удалось тебя убить. Как же тебе удалось выжить? Рассказывай мне всё. Чем дольше будет твой рассказ, - мягко добавил он, - тем дольше ты проживёшь.

Гарри лихорадочно думал, оценивая свои шансы. У Риддла была палочка. У него - Фокс и Распределяющая Шляпа, которые вряд ли пригодились бы в дуэли. Похоже, дела у него обстояли ужасно. Но чем дольше Риддл стоял тут, тем больше жизнь покидала Джинни… тем временем, Гарри внезапно заметил, что очертания Риддла стали чётче, заметнее. И если дуэль между ним и Риддлом неизбежна, то лучше её начать сейчас же.

- Никто не знает, почему ты потерял свою силу, когда напал на меня, - проронил Гарри. - Я и сам не знаю. Но я знаю, почему ты не смог меня убить. Потому что моя мать умерла ради моего спасения. Моя обыкновенная магглорожденная мать, - добавил он, дрожа от ярости. - Она не позволила тебе убить меня. И я видел, каков ты на самом деле, видел тебя в прошлом году. Ты ничтожество. Ты скорее мёртв, чем жив. Вот куда тебя привела вся твоя сила. Ты вынужден прятаться. Ты безобразен, ты отвратителен!

Лицо Риддла передёрнулось. Потом ему удалось выдавить ужасную улыбку.

- Итак. Твоя мать умерла, чтобы спасти тебя. Да, это мощное контр-заклинание. Теперь я понимаю… в конце концов, ничего особенного в тебе нет. Мне было просто интересно. Потому что между нами есть странное сходство, Гарри Поттер. Даже ты должен был это заметить. Оба полукровки, сироты, воспитанные магглами. Возможно, единственные Змееусты во всем Хогвартсе со времен самого великого Слизерина. Даже внешне мы похожи… но, в конце концов, от меня тебя спасла лишь счастливая случайность. Это всё, что я хотел знать.

Гарри стоял, напряженно ожидая, когда Риддл поднимет палочку. Но ухмылка Риддла стала ещё шире.

- А теперь, Гарри, я собираюсь преподать тебе небольшой урок. Давай померяемся силами: Лорд Волдеморт, наследник Салазара Слизерина, против знаменитого Гарри Поттера с лучшими из тех оружий, которые мог дать ему Дамблдор.

Он саркастически взглянул на Фокса и Распределяющую Шляпу, а затем пошёл прочь. Застыв от ужаса, Гарри наблюдал, как Риддл остановился между высокими колоннами и взглянул в каменное лицо Слизерина, видневшееся высоко в полутьме. Риддл широко открыл рот и зашипел… но Гарри понял, что он сказал.

- Отзовись, Слизерин, величайший из Четвёрки Хогвартса.

Гарри резко обернулся, чтобы посмотреть на статую, Фокс покачнулся у него на плече.

Гигантское каменное лицо Слизерина двигалось. Оцепенев от ужаса, Гарри увидел, как его рот раскрывается шире и шире, превращаясь в огромную чёрную дыру.

И что-то шевелилось во рту у статуи. Что-то скользило из его глубин.

Гарри попятился назад, пока спина его не упёрлась в тёмную стену комнаты, и, зажмурившись, почувствовал, как Фокс взмахнул крыльями, задев его щёку, и взлетел. Гарри захотелось крикнуть: «Не бросай меня!» - но какие шансы были у феникса против Короля Змей?

Что-то тяжёлое упало на каменный пол комнаты, и Гарри почувствовал, как он содрогнулся. Он знал, что происходит, он чувствовал это, мог почти видеть, как огромная змея выползает изо рта Слизерина. А потом он услышал, как Риддл прошипел: «Убей его».

Василиск двигался в сторону Гарри; тот слышал, как скользит по пыльному полу тяжёлое змеиное туловище. С зажмуренными глазами Гарри вслепую ринулся в сторону, вытянутыми руками нащупывая дорогу. Риддл смеялся…

Гарри споткнулся. Он с размаху упал на пол, ощутив во рту вкус крови. Змея была в нескольких футах от него, он слышал, как она приближается.

Прямо над ним раздалось оглушительное шипение, а потом что-то тяжёлое ударило Гарри так сильно, что он налетел на стену. С ужасом ожидая, что в его тело вот-вот вонзятся клыки, он вновь услышал разъярённое шипение, а у колонн что-то яростно металось из стороны в сторону.

Он не смог удержаться. Он немного приоткрыл глаза, чтобы видеть происходящее.

Огромная змея, яркая, ядовито-зелёная, толщиной со ствол дуба, поднялась высоко-высоко, и её огромная тупорылая морда раскачивалась из стороны в сторону между колоннами. Как раз когда Гарри, дрожа всем телом, приготовился зажмуриться, если она повернётся, он увидел, что отвлекло внимание змеи.

Над её головой парил Фокс, а Василиск яростно пытался достать его своими длинными и острыми, как сабли, клыками.

Фокс бросился вниз. Его длинный золотой клюв исчез из виду, и пол внезапно оросился брызгами тёмной крови. Хвост змеи яростно заметался по полу, едва не задев Гарри, и, прежде чем Гарри успел закрыть глаза, змея повернулась. Гарри взглянул прямо ей в морду и увидел, что оба её глаза, огромные, светящиеся жёлтые глаза, были выколоты фениксом; кровь ручьем стекала на пол, а змея билась в агонии.

- Нет! - услышал Гарри крик Риддла. – Оставь птицу! Оставь птицу! Мальчишка позади тебя! Ты всё ещё можешь почуять его! Убей его!

Ослеплённая змея покачнулась, растерянная, но всё ещё смертоносная. Фокс кружил вокруг её головы и пел свою неземную песню, тут и там клевал Василиска в тупорылый нос, а кровь ручьями хлестала из пустых глазниц.

- Помогите, помогите, - шептал Гарри, - кто-нибудь, кто угодно!

Хвост змеи опять метнулся в сторону. Гарри пригнулся. Что-то мягкое коснулось его лица.

Змея швырнула в руки Гарри Распределяющую Шляпу. Гарри схватил её. Это было всё, что у него осталось, его единственный шанс. Он натянул её на голову и бросился на пол, когда над ним вновь пронёсся хвост Василиска.

- Помоги мне… помоги мне… - думал Гарри, сильно зажмурившись под Шляпой. - Пожалуйста, помоги мне!

Ответа не последовало. Вместо этого Шляпа сжалась, будто её крепко схватила невидимая рука.

Что-то очень твёрдое и тяжёлое свалилось на голову Гарри, и он едва не потерял сознание. Из глаз брызнули искры, он схватился за верх Шляпы, чтобы стянуть её с себя, и нащупал под ней что-то длинное и твёрдое.

Внутри Шляпы возник сверкающий серебром меч, его рукоять блистала рубинами величиной с яйцо.

- Убей мальчишку! Оставь птицу! Мальчишка позади тебя! Нюхай… учуй его!

Гарри вскочил на ноги, готовый к нападению. Василиск опускал голову и извивался, круша колонны в попытке обнаружить его. Он увидел огромные залитые кровью глазницы, увидел пасть, которая раскрылась так широко, что смогла бы поглотить его целиком, усыпанную длинными рядами клыков, каждый длиной с его меч, острых, сверкающих, ядовитых…

Василиск вслепую метнулся к нему. Гарри пригнулся, и он врезался в стену комнаты. Он совершил ещё один бросок, и его раздвоенный язык хлестнул Гарри. Он поднял меч обеими руками.

Василиск вновь совершил бросок и в этот раз не промахнулся. Гарри приложил все усилия и вонзил меч в нёбо змея по самую рукоять.

Но когда тёплая кровь потекла по рукам Гарри, прямо над локтем он почувствовал острую боль. Длинный ядовитый клык всё глубже и глубже впивался ему в руку и отломился, когда Василиск, содрогаясь, упал на пол.

Гарри сполз на пол. Он схватился за клык, который источал яд по всему его телу, и выдернул его из руки. Но он знал, что было уже слишком поздно. Жгучая боль медленно, но верно, растекалась от раны по всему телу. Когда он выронил клык и увидел, как его собственная кровь пропитывает его мантию, в его глазах всё помутилось. Комната расплывалась в серых красках.

Мимо него пронеслось что-то алое, и Гарри услышал возле себя тихий стук когтей.

- Фокс, - с трудом произнёс Гарри. - Ты был великолепен, Фокс… - Он почувствовал, как птица положила свою прекрасную голову на то место, где в руку вонзился клык змея.

Он слышал шаги, отзывающиеся эхом, а затем перед ним возникла тень.

- Ты мёртв, Гарри Поттер, - прозвучал над ним голос Риддла. - Мёртв. Даже птица Дамблдора понимает это. Ты видишь, что он делает, Поттер? Он плачет.

Гарри моргнул. Голова Фокса то размывалась, то вновь становилась чёткой. Густые жемчужные слёзы стекали вниз по блестящим перьям.

- Я буду сидеть и наблюдать, как ты умираешь, Гарри Поттер. Не спеши. Я не тороплюсь.

Гарри чувствовал головокружение. Казалось, всё вокруг него вертелось и вращалось.

- Вот и пришёл конец знаменитому Гарри Поттеру, - прозвучал издалека голос Риддла. - Один, в Тайной Комнате, покинутый друзьями, наконец-то побеждённый Тёмным Лордом, которому он так неосмотрительно бросил вызов. Ты скоро встретишь свою дорогую мать-грязнокровку, Гарри… Она одолжила тебе двенадцать лет жизни… но Лорд Волдеморт в конце концов уничтожил тебя, как и должен был.

Если это смерть, подумал Гарри, то это не так уж и плохо. Даже боль отступала…

Но было ли это смертью? Вместо того, чтобы померкнуть, очертания комнаты становились всё чётче. Гарри слегка повернул голову и увидел Фокса, голова которого всё ещё лежала на руке Гарри. Жемчужные слёзы сияли вокруг раны… вот только раны не было.

- Пошла прочь, птица, - внезапно раздался голос Риддла. - Прочь от него. Прочь, я сказал!

Гарри поднял голову. Риддл нацелил волшебную палочку на Фокса; раздался хлопок, похожий на звук выстрела, и Фокс снова взмыл вихрем золотого и алого огня.

- Слёзы феникса… - тихо произнес Риддл, глядя на руку Гарри. – Конечно… исцеляющая сила… я забыл…

Он взглянул в лицо Гарри.

- Но это не имеет значения. Так даже лучше. Только я и ты, Гарри Поттер… ты и я…

Он поднял палочку.

Но затем, взмахнув крыльями, над ними снова пролетел Фокс и что-то упало Гарри на колени… дневник.

Какое-то мгновение и Гарри, и Риддл, который всё ещё целился палочкой, смотрели на него. Затем, без колебаний и раздумий, будто именно это он и собирался сделать, Гарри схватил с пола клык Василиска, который лежал рядом, и воткнул его прямо в середину дневника.

Раздался длинный, душераздирающий, пронзительный вопль. Чернила ручьями полились из дневника, заливая Гарри руки, затопляя пол. Риддл корчился и извивался, визжа и воя, а затем…

Он пропал. Со стуком упала на пол волшебная палочка Гарри, а затем повисла тишина. Тишина, нарушаемая лишь стуком чернильных капель, всё ещё вытекавших из дневника. Яд Василиска прожёг в нём дыру.

Содрогаясь всем телом, Гарри поднялся. Голова кружилась, будто он только что совершил долгое путешествие с помощью Каминного порошка. Он медленно подобрал палочку и Распределяющую Шляпу, а потом с усилием вытянул сияющий меч из нёба Василиска.

С другого конца зала донёсся слабый стон. Джинни зашевелилась. Когда Гарри поспешил к ней, она села. Она в изумлении перевела взгляд на мёртвую тушу змеи, затем на Гарри в окровавленной мантии, затем на дневник в его руке. Она глубоко всхлипнула, и слёзы заструились по её щекам.

- Гарри… ах, Гарри… я пыталась рассказать тебе за за-завтраком, но я, я не с-смогла сказать это перед Перси. Это была я, Гарри… но я… я к-клянусь, я н-не хотела… Р-Риддл заставил меня, это он меня заставлял… и… как ты убил эту… эту штуку? Г-где Риддл? Последнее, что я п-помню, это как он вышел из дневника…

- Всё в порядке, - сказал Гарри, поднимая дневник и показывая Джинни дыру от клыка. – Риддла больше нет. Посмотри! Его и Василиска больше нет. Давай, Джинни, пойдём отсюда…

- Меня исключат! - плакала Джинни, пока Гарри неуклюже помогал ей подняться. - Я так ждала, когда же я попаду в Хогвартс, с тех самых пор, когда сюда пошёл Б-билл, а теперь мне придется уехать и… ч-что скажут мама с папой?

Фокс поджидал их, паря над выходом из комнаты. Гарри позволил Джинни пройти вперёд; они переступили через неподвижное тело мёртвого Василиска и двинулись сквозь гулкую тьму обратно в туннель. Гарри услышал, как за их спиной с лёгким шипением закрылись каменные двери.

Спустя несколько минут ходьбы по тоннелю Гарри услышал слабый отзвук двигающихся камней.

- Рон! - закричал Гарри, ускоряя шаг. - С Джинни всё в порядке! Она со мной!

Он услышал приглушённый ликующий вопль Рона, и, свернув ещё раз, они увидели его радостное лицо в отверстии, которое ему удалось сделать в завале.

- Джинни! - Рон протянул руку сквозь и вытащил Джинни первой. - Ты жива! Поверить не могу! Что случилось?

Он попытался обнять её, но Джинни, рыдая, не позволила ему.

- Но ты ведь в порядке, Джинни, - сказал Рон, широко ей улыбаясь. – Всё кончено… а откуда взялась эта птица?

Фокс влетел в отверстие следом за Джинни.

- Это птица Дамблдора, - сказал Гарри, протискиваясь следом.

- И откуда у тебя меч? - сказал Рон, уставившись на сияющее оружие в руке Гарри.

- Я всё объясню, когда мы отсюда выберемся, - сказал Гарри, бросив взгляд на Джинни.

- Но…

- Потом, - отрезал Гарри. Идея сообщить Рону, кто открыл Комнату, не показалась ему удачной, по крайней мере, не в присутствии Джинни. - Где Локхарт?

- Там, - сказал Рон, ухмыляясь, и кивнул головой. – Плохи его дела. Сам посмотри.

Следуя за Фоксом, чьи алые крылья излучали во тьме золотой свет, они зашагали к началу трубы. Там сидел Гилдерой Локхарт, и что-то тихонько мурлыкал под нос.

- Он всё забыл, - сказал Рон. - Заклинание Памяти сработало в обратную сторону. Попало в него вместо нас. Он понятия не имеет, ни кто он, ни где он, ни кто мы. Я сказал ему пойти и подождать здесь. Он опасен самому себе.

Локхарт добродушно уставился на них.

- Привет, - сказал он. - Какое странное место, правда? Вы здесь живёте?

- Нет, - сказал Рон, приподняв брови и глядя на Гарри.

Гарри наклонился и заглянул вверх в длинную тёмную трубу.

- Ты не думал о том, как мы вылезем наверх? - спросил он у Рона.

Рон покачал головой, но тут перед Гарри захлопал крыльями феникс Фокс, его глаза-бусинки засверкали в темноте. Он размахивал длинными золотыми перьями на хвосте. Гарри с сомнением посмотрел на него.

- Кажется, он хочет, чтобы ты за него ухватился… - растерялся Рон. - Но ты слишком тяжёлый, чтобы птица смогла поднять тебя наверх.

- Фокс, - сказал Гарри, - необычная птица, - он быстро повернулся к остальным. – Нам придётся держаться друг за друга. Джинни, возьми за руку Рона. Профессор Локхарт…

- Он имеет в виду тебя, - резко бросил Рон Локхарту.

- Держитесь за другую руку Джинни.

Гарри заткнул за пояс меч и Распределяющую Шляпу, Рон ухватился за мантию Гарри, а Гарри взялся за странно горячие перья Фокса.

Необыкновенная лёгкость разлилась по его телу, и в следующую секунду с взмахом крыльев они взлетели вверх по трубе. Гарри слышал, как бормочет висящий на нём Локхарт: «Удивительно! Удивительно! Это прямо магия какая-то!» Волосы Гарри трепал холодный воздух, и, прежде чем ему удалось в полной мере насладиться полётом, всё закончилось - все четверо уже приземлялись на сырой пол в туалете Плаксы Миртл. Локхарт поправил шляпу, и в этот момент раковина, скрывавшая трубу, встала на место.

Миртл вытаращилась на них.

- Ты жив, - без выражения сказала она Гарри.

- Не надо так расстраиваться, - мрачно ответил он, стирая подтёки крови и слизь с очков.

- Что ж… я просто подумала. Если бы ты умер, я бы с радостью разделила с тобой свой туалет, - произнесла Миртл, заливаясь серебром.

- Фу! - сказал Рон, как только они выбрались из туалета в тёмный пустынный коридор. - Гарри! По-моему, ты нравишься Миртл! Джинни, у тебя соперница!

Но по щекам Джинни ручьями текли слёзы.

- Куда теперь? - спросил Рон, бросив на Джинни встревоженный взгляд. Гарри показал куда-то.

Фокс указывал им путь, озаряя золотистым сиянием весь коридор. Они помчались за ним и через несколько мгновений оказались перед дверью кабинета профессора МакГонагалл.

Гарри постучал и открыл дверь.

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License