2 18

Когда Гарри, Рон, Джинни и Локхарт, все в грязи, слизи и (в случае Гарри) крови, появились в дверях, в комнате на мгновение повисла тишина. А потом раздался крик:

- Джинни!

Это была миссис Уизли, которая сидела у камина и рыдала. Она вскочила на ноги, мистер Уизли последовал за ней, и они бросились к дочери.

Однако Гарри смотрел не на них. Профессор Дамблдор, широко улыбаясь, стоял у каминной полки рядом с профессором МакГонагалл, которая, тяжело и отрывисто дышала, схватившись за грудь. Фокс пролетел мимо уха Гарри и уселся на плечо Дамблдора, а Гарри и Рон попали в крепкие объятия миссис Уизли.

- Вы спасли её! Вы спасли её! Как вы это сделали?

- Думаю, мы все хотели бы это знать, - слабым голосом произнесла профессор МакГонагалл.

Миссис Уизли отпустила Гарри, который, секунду поколебавшись, подошёл к столу и положил на него Распределяющую Шляпу, меч, инкрустированный рубинами, и то, что осталось от дневника Риддла.

Затем он начал свой рассказ. Почти четверть часа он говорил в полной тишине. Он поведал им о бестелесном голосе, о том, как Гермиона наконец поняла, что он слышал Василиска в трубах; как он и Рон последовали в лес за пауками, и что Арагог рассказал им, где умерла последняя жертва Василиска; как он догадался, что Плакса Миртл была той жертвой, и что вход в Тайную Комнату может быть в её туалете…

- Очень хорошо, - вмешалась профессор МакГонагалл, едва он замолчал, - значит, вы выяснили, где вход - походу нарушив сотню школьных правил - но как вам всем удалось вернуться оттуда живыми, Поттер?

И Гарри, уже почти охрипший от всех этих повествований, рассказал им о своевременном появлении Фокса и о том, как Распределяющая Шляпа подарила ему меч. Но затем он запнулся. До сих пор ему удавалось избегать упоминаний о дневнике Риддла… и Джинни. Она стояла, склонив голову на плечо миссис Уизли, и до сих пор слезы тихо лились по её щекам. «А что, если её исключат?» - в панике подумал Гарри. Дневник Риддла больше не действовал… Как можно было доказать, что это он заставлял Джинни делать всё это?

Гарри инстинктивно посмотрел на Дамблдора, который едва заметно улыбнулся, а от стёкол его очков-полумесяцев отражался свет огня.

- Мне гораздо интереснее, - мягко произнёс Дамблдор, - как Лорд Волдеморт смог заколдовать Джинни, хотя по моим сведениям, в настоящее время он скрывается в лесах Албании.

Облегчение - тёплое и безграничное облегчение - овладело Гарри.

- Ч-что? - ошеломлённо произнёс мистер Уизли. - Сами-Знаете-Кто? З-заколдовал Джинни? Но Джинни не… её не… ведь нет?

- Это был его дневник, - быстро сказал Гарри, поднимая его и показывая Дамблдору. - Риддл писал в нём, когда ему было шестнадцать.

Дамблдор взял у Гарри дневник и с интересом посмотрел на его прожжённые сырые страницы.

- Гениально, - тихо сказал он. - Конечно, ведь он, возможно, был самым выдающимся учеником, который когда-либо учился в Хогвартсе, - Дамблдор повернулся к семье Уизли, выглядевшей чрезвычайно смущенной.

- Немногие знали, что Лорда Волдеморта когда-то звали Том Риддл. Я сам учил его пятьдесят лет назад, здесь, в Хогвартсе. После окончания школы он исчез… путешествовал по далёким и чужим местам… слишком увлёкся Тёмными Искусствами, общался с сами худшими представителями нашего рода, подвергся множеству опаснейших магических трансформаций, поэтому, когда он преобразился в Лорда Волдеморта, едва ли кто-то узнал бы его. Вряд ли кто-нибудь связал бы Лорда Волдеморта с тем умным и привлекательным мальчиком, который когда-то был здесь Старостой.

- Но Джинни, - сказала миссис Уизли, - как наша Джинни может быть связана с… с… ним?

- Его дн-невник! - всхлипнула Джинни. - Я в нём писала, а он весь год м-мне отвечал…

- Джинни! - изумился мистер Уизли. - Неужели я ничему тебя не научил? Что я всегда тебе говорил? Никогда не доверяй тому, что может думать самостоятельно, если не видишь, где у него мозги! Почему ты не показала этот дневник мне или маме? Ведь очевидно, что такой подозрительный объект был полон Тёмной Магии!

- Я н-не знала, - рыдала Джинни. - Я нашла его в одной из книг, которые купила мне мама. Я д-думала, что кто-то оставил его там, а потом о нём забыл…

- Мисс Уизли следует немедленно отправить в больничное крыло, - твёрдо вмешался Дамблдор. - Для неё это было ужасным испытанием. Наказания не последует. Лордом Волдемортом были одурачены волшебники и постарше, и помудрее неё. - Он прошёл к двери и распахнул её. - Постельный режим и, вероятно, большая чашка горячего шоколада. Меня это всегда подбадривает, - добавил он, посмотрев на неё с доброй улыбкой. - Мадам Помфри ещё бодрствует. Она как раз начала раздавать сок Мандрагоры… осмелюсь утверждать, что все жертвы Василиска очнутся с минуты на минуту.

- Значит, с Гермионой всё в порядке! - обрадовался Рон.

- Серьезного вреда им не причинили, - сказал Дамблдор.

Миссис Уизли вывела Джинни, и мистер Уизли проследовал за ними, всё ещё пребывая в состоянии шока.

- Знаете, Минерва, - задумчиво обратился Дамблдор к профессору МакГонагалл. - Думаю, мы все заслужили праздник. Могу я попросить вас пойти и потревожить кухонный персонал?

- Хорошо, - решительно сказала профессор МакГонагалл, также направляясь к двери. - Тогда я оставляю вас разбираться с Поттером и Уизли?

- Разумеется, - сказал Дамблдор.

Она вышла, а Гарри и Рон неуверенно посмотрели на Дамблдора. Что именно имела в виду профессор МакГонагалл, оставляя Дамблдора разбираться с ними? Ведь их… их же… не накажут?

- Припоминаю, как я, кажется, говорил вам, что мне придётся вас исключить, если вы ещё раз нарушите школьные правила, - сказал Дамблдор.

Рон в ужасе открыл рот.

- Что доказывает, что даже лучшим из нас иногда приходится брать свои слова обратно, - улыбаясь, продолжил Дамблдор. - Вы оба получите Особые Награды за Заслуги перед Школой и… дайте-ка подумать… да, думаю, по двести очков каждому в пользу Гриффиндора.

Рон стал такого же ярко-розового цвета, как и цветочки Локхарта на Дне Святого Валентина, и снова закрыл рот.

- Но один из нас, похоже, собрался умолчать о своей роли в этих опасных приключениях, - добавил Дамблдор. – Откуда такая скромность, Гилдерой?

Гарри вздрогнул. Он совершенно забыл о Локхарте. Он обернулся и увидел, что Локхарт стоял в углу комнаты, до сих пор с рассеянной улыбкой на лице. Когда Дамблдор обратился к нему, Локхарт обернулся и посмотрел через плечо, чтобы увидеть, с кем он разговаривает.

- Профессор Дамблдор, - быстро сказал Рон, - в Тайной Комнате произошёл несчастный случай. Профессор Локхарт…

- А я профессор? - удивился Локхарт. – Боже, а я-то думал, что я безнадёжен.

- Он попытался применить Заклинание Памяти, а палочка сработала в другую сторону, - тихо пояснил Дамблдору Рон.

- Надо же, - сказал Дамблдор, качая головой, а его длинные серебряные усы дрогнули. – Пал от собственного меча, Гилдерой!

- Меча? - пролепетал Локхарт. – У меня нет меча. А вот у этого мальчика есть. – Он указал на Гарри. – Он вам одолжит.

- Не мог бы ты отвести и профессора Локхарта в больничное крыло? - сказал Дамблдор Рону. - Я хотел бы переговорить с Гарри…

Локхарт неторопливо вышел. Рон бросил на Дамблдора и Гарри любопытный взгляд и закрыл за собой дверь.

Дамблдор перёшел к одному из кресел перед камином.

- Присаживайся, Гарри, - сказал он, и Гарри сел, чувствуя необъяснимое волнение.

- Во-первых, Гарри, я хочу поблагодарить тебя, - сказал Дамблдор, и его глаза опять сверкнули. - Там, в Комнате, ты, должно быть, продемонстрировал настоящую верность мне. Только так ты мог позвать Фокса.

Он погладил феникса, который перепорхнул к нему на колено. Гарри смущённо ухмыльнулся, в то время как Дамблдор продолжал смотреть на него.

- Итак, ты встретился с Томом Риддлом, - задумчиво сказал Дамблдор. – Полагаю, ты ему был куда интересней…

Внезапно то, что терзало Гарри, сорвалось с его губ.

- Профессор Дамблдор… Риддл сказал, что я на него похож. Он сказал, что это странное сходство…

- Неужели? - сказал Дамблдор, задумчиво глядя на Гарри из-под густых седых бровей. - А что ты сам думаешь по этому поводу, Гарри?

- Я не думаю, что я такой, как он! - сказал Гарри громче, чем хотел. – То есть… я же в Гриффиндоре, я…

Но он замолчал, когда затаившееся сомнение снова всплыло в его голове.

- Профессор, - снова начал он через секунду, - Распределяющая Шляпа мне сказала, что мне… мне подошёл бы Слизерин. Некоторое время все думали, что я - наследник Слизерина… потому что я говорю на языке Змееустов…

- Ты говоришь на языке Змееустов, Гарри, - спокойно сказал Дамблдор - потому что Лорд Волдеморт - последний оставшийся потомок Салазара Слизерина - тоже на нём говорит. Если я не ошибаюсь, он передал тебе некоторую часть собственной силы в ту ночь, когда наградил тебя этим шрамом. Хотя, я уверен, он этого вовсе не хотел…

- Волдеморт вложил частицу себя в меня? - удивлённо сказал Гарри.

- Похоже, именно так.

- Значит, я должен быть в Слизерине, - сказал Гарри, с отчаянием глядя в лицо Дамблдора. - Распределяющая Шляпа увидела во мне силу Слизерина и…

- Отправила тебя в Гриффиндор, - спокойно произнёс Дамблдор. - Послушай меня, Гарри. Ты обладаешь многими достоинствами, которые Салазар Слизерин ценил в своих воспитанниках. Его собственный очень редкий дар, язык Змееустов… находчивость… решительность… некоторое пренебрежение правилами, - добавил он, и усы его опять дрогнули. - И всё же Распределяющая Шляпа отправила тебя в Гриффиндор. Ты знаешь, почему так случилось. Подумай.

- Она отправила меня в Гриффиндор, - пробормотал расстроенным голосом Гарри, - только потому, что я попросил не отправлять меня в Слизерин…

- Именно, - сказал Дамблдор, просияв ещё раз. - И в этом ты сильно отличаешься от Тома Риддла. Наши решения, Гарри, показывают, кем мы являемся в действительности, гораздо лучше, чем наши способности. - Гарри неподвижно сидел в кресле, совершенно ошеломлённый. - Если тебе нужны доказательства, Гарри, что твоё место в Гриффиндоре, я предлагаю тебе рассмотреть это повнимательнее.

Дамблдор протянул руку к столу профессора МакГонагалл, взял испачканный в крови серебряный меч и передал его Гарри. Гарри медленно перевернул его, и рубины засверкали в свете огня. А затем он увидел имя, выгравированное прямо под рукоятью.

Годрик Гриффиндор.

- Только настоящий гриффиндорец мог вытащить его из Шляпы, Гарри, - просто сказал Дамблдор.

С минуту они оба молчали. Затем Дамблдор выдвинул один из ящиков стола профессора МакГонагалл и достал перо и чернильницу.

- Что тебе нужно, Гарри, это поесть и поспать. Предлагаю тебе отправиться на праздник, а я напишу в Азкабан… нужно получить нашего егеря обратно. И я должен дать объявление в «Ежедневный Пророк», - задумчиво добавил он. - Нам потребуется новый преподаватель по Защите от Тёмных Искусств. Надо же, похоже, у нас это вечная вакансия.

Гарри встал и пошёл к двери. Но едва он потянулся к ручке, как дверь распахнулась так сильно, что отскочила от стены.

На пороге стоял Люциус Малфой с лицом, искажённым яростью. А съёжившись у него под рукой, весь в бинтах, стоял Добби.

- Добрый вечер, Люциус, - с удовольствием произнёс Дамблдор.

Мистер Малфой влетел в комнату, едва не сбив Гарри с ног. За ним, скрючившись у полы мантии, с выражением ужаса на лице мчался Добби.

- Итак! – сказал Люциус Малфой. - Вы вернулись. Попечители отстранили вас, но вы всё же сочли возможным вернуться в Хогвартс.

- Видишь ли, Люциус, - невозмутимо улыбаясь, сказал Дамблдор, - сегодня со мной связались остальные одиннадцать попечителей. По правде говоря, это было похоже на совиный ураган. Они узнали, что убита дочь Артура Уизли, и мгновенно захотели, чтобы я вернулся. Очевидно, они решили, что, в конце концов, я был неплохим директором. Очень странные истории они мне рассказали. Некоторым показалось, что ты угрожал проклясть их семьи, если они не согласятся отстранить меня.

Мистер Малфой стал даже бледнее, чем обычно, но глаза его от ярости превратились в щелки.

- Так… вы уже остановили нападения? – презрительно ухмыльнулся он. - Поймали виновника?

- Да, - улыбаясь, сказал Дамблдор.

- И? - отрезал мистер Малфой. - Кто же это?

- Тот же человек, что и в прошлый раз, Люциус, - сказал Дамблдор. - Но в этот раз Лорд Волдеморт действовал через кое-кого другого. С помощью этого дневника.

Он поднял маленькую чёрную книжку с большой дырой в центре, не спуская глаз с мистера Малфоя. Гарри тем временем наблюдал за Добби.

С эльфом творилось что-то странное. Он многозначительно смотрел на Гарри, указывая сначала на дневник, потом на мистера Малфоя, а потом со всей силы стукал себя кулаком по голове.

- Понятно… - медленно сказал Дамблдору мистер Малфой.

- Умный план, - произнес Дамблдор ровным голосом, глядя мистеру Малфою прямо в глаза. - Так что, если бы Гарри… - мистер Малфой бросил на Гарри недобрый взгляд, - и его друг Рон не обнаружили эту книжку, что ж… все обвинения пришлись бы на долю Джинни Уизли. Никто не смог бы доказать, что она действовала не по своей воле…

Мистер Малфой ничего не сказал. Его лицо внезапно стало каменным.

- И вообразите, - продолжил Дамблдор, - что могло бы случиться потом… Семья Уизли является одной из самых известных чистокровных семей. Представьте, что случилось бы с Артуром Уизли и его Актом о Защите Магглов, если бы стало известно, что его собственная дочь нападала и убивала магглорожденных. Нам очень повезло, что дневник был найден, а воспоминания Риддла стёрты из него. Кто знает, что могло бы произойти в противном случае…

Мистер Малфой заставил себя заговорить.

- Очень повезло, - выдавил он.

А за его спиной Добби продолжал показывать сначала на дневник, потом на Люциус Малфоя, а потом бить себя по голове.

И неожиданно Гарри понял. Он кивнул Добби, и Добби попятился в угол, теперь скручивая уши в качестве наказания.

- А хотите узнать, откуда у Джинни взялся этот дневник, мистер Малфой? - сказал Гарри.

Люциус Малфой набросился на него.

- Откуда мне знать, где эта глупая девчонка достала его? - сказал он.

- Потому что это вы дали ей его, - сказал Гарри. - У «Флориша и Блоттса». Вы взяли её старый учебник по Трансфигурации и подсунули в него дневник, так?

Мистер Малфой сжимал и разжимал белые пальцы.

- Докажи это, - прошипел он.

- О, никто не сумел бы, - сказал Дамблдор, улыбаясь Гарри. - Особенно сейчас, когда Риддл исчез из этой книги. С другой стороны, я бы посоветовал тебе, Люциус, больше не раздавать старые школьные вещи Лорда Волдеморта. Если ещё хоть одна из них окажется в чьих-нибудь невинных руках, я думаю, например, Артур Уизли сделает так, чтобы стало известно, что следы ведут к тебе…

Люциус Малфой на мгновенье замер, а затем Гарри отчётливо увидел, как его правая рука дёрнулась, будто порываясь достать палочку. Но вместо этого он повернулся к своему домашнему эльфу.

- Мы уходим, Добби!

Он рывком распахнул дверь, и когда эльф поторопился к нему, выпнул его наружу. Было слышно на весь коридор, как Добби скулит от боли. На секунду Гарри остановился, раздумывая. Затем его осенило.

- Профессор Дамблдор, - быстро сказал он, - пожалуйста, можно мне вернуть дневник мистеру Малфою?

- Конечно, Гарри, - спокойно ответил Дамблдор. - Но поторопись. Помни о празднике.

Гарри схватил дневник и выбежал из кабинета. За углом стихали визги Добби. Думая о том, может ли сработать его план, Гарри быстро снял ботинок, стянул грязный носок, покрытый слизью, и засунул в него дневник. Потом он помчался по тёмному коридору.

Он догнал их на верхних ступенях лестницы.

- Мистер Малфой, - выдохнул он, резко остановившись. - У меня для вас кое-что есть.

И он засунул вонючий носок в руку Люциуса Малфоя.

- Что за?..

Мистер Малфой сорвал носок с дневника, бросил его в сторону и злобно перевёл взгляд с испорченной книги на Гарри.

- В один прекрасный день тебя ждёт такой же незавидный конец, как и твоих родителей, Гарри Поттер, - вкрадчиво сказал он. - Они тоже были неисправимыми идиотами.

И он развернулся, чтобы уйти.

- Пойдём, Добби. Я сказал, пойдём!

Но Добби не двигался. В руках у него был отвратительный, склизкий носок Гарри, и он смотрел на него так, как если бы у него в руках было бесценное сокровище.

- Хозяин дал Добби носок, - изумленно сказал эльф. - Хозяин дал его Добби.

- Что? - бросил мистер Малфой - Что ты сказал?

- У Добби есть носок, - недоверчиво произнёс Добби. - Хозяин бросил его, а Добби поймал его, и Добби… Добби свободен.

Люциус Малфой замер, уставившись на эльфа. Потом он повернулся к Гарри.

- Ты лишил меня слуги, мальчишка!

Но Добби крикнул: «Ты не посмеешь навредить Гарри Поттеру!»

Раздался громкий взрыв, и мистера Малфоя отбросило назад. Он полетел по лестнице, перелетая через три ступеньки, и грохнулся в самом низу. Он поднялся, мертвенно-бледный, и достал волшебную палочку, но Добби угрожающе поднял длинный палец.

- Уходи сейчас же, - свирепо сказал он, указывая на мистера Малфоя. - Ты не тронешь Гарри Поттера. Уходи сейчас же.

У Люциуса Малфоя не осталось выбора. Кинув на них последний, очень сердитый взгляд, он запахнулся в свою мантию и поспешно удалился.

- Гарри Поттер освободил Добби! - пронзительно пискнул эльф, глядя на Гарри своими огромными глазами, в которых отражался лунный свет из ближайшего окна. - Гарри Поттер освободил Добби!

- Это меньшее, что я мог сделать, Добби, - ухмыльнулся Гарри. - Только пообещай мне никогда больше не пытаться спасти мне жизнь.

Безобразное коричневое лицо эльфа внезапно расплылось в широкой зубастой улыбке.

- У меня только один вопрос, Добби, - сказал Гарри, в то время как Добби дрожащими руками надел его носок. – Помнишь, ты сказал, что всё это не связано с Тем-Кого-Нельзя-Называть? Ну…

- Это была подсказка, сэр, - сказал Добби, выпучив глаза, будто это было очевидно. - Добби дал вам подсказку. Тёмного Лорда было можно свободно называть по имени до того, как он его сменил, понимаете?

- Ясно, - пробормотал Гарри. - Ну, я лучше пойду. У нас праздник, и моя подруга Гермиона наверняка уже проснулась…

Добби обвил руки вокруг Гарри и обнял его за талию.

- Гарри Поттер куда более великий, чем думал Добби! - всхлипнул он. - Прощай, Гарри Поттер!

И с громким треском Добби исчез.

*

Гарри был на многих праздниках в Хогвартсе, но такого здесь не было никогда. Все сидели в пижамах и отмечали всю ночь. Гарри даже не знал, что было лучше: Гермиона, которая бежала к нему с криками: «Ты догадался! Ты догадался!», или Джастин, спешивший от стола Хаффлпаффа, чтобы пожать ему руку и извиниться за свои подозрения, или появившийся в половине третьего Хагрид, который с такой силой хлопнул Гарри и Рона по плечам, что они уткнулись в свои тарелки с бисквитами, или его с Роном четыреста очков в пользу Гриффиндора, которые помогли выиграть Кубок Школы второй раз подряд, или как профессор МакГонагалл объявила, что в виду исключительных обстоятельств все экзамены отменяются («О, нет!» - воскликнула Гермиона), или как Дамблдор сообщил, что, к сожалению, в следующем году профессор Локхарт преподавать не сможет, так как ему нужно восстановить память. К аплодисментам, последовавшим за этой новостью, присоединилось и несколько учителей.

- Жаль, - сказал Рон, хватая пончик с джемом. – Я уже начал к нему привыкать.

*

Окончание летнего семестра пролетело как в тумане. Хогвартс возвращался к нормальной жизни, только с небольшими изменениями - занятия по Защите от Тёмных Искусств отменили («Но мы же попрактиковались», - сказал Рон недовольной Гермионе), а Люциуса Малфоя сняли с должности попечителя. Драко уже больше не расхаживал по школе так важно, как будто она принадлежала ему. Напротив, он выглядел обиженным и надутым. А Джинни Уизли, наоборот, опять была совершенно счастлива.

Вскоре пришло время возвращаться домой на Хогвартс-Экспрессе. Гарри, Рон, Гермиона, Фред, Джордж и Джинни сидели в одном купе. Они с пользой провели последние часы, когда им ещё разрешалось колдовать, прежде чем наступили каникулы. Они играли в Подрывного Дурака, взорвали самый последний Фейерверк Флибустьера Фреда и Джорджа и потренировались в использовании заклинания разоружения. У Гарри получалось всё лучше и лучше.

Они уже подъезжали к вокзалу Кингс Кросс, когда Гарри кое о чём вспомнил.

- Джинни… а что такого делал Перси, что ты видела и не должна была никому рассказывать?

- А, это? - хихикнула Джинни. - Ну… у Перси появилась подружка.

Фред уронил стопку книг на голову Джорджу.

- Что?

- Это Префект Рэйвенкло - Пенелопа Клируотер, - сказала Джинни. - Это ей он писал всё прошлое лето. Он всё время тайно встречался с ней в школе. Однажды я зашла в пустой класс, когда они там целовались. Он так расстроился, когда на неё… ну, знаете… напали. Вы же не будете дразнить его? – беспокойно добавила она.

- И не думали, - сказал Фред с таким видом, будто его день рождения наступил раньше времени.

- Определённо нет, - хихикнул, Джордж.

Хогвартс-Экспресс замедлил ход и, наконец, остановился.

Гарри вытащил перо и кусок пергамента, и повернулся к Рону и Гермионе.

- Это называется «телефонный номер», - сказал он Рону, написал номер дважды, разорвал пергамент пополам и протянул им. - Прошлым летом я рассказывал твоему папе, как пользоваться телефоном - он знает. Позвони мне, когда я буду у Дёрсли, ладно? Я не переживу следующие два месяца, если мне придется говорить только с Дадли…

- Твои тётя и дядя, наверное, будут гордиться тобой? - сказала Гермиона, когда они сошли с поезда и присоединились к толпе, медленно ползущей к волшебному барьеру. - Когда узнают, что ты сделал в этом году.

- Гордиться? - сказал Гарри. - Ты с ума сошла? Я столько раз мог погибнуть и не погиб? Они сильно разозлятся…

И они все вместе шагнули сквозь барьер в мир магглов.

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License