Книга 3. Глава 5. Дементор

На следующее утро Том разбудил Гарри, как всегда, подав чашку чая, улыбаясь беззубым ртом. Гарри оделся и как раз пытался уговорить рассерженную Хедвигу сесть обратно в клетку, когда в комнату влетел Рон, который натягивал футболку и выглядел раздражённым.

- Чем скорее мы сядем на поезд, тем лучше, – сказал он. – По крайней мере, в Хогвартсе я смогу отвязаться от Перси. Теперь он обвиняет меня в том, что я пролил чай на фотографию Пенелопы Клируотер. Ну, знаешь, – Рон скорчил рожу, – его девушки. Она спрятала лицо за рамкой, потому что у неё весь нос в пятнах…

- Мне нужно тебе кое-что сказать, – начал Гарри, но ему помешали Фред и Джордж, которые заглянули, чтобы поздравить Рона с тем, что ему в очередной раз удалось разозлить Перси.

Они отправились на завтрак, где мистер Уизли, нахмурившись, читал передовицу «Ежедневного Пророка», а Миссис Уизли рассказывала Гермионе и Джинни, как в юности она приготовила Любовное Зелье. Все трое хихикали.

- Так о чём ты говорил? – спросил Рон у Гарри, когда они уселись за стол.

- Потом, - пробормотал Гарри, когда влетел Перси.

Из-за суматохи Гарри не удалось поговорить ни с Роном, ни с Гермионой. Они были слишком заняты, спуская свои чемоданы вниз по узкой лестнице «Дырявого котла» и сваливая их у двери в кучу, на самом верху которой стояли клетки Хедвиги и Гермеса, совы Перси. Стоявшая у груды чемоданов плетёная корзина громко фыркала.

- Ничего, Косолапик, – ворковала Гермиона, – я выпущу тебя в поезде.

- Нет, не выпустишь, – огрызнулся Рон. – А как же бедный Короста?

Он показал на оттопыренный нагрудный карман, в котором свернулся Короста.

Мистер Уизли, который стоял снаружи, ожидая машины Министерства, заглянул внутрь.

- Они здесь, - сказал он. – Пойдём, Гарри.

Мистер Уизли провёл Гарри по узкому тротуару к первой из двух старомодных тёмно-зелёных машин, каждой из которых управлял маленький неприметный волшебник в костюме из изумрудно-зелёного бархата.

- Залезай, Гарри, – сказал мистер Уизли, оглядывая людную улицу.

Гарри сел на заднее сидение и вскоре к нему присоединились Гермиона, Рон, и, к недовольству Рона, Перси.

Поездка до Кингс-Кросс по сравнению с путешествием Гарри на Автобусе «Рыцарь» оказалась ничем не примечательной. Машины Министерства Магии казались почти обыкновенными, хотя Гарри заметил, что они могут проскальзывать в просветы между автомобилями, чего новая служебная машина дяди Вернона уж точно не смогла бы. Они прибыли на Кингс-Кросс с двадцатиминутным запасом времени; водители Министерства нашли для них тележки, выгрузили чемоданы, прикоснулись к своим шляпам, салютуя мистеру Уизли, и уехали, каким-то образом умудрившись проскочить в начало неподвижной пробки у светофора.

Весь путь на станцию мистер Уизли не отпускал Гарри от себя.

- Ну ладно, – сказал он, оглядывая всех. – Давайте по двое, а то нас слишком много. Я пойду первым вместе с Гарри.

Мистер Уизли устремился к барьеру между платформами девять и десять, толкая тележку Гарри и не скрывая своего интереса к поезду междугороднего сообщения InterCity 125, только что прибывшему на девятую платформу. Он многозначительно взглянул на Гарри и небрежно прислонился к барьеру. Гарри последовал его примеру.

В следующую же секунду они бочком провалились сквозь твёрдый металл на платформу Девять и Три Четверти и увидели Хогвартс-Экспресс – ярко-алый паровоз, пускающий клубы пара на платформу, где толпились волшебники и волшебницы, провожающие детей.

Неожиданно за спиной Гарри появились Перси и Джинни. Они запыхались и, судя по всему, пробежали сквозь барьер.

- А вот и Пенелопа! – сказал Перси, приглаживая волосы и снова покрываясь румянцем. Джинни и Гарри переглянулись и оба отвернулись, чтобы скрыть хохот, когда Перси направился к девушке с длинными волнистыми волосами, выпятив грудь так, чтобы она не могла не заметить блестящий значок.

Как только остальные члены семейства Уизли и Гермиона присоединились к ним, Гарри и мистер Уизли повели всех к концу поезда, мимо переполненных купе, к вагону, который выглядел относительно пустым. Они загрузили свои чемоданы, поставили клетку с Хедвигой и корзину с Косолапом на багажную полку и вышли наружу попрощаться с мистером и миссис Уизли.

Миссис Уизли поцеловала всех своих детей, затем Гермиону и, наконец, Гарри. Он смутился, но был очень доволен, когда она обняла его ещё раз.

- Береги себя, Гарри, – сказала она, выпрямляясь и глядя на него подозрительно блестевшими глазами. Затем она открыла свою необъятную сумочку. – Я приготовила вам всем бутерброды. Держи, Рон… нет, они не с солониной… Фред? Где Фред? Держи, дорогой…

- Гарри, – тихо сказал мистер Уизли, – давай отойдем на минутку.

Он кивнул в сторону колонны, и Гарри последовал за ним, оставив остальных толпиться вокруг миссис Уизли.

- Мне надо сказать тебе кое-что, прежде чем ты уедешь… – беспокойно начал мистер Уизли.

- Все нормально, мистер Уизли, – перебил Гарри. – Я уже знаю.

- Знаешь? Откуда же?

- Я… ээ… я слышал ваш вчерашний разговор с миссис Уизли. Я не мог не услышать, – быстро добавил Гарри. – Простите…

- Я бы предпочёл, чтобы ты узнал об этом иначе, – сказал мистер Уизли, выглядевший встревоженным.

- Нет… правда, все в порядке. Так вы не нарушили своего слова Фаджу, и я знаю, что происходит.

- Гарри, наверное, это сильно напугало тебя…

- Нет, – искренне ответил Гарри. – Честное слово, – добавил он, видя, что мистер Уизли ему не верит. – Я вовсе не пытаюсь быть героем, но если серьёзно, не может же Сириус Блэк быть страшнее Волдеморта?

Мистер Уизли вздрогнул при звуке этого имени, но овладел собой.

- Гарри, я знаю, что ты сильнее, чем полагает Фадж, и я, разумеется, доволен, что ты не испугался, но…

- Артур! – позвала миссис Уизли, которая теперь присматривала за посадкой всех остальных на поезд. – Артур, чем вы там занимаетесь? Пора отправляться!

- Он уже идет, Молли! – отозвался мистер Уизли, но тут же снова повернулся к Гарри и продолжал говорить тише и более торопливо. – Слушай, я хочу, чтобы ты обещал мне…

- …что я буду хорошим мальчиком и буду сидеть в замке? – мрачно спросил Гарри.

- Не совсем, – сказал мистер Уизли, которого Гарри никогда еще не видел таким серьезным. – Гарри, поклянись мне, что ты не будешь разыскивать Блэка.

Гарри уставился на него: «Что?»

Раздался громкий свисток. Охранники шли вдоль поезда, захлопывая все двери.

- Обещай мне, Гарри, – повторил мистер Уизли, – что, что бы ни случилось…

- Зачем мне разыскивать кого-то, про которого я знаю, что он хочет убить меня? – спросил Гарри безучастно.

- Поклянись, что, что бы ты ни услышал…

- Артур, скорее! – крикнула миссис Уизли.

Паровоз выпустил облако пара, и поезд тронулся. Гарри помчался к двери вагона, Рон распахнул её и отступил назад, давая ему дорогу. Они высунулись из окна и махали мистеру и миссис Уизли, пока те не скрылись за поворотом.

Когда Хогвартс-Экспресс набрал скорость, Гарри тихо сказал Рону и Гермионе:

- Мне нужно поговорить с вами наедине.

- Джинни, уйди, – сказал Рон.

- Очень мило, – проворчала Джинни, удаляясь.

Гарри, Рон и Гермиона прошли по коридору в поисках пустого купе, но все купе были заняты, за исключением одного, в самом конце поезда.

Там был только один пассажир, дремавший у окна. Гарри, Рон и Гермиона замешкались на пороге. Хогвартс-Экспресс обычно перевозил только учеников, и они никогда не встречали здесь взрослых, за исключением волшебницы, продававшей сладости.

Незнакомец был одет в поношенную мантию, заштопанную в нескольких местах. Он выглядел больным и уставшим. Несмотря на молодость, в его русых волосах виднелась седина.

- Как думаете, кто это? – прошептал Рон, когда они уселись подальше от окна и закрыли дверь купе.

- Профессор Р. Дж. Люпин, – отозвалась Гермиона.

- Откуда ты знаешь?

- Так написано у него на чемодане, – ответила она, указывая на багажную полку над головой незнакомца. Там лежал маленький обшарпанный чемодан, для надёжности аккуратно обвязанный веревкой. Имя «Профессор Р. Дж. Люпин» было отпечатано на одном из углов полустертыми буквами.

- Как думаете, что он преподаёт? – сказал Рон, кивая на профиль бледного профессора.

- Так это же очевидно, – прошептала Гермиона. – В Хогвартсе только одна вакансия. Защита от Тёмных Искусств.

У Гарри, Рона и Гермионы уже сменилось два преподавателя по этому предмету. Каждый из них продержался только год. Ходили слухи, что на этой вакансии лежало проклятие.

- Что ж, я надеюсь, он справится, – сказал Рон с сомнением в голосе. – У него такой вид, будто одно-единственное заклятие может его доконать… Ну ладно, – он повернулся к Гарри. – О чём ты хотел с нами поговорить?

Гарри рассказал о разговоре мистера и миссис Уизли и о предупреждении, только что полученном от мистера Уизли. Когда он закончил, Рон ошарашено смотрел на него, а Гермиона в ужасе закрыла рот руками. В конце концов она опустила руки и сказала:

- Сириус Блэк сбежал, чтобы добраться до тебя? О, Гарри… Ты должен быть очень, очень осторожен. Не ищи приключений на свою голову, Гарри…

- Я их не ищу, – раздражённо ответил Гарри. – Они, как правило, сами меня находят.

- Но каким же Гарри должен быть тупицей, чтобы приняться за поиски сумасшедшего, который хочет его убить? – неуверенно произнёс Рон.

Гарри не ожидал, что они так отреагируют на его новость. И Рон, и Гермиона, казалось, боялись Блэка больше, чем он.

- Никто не знает, как он сбежал из Азкабана, – Рону было явно не по себе. – Никому и никогда такое не удавалось. И ведь он был под строжайшей охраной!

- Но его поймают, ведь правда? – серьезно сказала Гермиона. – Ведь даже магглы его разыскивают…

- Что там за шум? – неожиданно спросил Рон.

Откуда-то доносился слабый, звенящий свист. Они осмотрелись.

- Это из твоего чемодана, Гарри, – сказал Рон, поднимаясь и направляясь к багажной полке. Мгновение спустя он вынул карманный Хитроскоп из мантии Гарри. Тот вращался и светился на ладони Рона.

- Это Хитроскоп? – спросила Гермиона с интересом, приподнимаясь, чтобы рассмотреть его получше.

- Ага… но имейте в виду, очень дешевый, – сказал Рон. – Он прямо взбесился, когда я его подвешивал на лапу Эрролу, чтобы послать Гарри.

- Ты в тот момент делал что-то нехорошее? – поинтересовалась Гермиона.

- Нет! Хотя… я не должен был нагружать Эррола. Вы же знаете, ему нелегко даются дальние полеты… Но я же не мог послать Гарри подарок другим способом.

- Положи его обратно в чемодан, – посоветовал Гарри, потому что Хитроскоп оглушительно свистел. – А то разбудим его.

Он кивнул в сторону профессора Люпина. Рон засунул Хитроскоп в старые и ужасные носки дяди Вернона, отчего звук стал значительно тише, и закрыл чемодан.

- Мы можем проверить его в Хогсмиде, – сказал он, занимая свое место. – У «Дервиша и Бэнгса» торгуют волшебными инструментами и тому подобными штуками. Фред и Джордж мне говорили.

- А ты много знаешь о Хогсмиде? – с энтузиазмом спросила Гермиона. – Я читала, что это единственное во всей Великобритании поселение, где нет ни единого маггла…

- Да, я думаю, так и есть, – ответил Рон небрежно. – Но я не потому хочу туда попасть. Мне бы только зайти в «Медовое Герцогство».

- А это что такое? – поинтересовалась Гермиона.

- Это такая кондитерская, – пояснил Рон, и на его лице появилось мечтательное выражение, – где есть все на свете… Перечные Чёртики – от них изо рта валит дым, и чудесные огромные шоколадные шары, наполненные клубничным муссом и сгущёнными сливками, и потрясающие сахарные перья, которые можно посасывать на уроке и притворяться, что ты просто задумался, что написать дальше…

- Но ведь и сам Хогсмид – очень интересное место, ведь правда? – настаивала Гермиона. – В «Памятных местах истории чародейства» говорится, что тамошний трактир был штабом восстания гоблинов в 1612 году, а Визжащая Хижина должна быть самым густонаселённым привидениями зданием в Великобритании…

- …и гигантские шары из шербета, поедая которые отрываешься от земли и взлетаешь на несколько дюймов, – продолжал Рон, совершенно не слушая Гермиону.

Гермиона оглянулась на Гарри.

- Правда будет здорово выбраться из школы и осмотреть Хогсмид?

- Наверное, – сказал Гарри грустно. – Вам придется рассказывать мне о тамошних достопримечательностях.

- То есть как? – удивился Рон.

- Мне нельзя туда. Дёрсли не подписали разрешение, и Фадж – тоже.

Рон возмутился.

- Тебе – нельзя? Но… это невозможно! МакГонагалл или кто-нибудь другой дадут тебе разрешение…

Гарри издал глухой смешок. Профессор МакГонагалл, глава Дома Гриффиндора, была очень строгой.

- …или мы можем спросить Фреда и Джорджа, им известен каждый потайной ход из замка…

- Рон! – резко одернула его Гермиона. – Я не думаю, что Гарри следует высовываться из школы, когда Блэк в бегах…

- Да, я полагаю, что МакГонагалл скажет именно это, когда я попрошу у неё разрешения, – едко сказал Гарри.

- Но если мы будем с ним, – оживленно обратился Рон к Гермионе, – Блэк не осмелится…

- Рон, не болтай чепухи, – отрезала Гермиона. – Блэк убил кучу народа прямо посреди улицы. Ты действительно думаешь, что он станет колебаться – нападать на Гарри или нет только потому, что рядом будем мы?

Пока Гермиона говорила, она теребила ремни на корзине с Косолапом.

- Не выпускай его! – сказал Рон, но было уже поздно – Косолап легко выпрыгнул из корзины, потянулся, зевнул и прыгнул Рону на колени; бугор на кармане Рона задрожал, и Рон сердито спихнул Косолапа прочь.

- Убирайся отсюда!

- Рон, не смей! – рассердилась Гермиона.

Рон собирался ответить ей, когда профессор Люпин пошевелился. Они настороженно посмотрели на него, но он просто повернул голову в сторону и продолжал спать, приоткрыв рот.

Хогвартс-Экспресс двигался на север, и, по мере того, как сгущались облака, пейзаж за окном становился более диким и тёмным. Мимо двери их купе взад и вперед сновали ученики. Косолап устроился на пустом сиденье и повернул свою сплющенную морду к Рону, не спуская жёлтых глаз с его кармана.

В час пополудни, пухленькая ведьма, развозящая на тележке еду, появилась у дверей купе.

- Думаешь, нам стоит разбудить его? – неловко спросил Рон, кивая в сторону профессора Люпина. – Он выглядит так, что немного еды ему бы не повредило.

Гермиона осторожно коснулась профессора Люпина.

- Профессор? – позвала она. – Простите – профессор?

Он не пошевелился.

- Не волнуйся, дорогая, – сказала ведьма, протягивая Гарри большой пакет Кекса-Котлов. – Если он проголодается, когда проснётся, я буду впереди, рядом с машинистом.

- Надеюсь, он действительно спит? – спросил тихонько Рон, когда ведьма выскользнула из купе, закрыв дверь. – Он ведь не умер?

- Нет, нет, он дышит, – прошептала Гермиона, беря кекс, который Гарри передал ей.

Может, профессора Люпина и нельзя было назвать общительным, но его присутствие в их купе имело свои плюсы. Ближе к вечеру, как раз, когда начался дождь, скрывший проносящиеся за окном холмы, они снова услышали шаги в коридоре, и три самых малоприятных человека появились у двери – Драко Малфой в сопровождении своих дружков, Винсента Крэбба и Грегори Гойла.

Драко Малфой и Гарри были врагами с той поры, как встретились во время их самого первого путешествия в Хогвартс. Малфой, с острыми чертами вечно презрительной физиономии, учился в Слизерине; он был Ловцом в команде Слизерина по Квиддичу, в той же самой позиции играл Гарри в команде Гриффиндора. Единственной целью существования Крэбба и Гойла, казалось, было выполнение приказов Малфоя. Оба были широкоплечими и мускулистыми; Крэбб был высоким, с волосами, стриженными под горшок, и очень толстой шеей; Гойл был коротышкой с короткими жестким ёжиком на голове и длинными, как у гориллы, руками.

- Поглядите-ка, кто здесь сидит, – сказал Малфой своим обычным высокомерно-ленивым тоном, открывая дверь купе. – Потный и Вислый.

Крэбб и Гойл злобно захохотали.

- Я слышал, этим летом твой папаша наконец-то подержал в руках немного золота, Уизли, – произнес Малфой. – Твоя мать не умерла от неожиданности?

Рон вскочил с места так быстро, что уронил на пол корзинку Косолапа. Профессор Люпин громко вздохнул во сне.

- Это кто? – спросил Малфой, машинально отступая при виде Люпина.

- Новый учитель, – ответил Гарри, который тоже поднялся с места, на случай, если придется удерживать Рона. – Так о чём ты говорил, Малфой?

Малфой прищурил свои бесцветные глаза; он не был настолько глуп, чтобы затеять драку прямо под носом учителя.

- Пошли отсюда, – злобно прошипел он Крэббу и Гойлу, и они исчезли.

Гарри и Рон сели на свои места. Рон потирал кулаки.

- В этом году я не дам спуску Малфою, – сердито сказал он. – Серьёзно. Если он еще раз скажет гадость о моей семье, я схвачу его за башку и…

Рон выразительно изобразил, что он собирается сделать.

- Рон, – прошептала Гермиона, указывая на профессора Люпина, – тише…

Но профессор Люпин по-прежнему крепко спал.

Чем дальше на север двигался поезд, тем сильнее становился дождь; небо за окном посерело, и потихоньку наступала темнота. В коридорах поезда и над багажными полками зажглись фонари. Поезд стучал по рельсам, дождь гремел по крыше, ветер завывал, но профессор Люпин продолжал спать.

- Мы должны уже скоро прибыть, – сказал Рон, наклоняясь вперед и глядя в окно из-за плеча профессора.

Едва он успел это сказать, как поезд замедлил ход.

- Прекрасно, – Рон поднялся с места и осторожно обошел профессора Люпина, пытаясь разглядеть, что творится снаружи. – Я проголодался. Я хочу, наконец, попасть на праздничный ужин…

Гермиона взглянула на часы и сказала: «Мы ещё не доехали».

- Тогда почему поезд останавливается?

Движение поезда замедлялось. Шум паровоза затихал, а звуки дождя и ветра за окнами становились всё громче.

Гарри, сидевший ближе всех к двери, встал и выглянул в коридор. Из каждого купе высовывались удивлённые лица.

Вдруг поезд резко остановился, с полок с грохотом посыпался багаж. Затем неожиданно фонари погасли, и купе погрузилось в непроглядную тьму.

- Что происходит? – послышался голос Рона из-за спины Гарри.

- Ой! Рон, ты наступил мне на ногу! – вскрикнула Гермиона.

Гарри на ощупь вернулся на своё место.

- Как думаете, что-то сломалось?

- Не знаю…

Что-то заскрипело, и Гарри увидел тёмный силуэт Рона, пытавшегося протереть окно и посмотреть, что происходит снаружи.

- Там что-то двигается, – сказал Рон. – Похоже, входят новые пассажиры…

Дверь купе неожиданно открылась, и кто-то, споткнувшись, рухнул на Гарри.

- Извините… Вы не знаете, что происходит? Ой… Извините.

- Привет, Невилл, – сказал Гарри, ощупью поднимая Невилла за мантию.

- Гарри, это ты? Что случилось?

- Не знаю. Садись.

Раздалось громкое шипение и вопль; Невилл попытался сесть на Косолапа.

Послышался голос Гермионы: «Я пойду к машинисту и спрошу, в чем дело».

Гарри слышал, как она прошла мимо него. Дверь опять открылась, послышался стук и крики.

- Кто это?

- А это кто?

- Джинни?

- Гермиона?

- Что ты здесь делаешь?

- Я искала Рона…

- Заходи и садись…

- Только не сюда! – поспешно сказал Гарри. – Тут сижу я!

- Ой! – вскрикнул Невилл.

Неожиданно послышался хриплый голос: «Тихо!»

Профессор Люпин, видимо, наконец проснулся. Гарри почувствовал движение со стороны его места у окна.

Все замолчали.

Раздался тихий треск, и купе осветилось дрожащим светом. Профессор Люпин держал в руках пламя. Огонь осветил его серое, усталое лицо, с внимательными и настороженными глазами.

- Оставайтесь на местах, – сказал он тем же хриплым голосом, медленно поднимаясь и удерживая пламя.

Не успел он дойти до двери, как она распахнулась.

В дверном проёме, освещённом пламенем, дрожавшим в ладонях Люпина, стояла высокая фигура, закутанная в плащ. Лицо незнакомца было полностью скрыто капюшоном. Гарри посмотрел вниз. То, что он увидел, заставило его сжаться в комок: из-под плаща высовывалась рука – ободранная, покрытая слизью, серая, как рука полуразложившегося утопленника…

Но это продолжалось только секунду. Почувствовав взгляд Гарри, существо в капюшоне внезапно спрятало руку в складках плаща.

Затем неизвестный медленно и шумно вдохнул, будто пытаясь втянуть в себя больше, чем воздух.

Глубокий холод разлился вокруг. Гарри почувствовал, как замерло дыхание. Холод проник под кожу. Холод заполнил всё внутри, в груди, в самом сердце…

Глаза Гарри закатились. Он ничего не видел. Он тонул в холоде. В ушах слышался гул, похожий на шум воды. Что-то тянуло его вниз, шум нарастал…

И вдруг издалека он услышал крик, полный ужаса и мольбы. Он хотел помочь тому, кто кричал, кто бы это ни был, попытался пошевелить руками, но не смог… густой белый туман кружился вокруг него, у него в голове…

- Гарри! Гарри! Что с тобой?

Кто-то хлопал его по щекам.

- Ч-что?..

Он открыл глаза; наверху качались фонари, пол подрагивал – Хогвартс-Экспресс стучал по рельсам, и свет снова зажёгся. Гарри лежал на полу. Гермиона стояла на коленях рядом с ним; взглянув наверх, он встретился взглядами с Невиллом и профессором Люпином. Гарри было очень плохо; поднимая руку, чтобы поправить очки, он почувствовал холодный пот на лице.

Рон и Гермиона помогли ему подняться на сидение.

- Как ты себя чувствуешь? – встревожено спросил Рон.

- Вроде ничего, – ответил Гарри, быстро взглянув на дверь. Существо в капюшоне исчезло. – Что случилось? Где это… эта тварь? Кто кричал?

- Никто не кричал, – ответил Рон, встревожившись ещё больше.

Гарри оглядел ярко освещённое купе. Джинни и Невилл, побледнев, смотрели на него.

- Но я слышал крики…

Внезапно все подпрыгнули от громкого хруста. Профессор Люпин разламывал огромную плитку шоколада.

- Возьми, – сказал он, протягивая Гарри самый большой кусок. – Съешь, это поможет.

Гарри взял шоколад, но не стал его есть.

- Кто это был? – спросил он Люпина.

- Дементор, – ответил Люпин, раздавая шоколад всем остальным. – Один из дементоров Азкабана.

Все уставились на него. Профессор Люпин смял пустую обертку от шоколада и положил её в карман.

- Ешьте, – повторил он. – Это поможет. Извините, мне нужно поговорить с машинистом…

Он прошёл мимо Гарри и исчез в коридоре.

- Ты уверен, что тебе лучше, Гарри? – спросила Гермиона, глядя на него с тревогой.

- Я не понимаю… Что случилось? – отозвался Гарри, вытирая пот с лица.

- Ну… это существо… дементор, стояло там и смотрело (я вообще-то не знаю, смотрело ли, я не видела его лица)… и ты… ты…

- Я подумал, что у тебя припадок или что-то в этом духе, – сказал Рон, по-прежнему встревоженный. – Ты как-то странно застыл, упал с сиденья и начал дёргаться…

- А профессор Люпин перешагнул через тебя, шагнул к дементору, вынимая волшебную палочку, – продолжила Гермиона. – Он сказал: «Никто из нас не прячет под одеждой Сириуса Блэка. Уходи». Но дементор не двинулся с места. Тогда Люпин что-то пробормотал и выстрелил в него серебристой штукой из волшебной палочки. Дементор повернулся и выплыл из купе…

- Это было так ужасно, – сказал Невилл не своим голосом. – Вы почувствовали, как стало холодно, когда он вошёл?

- Я почувствовал что-то странное, – ответил Рон, поеживаясь. – Как будто я уже никогда не буду счастливым.

Джинни тихо всхлипнула. Она сидела, забившись в угол, и выглядела ненамного лучше, чем Гарри. Гермиона подошла и обняла её.

- И никто из вас не упал, как я? – смущённо спросил Гарри.

- Нет, – сказал Рон, снова глядя на Гарри с тревогой. – Джинни, правда, дрожала, как в лихорадке…

Гарри был в недоумении. Он чувствовал слабость и озноб, как после тяжёлого гриппа; и ещё ему стало стыдно. Ну почему он так расклеился? Ведь с другими этого не произошло…

Профессор Люпин вернулся. Он остановился на пороге, осмотрелся и сказал, слегка улыбаясь: - Знаете, ведь этот шоколад не отравлен…

Гарри откусил кусочек и, к большому удивлению, почувствовал тепло, внезапно разлившееся по всему телу, до кончиков пальцев.

- Мы прибываем в Хогвартс через десять минут, – сказал профессор Люпин. – Гарри, тебе лучше?

Гарри не стал спрашивать, откуда профессор Люпин знает его имя.

- Лучше, – ответил он смущённо.

Остаток пути они мало говорили. И вот наконец поезд остановился на станции Хогсмид; все начали выходить, поднялась суматоха: совы ухали, кошки мяукали, жаба Невилла громко квакала из-под его шапки. На маленькой платформе было очень холодно; дождь хлестал ледяным потоком. «Первогодки, сюда!» – послышался знакомый голос. Гарри, Рон и Гермиона обернулись и увидели гигантский силуэт Хагрида на другом конце платформы. Он сопровождал испуганных новичков в традиционном путешествии через озеро.

- Эй, вы трое, как делишки? – прокричал Хагрид поверх голов. Они помахали ему, но поговорить было невозможно, потому что толпа на платформе оттесняла их. Гарри, Рон и Гермиона последовали за остальными школьниками на размытую дорогу, где их ожидала как минимум сотня повозок. Гарри подумал, что каждую из них везла невидимая лошадь, потому что, как только они сели в повозку и закрыли дверь, она с грохотом и тряской тронулась сама по себе.

В повозке пахло соломой и плесенью. После шоколада Гарри стало намного лучше, но он по-прежнему чувствовал слабость. Рон и Гермиона посматривали на него искоса, как будто опасались, что он опять потеряет сознание.

Когда повозка проследовала к величественным литым чугунным воротам, обрамлённым каменными колоннами с фигурами крылатых кабанов наверху, Гарри увидел ещё двух дементоров гигантского роста в капюшонах, стоящих на страже по обе стороны ворот. Волна тошнотворного холода подступила снова; он откинулся назад на неровное сиденье и не открывал глаза, пока они не проехали ворота. Повозка ускорила движение по длинной дороге вверх, к замку; Гермиона высунулась из окошка, глядя на приближающиеся башни и башенки. Наконец повозка качнулась и остановилась, и Гермиона с Роном вышли.

Когда Гарри вылез из повозки, он услышал довольный голос, говоривший со знакомой ленивой интонацией:

- Ты потерял сознание, Поттер? Лонгботтом не соврал? Ты в самом деле упал в обморок?

Малфой, с выражением злорадства на лице и злобно сверкающими глазами, оттолкнул локтем Гермиону, заслонив Гарри дорогу к каменной лестнице в замок.

- Отвали, Малфой, – процедил Рон сквозь зубы.

- Ты тоже брякнулся, Уизли? Тоже испугался страшного бяки-дементора, а?

- Что здесь происходит? – послышался тихий голос. Профессор Люпин только что вышел из соседнего экипажа.

Малфой неприязненно посмотрел на профессора Люпина, задержав взгляд на его залатанной мантии и полуразвалившемся чемодане. С тенью сарказма в голосе он сказал: «Ничего… гм… профессор», – затем ухмыльнулся Крэббу и Гойлу, и двинулся по лестнице в замок.

Гермиона подтолкнула Рона, поторапливая, и все трое, включая Гарри, влились в толпу, устремившуюся вверх по ступеням, через гигантские дубовые двери, в огромный вестибюль, освещённый горящими факелами. Оттуда величественная мраморная лестница вела на верхние этажи.

Дверь направо в Большой Зал была открыта. Гарри пошел туда вслед за всеми, но только успел взглянуть на волшебный потолок, сегодня черный и затянутый облаками, как услышал голос: «Поттер! Грэйнджер! Мне нужно поговорить с вами».

Гарри и Гермиона удивленно оглянулись. Их звала профессор МакГонагалл, учитель Трансфигурации и глава гриффиндорского Дома. Она была очень строга на вид, её волосы как всегда были собраны в тугой узел; на глазах – квадратные очки. Гарри пробирался к ней с тяжелым предчувствием: в её присутствии ему всегда казалось, что он в что-то натворил.

- Незачем так волноваться – нам просто нужно поговорить в моем кабинете, – сказала она им. – Идите в зал со всеми, Уизли.

Рон проводил взглядом Гарри и Гермиону; вслед за профессором МакГонагалл они прошли через вестибюль, мраморную лестницу и коридор.

Когда они вошли в её маленький кабинет с большим уютным камином, профессор МакГонагалл жестом разрешила Гарри и Гермионе присесть. Сама она села за свой стол и сказала:

- Профессор Люпин прислал сову с дороги, чтобы сообщить, что вам стало плохо в поезде, Поттер.

Не успел Гарри ответить, как раздался тихий стук в дверь и мадам Помфри, медсестра, вбежала в кабинет.

Гарри почувствовал, что краснеет. Мало того, что он потерял сознание (или что там с ним случилось?), так теперь ещё и всё это ненужное внимание.

- Я прекрасно себя чувствую, – сказал он. – Всё в порядке.

- О, так это ты? – сказала мадам Помфри, не обращая внимания на его слова. Она наклонилась к нему и начала тщательно его осматривать. – Я так поняла, ты опять попал в какую-то историю?

- Поппи, это был дементор, – пояснила профессор МакГонагалл.

Они невесело переглянулись, и мадам Помфри неодобрительно хмыкнула.

- Окружить школу дементорами, – пробормотала она, откидывая волосы со лба Гарри и проверяя его температуру. – Он будет не последним, кто потеряет сознание. Да, он очень слабый, и температура понижена. Ужасные твари, эти дементоры, и их действие на людей и без того нежных…

- Я не нежный! – вспылил Гарри.

- Ну, конечно же, – рассеянно ответила мадам Помфри, проверяя его пульс.

- Что ему требуется? – строго спросила профессор МакГонагалл. – Постельный режим? Может быть, ему стоит провести ночь в больничном крыле?

- Да я в полном порядке! – закричал Гарри, подпрыгивая. Мысль о том, что скажет Драко Малфой, если ему придется пойти в больничное крыло, была пыткой.

- Что ж, как минимум, шоколад, – сказала мадам Помфри, пытаясь заглянуть Гарри в глаза.

- Я уже ел, – сказал Гарри. – Профессор Люпин дал мне немного. Он нас всех угостил.

- Дал шоколад, надо же, – произнесла мадам Помфри с одобрением. – Ну наконец-то у нас есть учитель Защиты от Тёмных Искусств, который знает своё дело.

- Вы уверены, что хорошо себя чувствуете, Поттер? – сухо спросила профессор МакГонагалл.

- Да, – ответил Гарри.

- Очень хорошо. Тогда, будьте любезны, подождите немного за дверью, пока я переговорю с мисс Грэйнджер о её расписании уроков; после этого мы вместе пойдем на праздничный вечер.

Гарри вышел в коридор с мадам Помфри, которая направилась в больничное крыло, бормоча что-то себе под нос. Ему пришлось подождать несколько минут; затем из кабинета вышла радостная Гермиона, вслед за ней – профессор МакГонагалл; и все трое спустились обратно по мраморной лестнице в Большой Зал.

Там темнело море черных остроконечных шляп; длинные столы Домов были забиты студентами. Их лица сияли при свете тысяч свечей, которые висели в воздухе над столами. Профессор Флитвик, маленький волшебник со всклокоченными светлыми волосами, уносил старинную шляпу и трёхногий табурет из зала.

- Ой, мы пропустили церемонию Распределения! – тихо сказала Гермиона.

Новички в Хогвартсе разбивались по Домам, надевая Распределяющую Шляпу, которая выкрикивала наиболее подходящий для данного ученика дом (Гриффиндор, Рэйвенкло, Хаффлпафф или Слизерин). Профессор МакГонагалл направилась к своему пустующему креслу за столом преподавателей, а Гарри и Гермиона тихонечко пошли в сторону гриффиндорского стола. Ученики оглядывались на них и некоторые показывали на Гарри. Неужели история про его обморок при встрече с дементором так быстро стала всем известна?

Они с Гермионой сели по обе стороны от Рона, который занял для них места.

- Что она вам сказала? – прошептал он Гарри.

Гарри начал было шепотом рассказывать, но в этот момент директор встал, чтобы произнести речь, и Гарри замолчал.

Профессор Дамблдор, несмотря на почтенный возраст, как всегда, буквально лучился энергией. Светились серебряные волосы, длинная борода и кривой нос. И даже очки в форме полумесяца приветливо поблескивали. О нём часто говорили, как о величайшем волшебнике современности, но Гарри уважал его не за это. Было невозможно не доверять Альбусу Дамблдору, и Гарри, глядя как тот улыбается ученикам, впервые после встречи с дементором почувствовал себя спокойно.

- Добро пожаловать! – произнес Дамблдор. Пламя свечей мерцало на его бороде. – Добро пожаловать – на новый учебный год в Хогвартсе! Я должен обсудить с вами несколько вопросов, и поскольку один из них очень серьезён, думаю, будет лучше, если с него я и начну, перед тем, как мы приступим к нашему пиру…

Дамблдор откашлялся и продолжал:

- Как вы все уже знаете после досмотра в Хогвартс-Экспрессе, в нашей школе будут находиться дементоры из Азкабана. Они здесь по распоряжению Министерства Магии.

Он сделал паузу, и Гарри вспомнил слова мистера Уизли о недовольстве Дамблдора тем, что охранять школу поручено дементорам.

- Они установили вахту на всех входах в Хогвартс, – продолжал Дамблдор, – и пока они здесь, я запрещаю покидать территорию школы без разрешения. Дементоров невозможно обмануть фокусами или переодеванием – и даже Плащами-Невидимками, – добавил он, и Гарри с Роном переглянулись. – По своей природе дементоры не воспринимают просьб и извинений. Поэтому я прошу вас не давать им повода напасть на вас. Я поручаю Префектам и нашим новым Старостам принять все меры, чтобы избежать столкновения учеников с дементорами, – добавил он.

Перси, сидевший неподалеку, выпятил грудь и с гордостью огляделся. Дамблдор снова замолчал; он окинул зал серьёзным взглядом, и никто не шевельнулся и не издал ни звука.

- А теперь о приятном, – продолжил он. – Для меня большое удовольствие приветствовать двух новых учителей в этом учебном году.

- Во-первых, профессора Люпина, великодушно согласившегося занять место учителя Защиты от Тёмных Искусств.

Жидкие аплодисменты прозвучали без особого энтузиазма. Только те, кто был в купе с профессором Люпином, хлопали изо всех сил, и Гарри вместе с ними. Рядом с другими учителями, нарядившимися в лучшие мантии, профессор Люпин выглядел совершенно непрезентабельно.

- Посмотри на Снейпа! – прошептал Рон на ухо Гарри.

Профессор Снейп, учитель Зельеварения, бросал через стол взгляды на профессора Люпина. Все знали, что Снейп хотел бы занять место учителя Защиты от Тёмных Искусств, но даже Гарри, ненавидевший Снейпа, был потрясен выражением, искривившим его узкое, желтое лицо. Это была даже не ярость, это была ненависть. Гарри знал это выражение слишком хорошо: он видел его каждый раз, когда Снейп смотрел на него.

- И наш второй новичок, – продолжил Дамблдор, когда прохладные аплодисменты профессору Люпину затихли. – Я с сожалением должен сказать, что профессор Кеттлбёрн, наш преподаватель по Уходу за Волшебными Существами, вышел на пенсию в конце прошлого лета, чтобы успеть насладиться жизнью, пока не потерял все свои конечности. Тем не менее, я счастлив сообщить вам, что его место займёт не кто иной, как Рубеус Хагрид, который согласился на эту работу в дополнение к обязанностям егеря.

Потрясённые Гарри, Рон и Гермиона переглянулись и присоединились к аплодисментам, особенно громким за столом Гриффиндора. Гарри бросил взгляд на Хагрида. Тот покраснел и смотрел на свои огромные руки, пряча широкую улыбку в запутанной черной бороде.

- Мы должны были догадаться! – кричал Рон, стуча по столу. – Кто бы ещё порекомендовал кусающийся учебник?

Гарри, Рон и Гермиона закончили аплодировать последними, и, когда профессор Дамблдор снова начал говорить, увидели, что Хагрид вытирал глаза скатертью.

- Ну что ж, я думаю, всё важное я сказал, – произнёс Дамблдор. – Приступим к пиру!

Золотые тарелки и кубки перед ними внезапно наполнились едой и напитками. Гарри, вдруг ощутивший страшный голод, наложил в свою тарелку всё, до чего смог дотянуться, и приступил к еде.

Это был замечательный ужин; по залу разносилось эхо разговоров, смеха, звон ножей и вилок. Гарри, Рон и Гермиона, однако, торопились закончить как можно скорее, чтобы поговорить с Хагридом. Они знали, как много значило для него стать учителем. У Хагрида не было квалификации волшебника; его отчислили из Хогвартса на третьем году за преступление, которого он не совершал. Именно Гарри, Рон и Гермиона сняли с него обвинение в прошлом году.

Наконец, когда последние крошки тыквенных тарталеток исчезли с золотых блюд, Дамблдор сказал, что настало время всем отправиться спать.

- Поздравляем, Хагрид! – закричала Гермиона, как только они добежали до преподавательского стола.

- А всё благодаря вам троим, – сказал Хагрид, вытирая вспотевшее лицо салфеткой и глядя на них. – До сих пор не могу поверить. Замечательный человек, Дамблдор… пришел прямо ко мне в хижину сразу, как только профессор Кеттлбёрн сказал, что больше не может… Я ведь всю жизнь об этом мечтал…

Переполненный чувствами, он закрыл лицо салфеткой, и профессор МакГонагалл шикнула на них, чтобы они уходили.
Гарри, Рон и Гермиона присоединились к усталым ученикам Гриффиндора, идущим по мраморной лестнице, по веренице коридоров, вверх и снова по лестнице, к потайному входу в Гриффиндорскую башню – большому портрету толстой женщины в розовом платье. «Пароль?» – спросила Толстая Дама.

- Проходим, проходим! – крикнул Перси из толпы. – Новый пароль «Фортуна Мэйджор»!

- О, боже мой… – грустно пробормотал Невилл Лонгботтом. Ему всегда было очень трудно запоминать новые пароли.

Пройдя через отверстие за портретом, мальчики и девочки стали подниматься по разным лестницам. Гарри шёл вверх по ступенькам, думая только о том, как он счастлив, что вернулся. Они вошли в знакомую круглую спальню с пятью кроватями под пологами, и, оглядевшись, Гарри наконец-то почувствовал себя дома.

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License