3 07 Боггарт в шкафу

Малфой появился на занятиях только поздно утром в четверг, когда слизеринцы и гриффиндорцы уже отсидели половину урока Зельеварения. Он вошёл в подземелье с забинтованной рукой на перевязи, выставленной на всеобщее обозрение; Гарри подумал, что Малфой ведет себя так, словно чудом уцелел в ужасной битве.

- Как рука, Драко? — спросила Пэнси Паркинсон. — Сильно болит?

- Да, ужасно, — ответил Малфой, сделав серьёзное лицо. Но Гарри видел, как он подмигнул Крэббу и Гойлу, когда Пэнси отвернулась.

- Спокойно, спокойно, — лениво сказал профессор Снейп.

Гарри и Рон мрачно переглянулись; Снейп не сказал бы «спокойно», если бы они опоздали, он бы влепил им наказание. Но Малфою на уроках Снейпа прощалось всё; Снейп был Главой Дома Слизерин и делал поблажки своим ученикам.

Сегодня они готовили новое зелье - Съёживающее. Малфой поставил свой котёл рядом с Гарри и Роном, чтобы готовить ингредиенты за одним столом.

- Сэр, — крикнул Малфой, — сэр, мне нужна помощь, чтобы порезать корешки маргариток, из-за моей руки…

- Уизли, нарежь корешки за Малфоя, — сказал Снейп, даже не подняв глаза.

Рон стал кирпично-красным.

- У тебя с рукой всё в порядке, — зашипел он на Малфоя.

Малфой усмехнулся с другого конца стола:

- Уизли, ты слышал профессора Снейпа – режь корешки.

Рон схватил нож, пододвинул к себе корешки Малфоя и начал так грубо кромсать их, что они оказались разного размера.

- Профессор, - заныл Малфой, - Уизли уродует мои корешки, сэр.

Снейп подошёл к их столу, посмотрел на корешки, а затем продемонстрировал Рону очень неприятную улыбку.

- Поменяйтесь корешками с Малфоем, Уизли.

- Но сэр!..

Последнюю четверть часа Рон аккуратно нарезал свои корешки на абсолютно равные части.

- Сейчас же, - сказал Снейп угрожающим голосом.

Рон пододвинул свои ювелирно нашинкованные корешки к Малфою, и снова взялся за нож.

- Сэр, а ещё мне нужно очистить Съёжинжир, — сказал Малфой с ехидной ноткой в голосе.

- Поттер, можете почистить Малфою Съёжинжир, — сказал Снейп, бросив на Гарри презрительный взгляд, который он всегда приберегал специально для него.

Гарри взял Съёжинжир Малфоя, в то время как Рон попытался спасти корешки, которые теперь пришлось использовать ему самому. Гарри очистил Съёжинжир так быстро, как только смог, и молча швырнул через стол Малфою. Малфой ухмылялся ещё шире, чем раньше.

- Видели своего дружка Хагрида? — тихо спросил он у них.

- Не твоё дело, — огрызнулся Рон, не глядя на него.

- Боюсь, учителем ему осталось быть недолго, — с притворным сожалением сказал Малфой. — Отец не очень-то доволен, что меня покалечили…

- Если не заткнёшься, я тебя по-настоящему покалечу, — прорычал Рон.

- …он пожаловался попечителям. И в Министерство Магии. Отец — человек влиятельный. А рана такая глубокая… — он нарочно глубоко вздохнул. — Кто знает, заживёт ли моя рука?

- Так вот зачем ты все устроил, — сказал Гарри, рука которого от ярости задрожала так сильно, что он нечаянно оторвал голову дохлой гусенице. — Чтобы Хагрида уволили.

- Ну, — ответил Малфой, переходя на шёпот, — отчасти, Поттер. Но есть и другие преимущества. Уизли, порежь мне гусениц.

В нескольких котлах от них у Невилла были неприятности. Каждый раз на уроке Зельеварения он расшибался в лепёшку. Этот предмет получался у него хуже всех, а его страх перед Снейпом делал всё в десять раз хуже. Его зелье, которое должно было быть яркого ядовито-зелёного цвета, превратилось в.…

- Оранжевое, Лонгботтом, — сказал Снейп, зачерпнув немного варева и выплеснув его обратно в котёл, чтобы его увидел весь класс.

- Оранжевое. Скажи мне, мальчик, хоть что-нибудь проникает сквозь этот толстый череп в твою голову? Разве ты не слышал, как я ясно сказал, что нужна только одна крысиная селезенка? Разве я не объяснил, что достаточно лишь капли пиявочного сока? Что мне сделать, чтобы ты понял, Лонгботтом?

Невилл покраснел и задрожал. Казалось, он вот-вот заплачет.

- Пожалуйста, сэр, — сказала Гермиона, — пожалуйста, я бы могла помочь Невиллу всё исправить…

- Не помню, чтобы я просил вас выступать, мисс Грэйнджер, — холодно произнес Снейп, и Гермиона покраснела так же, как Невилл. — Лонгботтом, в конце урока мы напоим этим зельем твою жабу и посмотрим, что получится. Может быть, хоть это заставит тебя приготовить его как следует.

Снейп отошел, а Невилл от страха перестал дышать.

- Помоги мне! — простонал он, обращаясь к Гермионе.

- Эй, Гарри, — сказал Шеймус Финниган , наклоняясь, чтобы позаимствовать у него весы, — ты слышал? Сегодня в «Ежедневном Пророке» писали… кажется, кто-то видел Сириуса Блэка.

- Где? — быстро спросили Гарри и Рон. На другом конце стола Малфой поднял глаза и начал прислушиваться.

- Недалеко отсюда, — взволнованно ответил Шеймус . — Его видела женщина-маггл. Конечно, она ничего не поняла, ведь магглы думают, что он просто преступник. И она позвонила по горячей линии. Но пока на место приехали сотрудники Министерства Магии, он уже исчез.

- Недалеко отсюда… — повторил Рон, многозначительно глядя на Гарри. Он оглянулся и увидел, что Малфой пристально смотрит в их сторону. — В чём дело, Малфой? Ещё что-нибудь очистить?

Но глаза Малфоя злорадно сверкали, и смотрел он на Гарри. Он наклонился через весь стол.

- Хочешь сам поймать Блэка, Поттер?

- Ага, как же, — рассеянно ответил Гарри.

Тонкие губы Малфоя искривились в противной усмешке.

- Конечно, если бы я был на твоём месте, — тихо сказал он, — я бы уже что-нибудь сделал. Я бы не сидел в школе как пай-мальчик, я бы искал его.

- Ты о чём это, Малфой? — резко спросил Рон.

- Разве ты не знаешь, Поттер? — ахнул Малфой. Его бледные глаза сузились.

- Чего не знаю?

Малфой издал низкий смешок.

- Может, тебе не хочется рисковать своей шеей, — сказал он. — Предоставить всё дементорам. Но я бы желал мести. Я бы его сам поймал.

- О чём ты говоришь? — сердито спросил Гарри, но в этот момент Снейп громко сказал: «Вы должны были уже закончить добавлять ингредиенты. Этому зелью нужно потомиться, прежде чем можно будет его пить. Так что собирайтесь, пока оно докипает, а потом мы испытаем зелье Лонгботтома…

Крэбб и Гойл не скрывали смеха, глядя на вспотевшего Невилла, который лихорадочно перемешивал зелье. Гермиона шёпотом, прикрыв рот рукой, давала ему указания, стараясь, чтобы не заметил Снейп. Гарри и Рон убрали неиспользованные компоненты и пошли мыть руки и черпаки в каменной раковине в углу.

- О чём говорил Малфой? — прошептал Гарри Рону, подставив руки под ледяную струю, льющуюся изо рта горгульи. — Зачем мне мстить Блэку? Мне он ничего не сделал… пока.

- Да он всё выдумывает, — раздражённо ответил Рон, — хочет заставить тебя сделать какую-нибудь глупость…

Урок подходил к концу, Снейп приблизился к Невиллу, съёжившемуся у своего котла.

- Станьте кругом, — сказал Снейп, сверкая чёрными глазами, — и смотрите, что случится с жабой Лонгботтома. Если ему удалось сварить Съёживающее Зелье, жаба превратится в головастика. Если нет, в чем я не сомневаюсь, его жаба, скорее всего, отравится.

Гриффиндорцы испуганно наблюдали за происходящим. Слизеринцы явно радовались. Снейп взял жабу Тревора в левую руку и зачерпнул маленькой ложечкой зелья из котла Невилла, которое теперь было зелёным. Он влил несколько капель в горло жабы.

Наступила тишина, и Тревор глотнул. Затем раздался тихий хлопок — и на ладони у Снейпа извивался головастик.

Гриффиндорцы разразились аплодисментами. Снейп скис, достал из кармана мантии бутылочку, вылил несколько капель на Тревора и жаба выросла до обычных размеров.

- Пять очков с Гриффиндора, — сказал Снейп. Радостные улыбки исчезли. — Я сказал вам не помогать ему, мисс Грэйнджер. Урок окончен.

Гарри, Рон и Гермиона поднимались по лестнице в вестибюль. Гарри всё ещё думал о том, что сказал Малфой, а Рон злился на Снейпа.

- Пять очков с Гриффиндора, потому что зелье получилось! Почему ты не соврала, Гермиона? Ты должна была сказать, что Невилл сам его сделал!

Гермиона не ответила. Рон оглянулся.

- Где она?

Гарри тоже обернулся. Они были уже наверху лестницы, остальные проходили мимо них, направляясь в Большой Зал на обед.

- Она же шла за нами, — хмурясь, сказал Рон.

Мимо прошел Малфой, в сопровождении Крэбба и Гойла. Он ухмыльнулся Гарри и исчез.

- Вот она, — сказал Гарри.

Гермиона слегка запыхавшись, поднималась по ступенькам; в одной руке держа сумку, а другой, похоже, пряча что-то под мантию.

- Как ты это сделала? - сказал Рон.

- Что? — спросила Гермиона, догоняя их.

- Только что ты шла за нами, а через секунду снова оказалась внизу лестницы.

- Что? — Гермиона была в замешательстве. — А… мне пришлось вернуться кое за чем. О, нет…

На сумке Гермионы треснул шов. Гарри не удивился; в ней было по крайней мере двенадцать больших и тяжелых книг.

- Зачем ты всё это таскаешь? — спросил у неё Рон.

- Ты же знаешь, сколько у меня предметов, — задыхаясь, сказала Гермиона. Подержи-ка это, пожалуйста.

- Но… — Рон переворачивал книги, которые она вручила ему, разглядывал обложки, — у тебя сегодня нет таких предметов. Днём у нас только Защита от Тёмных Искусств.

- Ну, да, — рассеянно сказала Гермиона, но всё равно положила книги обратно в сумку. — Надеюсь, на обед приготовили что-нибудь вкусное, я умираю с голоду, — добавила она и направилась в сторону Большого Зала.

- Тебе не кажется, что Гермиона от нас что-то скрывает? — спросил Рон у Гарри.

Когда они пришли на первое занятие по Защите от Тёмных Искусств, профессора Люпина ещё не было. Они расселись по местам, достали книги, перья и пергамент и болтали, пока он не вошёл в класс. Люпин смущённо улыбнулся и поставил на стол потёртый старый портфель. Выглядел он сильно потрёпанным, но куда более здоровым, чем в поезде, будто его хорошенько откормили.

- Добрый день, — сказал он. — Пожалуйста, уберите учебники. Сегодня будет практическое занятие. Вам понадобятся только волшебные палочки.

Заинтересованно переглядываясь, ребята убрали книги. У них ещё никогда не было практического занятия по Защите от Тёмных Искусств, если не считать того раза, когда их бывший преподаватель принес клетку с пикси и выпустил их.

- Ну ладно, — сказал Люпин, когда все были готовы, — пойдемте со мной.

Озадаченные, но заинтригованные, ученики поднялись и вышли из класса вместе с профессором Люпином. Он провёл их по пустынному коридору, но стоило им свернуть за угол, как они увидели парившего вверх ногами в воздухе Пивза, который старательно залеплял ближайшую замочную скважину жвачкой.

Пивз не замечал их, пока профессор Люпин не оказался в двух шагах от него. Тогда он пошевелил пальцами на ногах и запел песенку.

- Полоумный-лунный Люпин, — пел он. — Полоумный-лунный Люпин, полоумный-лунный Люпин…

Почти всегда грубый и неуправляемый, обычно Пивз выказывал хоть немного уважения учителям. Все взглянули на профессора Люпина в ожидании его реакции. К их удивлению, он продолжал улыбаться.

- На твоем месте, Пивз, я бы вытащил жвачку из замочной скважины, — с наслаждением сказал он. — Мистер Филч не сможет добраться до швабр.

Филч работал в Хогвартсе смотрителем. Это был вечно всем недовольный, несостоявшийся волшебник, который вёл бесконечную войну против учеников и, в особенности, против Пивза. Тем не менее, Пивз не обратил никакого внимания на слова профессора Люпина, и лишь со звуком сдувающегося шарика показал язык.

Профессор Люпин слегка вздохнул и достал свою волшебную палочку.

- Это маленькое полезное заклинание, - сказал он классу через плечо. — Пожалуйста, смотрите внимательно.

Он поднял палочку, на уровень плеча, прошептал «Вадиваси!» и указал на Пивза.

Словно пуля, комок жвачки вылетел из замочной скважины и угодил прямо в левую ноздрю Пивза; тот взвился к потолку и улетел, чертыхаясь.

- Круто, сэр! — восхищенно воскликнул Дин Томас.

- Спасибо, Дин, — сказал профессор Люпин, убирая палочку. — Пойдемте.

Они отправились дальше, глядя на изможденного профессора Люпина с возросшим уважением. Он провел их по коридору и остановился прямо перед дверью учительской.

- Пожалуйста, заходите, — сказал профессор Люпин, открывая дверь и отступая назад.

В учительской, которая оказалась большой комнатой, полной не сочетающихся между собой стульев, никого не было, за исключением одного преподавателя. В низком кресле сидел профессор Снейп и окинул класс взглядом, когда они зашли. Глаза его сверкали, на губах застыла противная усмешка. Когда профессор Люпин вошёл и закрыл за собой дверь, Снейп сказал: «Оставь открытой, Люпин. Лучше мне при этом не присутствовать».

Он демонстративно встал и прошёл мимо класса. Полы его чёрной мантии развевались. У двери он повернулся и сказал:

- Наверное, никто тебя не предупредил, Люпин, но в этом классе есть Невилл Лонгботтом. Советую тебе не загружать его ничем сложным. Если только мисс Грэйнджер не станет шептать ему на ухо ценные указания.

Невилл покраснел. Гарри взглянул на Снейпа. Уже то, что он издевался над Невиллом на своих уроках, было плохо, не говоря уже о том, что он делал это и перед другими преподавателями.

Профессор Люпин удивлённо поднял брови.

- Я надеялся, что Невилл поможет мне на первом этапе, — сказал он, — и я уверен, что он прекрасно справится.

Невилл покраснел ещё сильнее, если это вообще было возможно. У Снейпа скривилась верхняя губа, но он удалился, хлопнув дверью.

- Ну ладно, — сказал профессор Люпин, позвав учеников в дальний конец кабинета, где стоял только старый платяной шкаф, в котором учителя хранили запасные мантии. Когда профессор Люпин подошёл к шкафу, тот вдруг начал трястись и биться о стену.

- Не беспокойтесь, — спокойно сказал профессор Люпин, потому что несколько человек в испуге отскочили назад. — Здесь Боггарт.

Но многим, похоже, показалось, что беспокоиться как раз нужно. Невилл в ужасе посмотрел на профессора Люпина, Шеймус Финниган боязливо покосился на дёргающуюся дверную ручку.

- Боггарты любят тёмные, замкнутые пространства, — сказал профессор Люпин. — Гардеробы, пространство под кроватями, шкафы под раковинами — однажды я встретил одного, который закрылся в старых напольных часах. Этот поселился здесь вчера, и я спросил директора, не оставят ли его для моих практических занятий с третьеклассниками.

- Итак, первое, о чём нам следует спросить себя, - что такое Боггарт?

Гермиона подняла руку.

- Он меняет облик, — сказала она. — Он может принять облик того, что, по его предположению, больше всего нас испугает.

- Я сам не объяснил бы лучше, — сказал профессор Люпин и Гермиона засияла. — Итак, Боггарт сидит в темноте, ещё не приняв форму. Он ещё не знает, что напугает человека по ту сторону двери. Никто не знает, как сам по себе выглядит Боггарт, когда он один, но когда я его выпущу, он сейчас же превратится в то, чего боятся многие из нас.

- Это значит, — продолжал профессор Люпин, предпочитая не замечать ужаса, написанного на лице Невилла, — что у нас есть перед Боггартом огромное преимущество до того, как мы начнём. Гарри, ты понял, в чём заключается это преимущество?

Пытаться ответить на вопрос, когда рядом едва не прыгала Гермиона, было сложно, но Гарри всё же попытался.

- Эээ… так как нас здесь много, он не знает, какую форму принять?

- Именно, — сказал профессор Люпин, и Гермиона опустила руку. Она казалась слегка разочарованной. — Когда вы имеете дело с Боггартом, лучше быть с кем-нибудь. Это сбивает его с толку. Чем он должен стать — безголовым трупом или Плотоядным Слизнем? Однажды я видел Боггарта, который совершил такую ошибку — попытался напугать двоих сразу и стал половиной слизняка. А это уже было не очень страшно.

- Заклинание, отпугивающее Боггарта, достаточно простое, но оно требует умственных усилий. Дело в том, что окончательно приканчивает Боггарта только смех. Что вам нужно сделать, так это заставить его превратиться в то, что вам кажется смешным.

- Сначала попробуем без палочек. Повторяйте за мной… Риддикулус!

- Риддикулус! — хором произнес класс.

- Хорошо! — заметил профессор Люпин. — Очень хорошо. Но, боюсь, это была лёгкая часть. Одного слова недостаточно. И здесь появляешься ты, Невилл.

Гардероб снова задрожал, но не так сильно, как Невилл, который шёл вперед, словно на эшафот.

- Итак, Невилл, — сказал профессор Люпин. — Сначала главное: чего ты больше всего боишься?

Губы Невилла дрогнули, но звука не получилось.

- Извини, Невилл, я что-то не расслышал, — подбодрил его Люпин.

Невилл дико оглянулся, словно прося о помощи, затем произнес тихим шёпотом: «Профессора Снейпа».

Почти все засмеялись. Даже Невилл виновато улыбнулся. Профессор Люпин задумался.

- Профессора Снейпа… хм… Невилл, ты ведь живёшь с бабушкой?

- Э-э… да, — нервно сказал Невилл. — Но… я не хочу, чтобы Боггарт и в неё превратился.

- Нет-нет, ты меня не так понял, — сказал профессор Люпин, теперь улыбаясь. — Не расскажешь ли нам, какую одежду обычно носит твоя бабушка?

Невилл явно опешил, но ответил:

- Ну… всегда одну и ту же шляпу. Высокую с чучелом грифа. И длинное платье… обычно зелёное… и иногда шарф из лисьего меха.

- А сумочка? — уточнил профессор Люпин.

- Большая, красная, — ответил Невилл.

- Хорошо, — сказал профессор Люпин. — Ты можешь представить её наряд? Четко видишь его перед глазами?

- Да, — неуверенно сказал Невилл, явно думая о том, что будет дальше.

- Когда Боггарт вылетит из шкафа и увидит тебя, Невилл, он превратится в профессора Снейпа, — сказал Люпин. — А ты подними палочку… так… и крикни «Риддикулус!» — и изо всех сил сосредоточься на одежде бабушки. Если всё пойдет как следует, профессор Боггарт-Снейп окажется одет в шляпу с грифом, зелёное платье и с большой красной сумочкой.

Последовал взрыв смеха. Гардероб затрясся ещё сильнее.

- Если у Невилла получится, Боггарт скорее всего переключится по очереди на нас всех, — сказал профессор Люпин. — Я прошу вас представить то, чего больше всего боитесь, и подумать, как придать этому смешной вид…

В комнате стало тихо. Гарри думал… Чего он больше всего боится?

Сначала он подумал о Лорде Волдеморте… Волдеморте, обретшем силу. Но прежде чем он начал представлять подходящую контратаку для Боггарта-Волдеморта, ужасная картина всплыла в его памяти…

Ободранная, покрытая слизью рука выскальзывает из-под чёрного плаща… глубокое, прерывистое дыхание, вырывающееся из невидимого рта… затем пронизывающий холод и ощущение, как будто тонешь…

Гарри вздрогнул и огляделся, надеясь, что никто этого не заметил. Многие зажмурили глаза. Рон шептал про себя: «Убрать у него ноги». Гарри был уверен, что знает, о чём это было сказано. Больше всего на свете Рон боялся пауков.

- Все готовы? — спросил профессор Люпин.

Гарри почувствовал приступ страха. Он не был готов. Как сделать дементора смешным? Но он не хотел просить о дополнительном времени — все вокруг кивали и закатывали рукава.

- Невилл, мы отойдем, — сказал профессор Люпин. — Предоставим тебе свободное пространство, хорошо? Потом я вызову следующего… все отойдите, чтобы у Невилла всё получилось…

Все отступили к стенам, оставив Невилла наедине со шкафом. Он был бледным и испуганным, но тоже закатал рукава балахона и держал наготове волшебную палочку.

- На счет «три», Невилл, — сказал профессор Люпин, указывая палочкой на ручку гардероба. — Раз… два… три… давай!

Из его палочки вырвался сноп искр и угодил в ручку. Шкаф распахнулся. Крючконосый и мрачный, из него вышел профессор Снейп, сверкающими глазами глядя на Невилла.

Невилл попятился с поднятой палочкой, беззвучно открывая рот. Снейп приближался, запуская руку в мантию.

- Р… р…Риддикулус! — пискнул Невилл.

Раздался звук, похожий на удар хлыста. Снейп замешкался; он был теперь в длинном платье с шёлковыми оборочками и высоченной шляпе с поеденным молью чучелом грифа, а в руке у него болталась огромная малиновая сумочка.

Раздался взрыв смеха, Боггарт остановился в замешательстве, и профессор Люпин крикнул: «Парвати! Вперед!»

Парвати выступила вперед с каменным лицом. Снейп повернулся к ней. Снова раздался треск и на том месте, где он стоял, появилась запачканная кровью забинтованная мумия; её лишенное выражения лицо обернулось к Парвати, и она направилась к ней очень медленно, волоча ноги, поднимая закостеневшие руки…

- Риддикулус! — крикнула Парвати.

Бинты размотались и упали к ногам мумии, она запуталась, упала лицом вперёд, и её голова оторвалась.

- Шеймус ! — крикнул профессор Люпин.

Шеймус пробежал мимо Парвати.

Хруп! Там, где стояла мумия, появилась женщина с черными волосами до пола и очень худым зелёным лицом — плакальщица баньши. Она широко открыла рот и ужасный, непередаваемый звук наполнил комнату, протяжный, плачущий визг, от которого волосы на голове у Гарри встали дыбом…

- Риддикулус! — закричал Шеймус .

Баньши издала хрип и схватилась руками за горло: у неё пропал голос.

Хруп! Баньши стала крысой, гоняющейся за собственным хвостом по кругу, затем — хруп! — гремучей змеёй, которая скользила и извивалась — хруп! — налитым кровью глазом.

- Он сбит с толку! — закричал Люпин. — Мы подходим к самому важному! Дин!

Дин поспешил вперёд.

Хруп! Глаз превратился в отрезанную руку, которая перевернулась и поползла по полу, словно краб.

- Риддикулус! — заорал Дин.

Раздался хлопок, и рука оказалась пойманной в мышеловку.

- Великолепно! Рон, ты следующий!

Рон выскочил вперед.

Хруп!

Несколько человек закричали. Огромный паук, высотой в шесть футов, волосатый, приближался к Рону, угрожающе щелкая челюстями. На мгновение Гарри показалось, что Рон застыл от ужаса. И тут…

- Риддикулус! — закричал Рон, и ноги паука исчезли. Он покатился по полу, Лаванда Браун пискнула и отскочила в сторону, а паук катился прямо на Гарри. Он поднял палочку, приготовился, но…

- Я тут! — вдруг закричал профессор Люпин, вырвавшись вперед.

Хруп!

Безногий паук исчез. Секунду все дико озирались, ища его глазами. Затем они увидели серебристо-белый шар, висящий в воздухе перед Люпином, который почти лениво произнес «Риддикулус!»

Хруп!

- Вперед, Невилл, прикончи его! — сказал Люпин, когда Боггарт хлопнулся на пол, как таракан. Хруп! Снейп вернулся. На этот раз Невилл выступил вперёд, полный решимости.

- Риддикулус! — закричал он, и на долю секунды они увидели Снейпа, всё ещё в кружевном платье, но стоило Невиллу громко засмеяться — Боггарт взорвался, разлетевшись на тысячу кусочков дыма, и пропал.

- Отлично! — вскричал профессор Люпин, когда весь класс зааплодировал. - Замечательно, Невилл. Молодцы, ребята… Посмотрим… пять очков каждому, кто справился с Боггартом, десять Невиллу, потому что он сделал это дважды, и по пять Гермионе и Гарри.

- Но я ничего не сделал, — сказал Гарри.

- Вы с Гермионой правильно ответили на мои вопросы в начале урока, Гарри, — мягко сказал Люпин. — Очень хорошо, прекрасное занятие. Домашнее задание: пожалуйста, прочитайте главу про Боггартов и составьте конспект… Принесете в понедельник. Это всё.

Возбужденно переговариваясь, ребята вышли из учительской. Но Гарри было невесело. Профессор Люпин намеренно не дал ему справиться с Боггартом. Почему? Может быть, потому, что он видел, как Гарри стало плохо в поезде, и решил, что у него ничего не получится? Неужели он подумал, что Гарри снова потеряет сознание?

Но остальные, похоже, ничего не заметили.

- Ты видел, как я прикончил эту баньши? — крикнул Шеймус .

- А рука? — сказал Дин, размахивая своими собственными.

- А Снейп в этой шляпе!

- А моя мумия!

- Интересно, почему профессор Люпин боится хрустальных шаров? — задумчиво спросила Лаванда.

- Это был самый лучший урок Защиты от Тёмных Искусств, - радостно сказал Рон, когда они вернулись в класс за сумками.

- Похоже, он очень хороший учитель, — одобрительно согласилась Гермиона. — Жаль, что мне не дали разобраться с Боггартом…

- А во что бы он у тебя превратился? — захихикал Рон. — В домашнюю работу с оценкой девять из десяти?

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License