3 17

От неожиданности у Гарри всё вылетело из головы. Они в ужасе застыли под Плащом-Невидимкой. В последних лучах догоравшего солнца тени удлинились, окрестности замка окрасились в кроваво-красный цвет… Вдруг позади раздался дикий вой.

— Хагрид, — прошептал Гарри. Не раздумывая, он кинулся обратно, но Рон с Гермионой схватили его за руки.

— Нельзя, — сказал бледный, как бумага, Рон. — Ему попадёт, если узнают, что мы у него были…

Гермиона часто и прерывисто дышала.

— Как… они… могли? — задыхалась она. — Как они могли?

— Пойдёмте, — сказал Рон, у которого, похоже, стучали зубы.

Они отправились обратно к замку, медленно продвигаясь вперёд, чтобы не вылезать из-под плаща.

К тому времени, когда они выбрались на луг, стало совсем темно.

— Короста, успокойся! — прошипел Рон, прижимая рукой карман, в котором бешено извивался Короста. Рон остановился, пытаясь запихнуть его поглубже. — Да что с тобой, глупая крыса? Сиди смирно… АЙ! Он меня укусил!

— Тише, Рон! — прошептала Гермиона. — Через минуту здесь будет Фадж…

— Он… никак… не успокоится…

Короста, несомненно, чего-то боялся. Он сопротивлялся изо всех сил, пытаясь освободиться из хватки Рона.

— Да что с ним такое?

Но Гарри только сейчас заметил… прижавшись к земле и сверкая круглыми жёлтыми глазами, к ним мчался… Косолап. Было похоже, что больше всего его интересовал писк Коросты.

— Косолап! — простонала Гермиона. — Брысь отсюда! Брысь!

Но кот не слушал её и продолжал бежать…

— Короста… НЕТ!

Слишком поздно… Короста протиснулся между сомкнутыми пальцами Рона, плюхнулся на землю и рванул в темноту. Косолап ринулся следом, и, не успели Гарри или Гермиона остановить Рона, как он выскользнул из-под Плаща-Невидимки и скрылся в темноте.

— Рон! — вскрикнула, спохватившись, Гермиона. Они с Гарри переглянулись и бегом пустились вслед за ним. Плащ, бежать под которым вдвоём оказалось трудно, был откинут и теперь развевался у них за спинами как знамя. Они слышали, как Рон несётся где-то впереди и кричит на Косолапа:

— Фу… Брысь… Короста, иди ко мне!

Послышался звук падения.

— Поймал! Кыш отсюда, мерзкая животина…

Гарри и Гермиона с разбегу едва не перекувырнулись через лежащего на земле Рона. Короста снова сидел в кармане, и Рон обеими руками прижимал к себе трепещущий комок.

— Рон… скорее… под плащ, — задыхалась Гермиона. — Дамблдор, министр — они же будут с минуты на минуту…

Но не успели они опять накрыться плащом, не успели даже отдышаться, как услышали мягкий топот огромных лап… Кто-то прыжками нёсся к ним, тихо, как тень… Это был чудовищных размеров угольно-чёрный пёс со светлыми глазами.

Гарри потянулся за волшебной палочкой, но было слишком поздно: прыгнув, пёс ударил его в грудь передними лапами и опрокинул на спину, накрыв шерстяным смерчем. Гарри кожей почувствовал горячее дыхание пса, увидел в опасной близости его огромные клыки… Но пёс явно не рассчитал силу прыжка и перелетел через него. Несмотря на боль в ребрах Гарри попытался встать, но снова услышал рычание и увидел, что собака готовится к новому прыжку.

Рон подскочил на ноги. Когда пёс снова бросился в атаку, он оттолкнул Гарри в сторону. Челюсти пса сомкнулись на вытянутой руке Рона. Гарри кинулся вперёд, вырвав клок чёрной шерсти, но зверь уже волок Рона за собой, легко, как тряпичную куклу.

Внезапно что-то сильно ударило Гарри в лицо, опять сбив его с ног. Он услышал, как Гермиона тоже упала, вскрикнув от боли.

Гарри нащупал свою волшебную палочку, пытаясь сморгнуть кровь, капавшую на веки.

— Люмос! — прошептал он.

Волшебная палочка осветила толстый ствол дерева. Оказалось, что они загнали Коросту в тень Дракучей Ивы. Ветви дерева раскачивались, словно от сильного ветра, и хлестали во все стороны, не давая приблизиться.

Там, у самого ствола пёс пытался затащить Рона в большой лаз, видневшийся между корнями. Рон сопротивлялся изо всех сил, но его голова и туловище уже скрылись в дыре…

— Рон! — завопил Гарри, кидаясь на помощь, но тяжёлая ветка распорола воздух совсем рядом, и ему пришлось отступить.

Теперь им была видна только нога Рона, которой он зацепился за корень, пытаясь остановить пса, тянувшего его под землю…

…раздался ужасный хруст. Нога Рона переломилась, и мгновение спустя он исчез из виду.

— Гарри… нужно идти за помощью… — выдохнула Гермиона. Она тоже была в крови, Ива рассекла ей плечо.

— Ты что! Эта зверюга его сожрёт — мы не успеем…

— Гарри, нам одним не справиться…

Ещё одна ветка замахнулась на них, сжав прутья словно кулак.

— Если пёс смог туда пролезть, то и мы сможем, — ответил Гарри, тяжело дыша. Он заглядывал с разных сторон, пытаясь найти путь между злобно хлещущими ветвями, но не мог приблизиться к корням дерева ни на дюйм без риска подставить себя под удар.

— О, кто-нибудь, помогите, — шептала Гермиона в ужасе, растерянно застыв на месте. — Пожалуйста…

Косолап бросился вперёд. Он проскользнул между ветвями, исступленно молотящими воздух, и дотронулся лапой до узловатого выступа ствола.

В ту же секунду дерево замерло, словно превратившись в мрамор. Ни один лист не шелохнулся.

— Косолап! — изумлённо прошептала Гермиона. Теперь она до боли стиснула руку Гарри. — Но откуда он узнал?

— Он водит дружбу с этим псом, — мрачно сказал Гарри. — Я видел их вместе. Идём, и держи палочку наготове…

В считанные секунды они оказались у ствола и последовали за Косолапом, чей пушистый хвост уже мелькнул из лаза, уходившего в глубину. Гарри нырнул за ним в отверстие и, съехав вниз по землистому скату, оказался на полу очень низкого тоннеля. Впереди маячил Косолап, чьи глаза блестели отражённым светом волшебной палочки Гарри. Мгновение спустя рядом приземлилась Гермиона.

— Где же Рон? — испуганно прошептала она.

— Там, — сказал Гарри, пригнулся и устремился за Косолапом.

— Куда ведёт этот тоннель? — спросила Гермиона, запыхавшись, едва поспевая за ним.

— Я не знаю… Он отмечен на Карте Мародёров, но Фред и Джордж говорили, что никто никогда в него не попадал… Этот тоннель обрывается на краю карты, но думаю, он ведёт в Хогсмид…

Согнувшись почти пополам, они изо всех сил бежали за мелькавшим впереди хвостом Косолапа. Проход всё не кончался; казалось, он был таким же длинным, как тоннель, который вел в «Медовое Герцогство»… Гарри подгоняла страшная мысль о том, что пёс успеет прикончить Рона прежде, чем они доберутся… И он продолжал бежать, хватая ртом воздух…

Тоннель стал подниматься вверх и изгибаться. Спустя мгновение кот пропал за поворотом. На том месте, где только что виднелся Косолап, Гарри разглядел узкое отверстие в стене, из которого лился неяркий свет. Они с Гермионой остановились, не в состоянии перевести дух и разогнуться… Чтобы понять, куда они попали, им пришлось поднять волшебные палочки.

Перед ними была комната, очень запущенная и пыльная. Обои клочьями свисали со стен, пол был покрыт пятнами; вся мебель выглядела так, будто кто-то её долго и исступленно крушил. Окна были заколочены.

Обменявшись взглядами с Гермионой, Гарри протиснулся через отверстие и огляделся. В комнате никого не было; дверь справа была распахнута, за ней виднелся тёмный коридор. Вдруг Гермиона снова схватила Гарри за руку, показывая на заколоченные окна.

— Гарри, — прошептала она, — кажется, мы в Визжащей Хижине.

Гарри огляделся. Он взглянул на лежавший невдалеке сломанный деревянный стул с оторванной ножкой.

— Привидения на такое не способны, — задумчиво произнес он.

В этот момент над их головами раздался скрип. Наверху кто-то был. Не сговариваясь, они подняли глаза вверх, а Гермиона так стиснула руку Гарри, что догадалась разжать пальцы, только увидев гримасу боли на его лице.

Стараясь двигаться как можно тише, они прокрались через холл и поднялись наверх по ветхой лестнице. Всё вокруг было покрыто толстым ковром пыли, в котором была прочерчена единственная чистая тропинка. Было похоже, что здесь что-то волокли. Поднявшись на площадку второго этажа, погружённую во тьму, они одновременно шепнули — Нокс! — и свет волшебных палочек погас.

Одна из дверей была приоткрыта. Подойдя к ней на цыпочках, они поняли, что внутри кто-то есть; оттуда послышался сдавленный стон и громкое мурлыканье. Получив молчаливое одобрение Гермионы, Гарри решительно распахнул дверь ударом ноги.

На великолепной кровати под пыльным пологом лежал Косолап; увидев их, он замурлыкал ещё громче. На полу сидел Рон, держась за ногу, которая была неестественно подвёрнута. Гарри и Гермиона бросились к нему.

— Рон — как ты?

— Где пёс?

— Не пёс, — простонал Рон, скрипя зубами от боли. — Гарри, это ловушка…

— Что?…

— Он не пёс… он Анимаг.

Рон смотрел на кого-то позади Гарри. Гарри обернулся. Стоявший за ним человек резко захлопнул дверь.

Грязные спутанные волосы закрывали его до пояса, бледное лицо было похоже на череп, обтянутый кожей. И если бы не глаза, сверкавшие в глубоких, тёмных глазницах, его можно было бы принять за мертвеца. Жёлтые зубы оскалились в усмешке. Это был Сириус Блэк.

Направив на них волшебную палочку Рона, он прорычал: — Экспеллиармус! — и поймал волшебные палочки Гарри и Гермионы, поднявшиеся в воздух. Не сводя глаз с Гарри, он сделал шаг вперед.

— Я надеялся, что ты придёшь на помощь своему другу, — его голос звучал так хрипло, словно ему не приходилось пользоваться им уже тысячу лет. — Твой отец поступил бы так же ради меня. Ты не побежал к учителю — ты поступил смело… Благодарю… Теперь всё будет гораздо проще…

Упоминание об отце эхом отозвалось у Гарри в ушах, словно Блэк выкрикнул это. Ненависть закипела в груди Гарри, не оставляя места страху. Впервые в жизни он страстно желал, чтобы его волшебная палочка была у него в руках, не для защиты, а для атаки… На этот раз он был готов убить. Словно в тумане, он шагнул вперед и даже не сразу почувствовал, как две пары рук пытаются оттащить его назад…

— Гарри, не надо! — шептала Гермиона обезумев от ужаса; Рон, однако, обратился к Блэку.

— Если вы хотите убить Гарри, вам придётся убить нас тоже! — сказал он твёрдо, хотя усилие, с которым он поднялся на ноги, заставило его побледнеть и согнуться.

Тёмные глаза Блэка подозрительно блеснули.

— Ложись, — спокойно сказал он Рону. — А то твоей ноге станет хуже.

— Вы что, не слышали? — слабеющим голосом продолжал Рон, всем весом налегая на Гарри, чтобы удержаться на ногах. — Вам придется убить нас троих!

— Этой ночью будет совершено только одно убийство, — сказал Блэк, ухмыляясь еще шире.

— Почему же?! — выкрикнул Гарри, пытаясь вывернуться из рук Рона и Гермионы. — Ведь в прошлый раз ты не считал жертвы! Тогда тебя не беспокоило, сколько магглов погибнет вместе с Петтигрю… В чём же дело? Неужели в Азкабане ты стал таким добреньким?

— Гарри! — простонала Гермиона. — Одумайся!

— ОН УБИЛ МОИХ МАМУ И ПАПУ! — взревел Гарри, чудовищным усилием освобождаясь от Рона и Гермионы, и бросился вперёд…

Он забыл о магии, забыл о том, что ниже и слабее Блэка, забыл, что ему всего тринадцать лет — Гарри хотелось лишь одного — чего бы это ни стоило самому Гарри, он хотел причинить Блэку невыносимую боль.

Обескураженный порывом Гарри, Блэк не успел поднять волшебные палочки — одной рукой Гарри вцепился в его костлявое запястье, пытаясь отвести его в сторону, а кулаком другой изо всех сил ударил Блэка в висок. Оба рухнули к стене.

Гермиона кричала, Рон вопил; волшебные палочки в руке Блэка выстрелили ослепительной вспышкой, искрящийся залп пронёсся мимо, едва не задев лицо Гарри. Гарри чувствовал, что костлявая рука, которую он сжимал, вырывается, он ещё сильнее вцепился в неё, исступленно колотя Блэка кулаком другой руки.

Но Блэк дотянулся до его горла.

— Нет, — прошипел Блэк, — я слишком долго ждал…

Его пальцы сжимались, Гарри начал задыхался, его очки сползли…

Вдруг в воздухе промелькнула нога Гермионы, и Блэк, ревя от боли, выпустил Гарри; а на другой руке Блэка уже висел Рон, пытаясь отобрать волшебные палочки. Судя по тихому стуку выпавших палочек, ему это удалось…

Гарри выполз из-под сцепившихся в схватке тел и увидел на полу свою волшебную палочку. Он бросился к ней, как вдруг…

— Аааааа! — это Косолап, решивший присоединиться к битве, вцепился когтями в руку Гарри. Он попробовал стряхнул кота, но тот тут же метнулся к его волшебной палочке…

— НЕ СМЕЙ! — прорычал Гарри и, изловчившись, пнул кота ногой — тот отлетел в сторону, шипя и топорща усы. Этих секунд Гарри хватило, чтобы схватить волшебную палочку и развернуться, готовясь к наступлению…

— С дороги! — крикнул он Рону и Гермионе.

Ему не пришлось повторять. Гермиона, с разбитой губой, тяжело дыша, съёжилась у двери, изо всех сил сжимая в руках волшебные палочки. Рон, обеими руками держась за сломанную ногу, доковылял до кровати. Его лицо сменило цвет с мертвенно бледного на зелёный.

На полу, тяжело дыша, лежал Блэк. Он не сводил глаз с медленно приближающегося Гарри, который нацелил свою волшебную палочку прямо ему в сердце.

— Ты хочешь меня убить, Гарри? — прошептал он.

Гарри остановился, продолжая сжимать волшебную палочку, и в упор посмотрел на своего врага. Большой синяк расползался вокруг левого глаза Блэка, из носа текла кровь.

— Ты убил моих родителей, — повторил Гарри, его голос звенел, но рука с зажатой палочкой не дрогнула.

Блэк глядел на него запавшими глазами.

— Я не отрицаю, — сказал он очень тихо. — Но если бы ты знал…

— Знал что? — взорвался Гарри, чувствуя, как от гнева у него застучало в ушах. — Ты продал их Волдеморту. Чего же больше?

— Ты должен меня выслушать, — сказал Блэк настойчиво. — Ты будешь раскаиваться, если не выслушаешь… Ты не понимаешь…

— Да нет, я всё понимаю, — ответил Гарри, и его голос дрогнул. — Ты ведь никогда не слышал, как она… как моя мама… кричала… как она пыталась остановить Волдеморта, когда он хотел меня убить… и это всё из-за тебя… из-за тебя…

Не успел никто произнести ни слова, как что-то рыжее прошмыгнуло мимо Гарри. Косолап прыгнул Блэку на грудь и улёгся там, закрывая его сердце. Блэк моргнул и взглянул на кота.

— Слезай, — пробормотал он, пытаясь оттолкнуть Косолапа.

Но Косолап вцепился в мантию Блэка и не двинулся с места. Он повернул свою приплюснутую мордочку к Гарри и уставился на него огромными жёлтыми глазами. Справа раздался всхлип Гермионы.

Гарри смотрел вниз на Блэка и Косолапа, ещё сильнее сжимая волшебную палочку. Что с того, если кота тоже придется убить? Косолап предал их, он на стороне Блэка… А этот тоже хорош… Похоже, жизнь кота ему не безразлична, а вот родители Гарри…

Гарри поднял волшебную палочку. Пробил его час. Настало время отомстить за родителей. Он убьет Блэка. Он должен убить Блэка. Это его шанс…

Но секунды тянулись одна за другой, а Гарри по-прежнему стоял, занеся волшебную палочку. Блэк смотрел на него снизу вверх, Косолап лежал у него груди. Рона прерывисто дышал; Гермиона молчала…

И вдруг раздался новый звук… Приглушённые шаги на первом этаже.

— МЫ НАВЕРХУ! — закричала Гермиона. — МЫ НАВЕРХУ — СИРИУС БЛЭК — СКОРЕЕ!

Блэк резко дернулся, так, что Косолап чуть не упал; Гарри судорожно сжал волшебную палочку…

Сделай это сейчас! — завопил голос у него в голове — но шаги уже гремели вверх по лестнице, а Гарри так и не шевельнулся.

Дверь распахнулась. Гарри обернулся: в вихре красных искр, бледный, как смерть, с волшебной палочкой наготове, в комнату ворвался профессор Люпин. Его глаза перебегали с Рона, прислонившегося к кровати, на Гермиону, сжавшуюся в комок у двери, на Гарри, с занесённой над Блэком волшебной палочкой, и на самого Блэка, лежащего у ног Гарри.

— Экспеллиармус! — взревел Люпин.

И снова волшебная палочка Гарри вылетела из его руки; то же самое произошло с теми двумя, которые держала Гермиона. Люпин ловко подхватил их и вошёл в комнату, глядя на Блэка.

Гарри почувствовал пустоту внутри. Он так и не сделал этого. У него не хватило духа. Блэка опять отправят к дементорам.

— Где он, Сириус? — резко спросил Люпин.

Гарри посмотрел на Люпина. О ком он говорит? Гарри снова повернулся к Блэку. Лицо Блэка ничего не выражало. Несколько мгновений он вообще не шевелился. Затем очень медленно Блэк поднял свободную руку и указал прямо на Рона. Гарри озадаченно взглянул на Рона, который казался совсем сбитым с толку.

— Но тогда… — Люпин пробормотал, глядя на Блэка так пристально что, казалось, он пытался прочитать его мысли, — …почему же он прятался? Только если, — глаза Люпина неожиданно широко распахнулись, как будто он увидел что-то за спиной Блэка, что-то, невидимое всем остальным, — если только ОН БЫЛ ИМ… если вы ПОМЕНЯЛИСЬ… и не сказали мне?

Очень медленно, не сводя запавших глаз с лица Люпина, Блэк кивнул.

— Профессор, — громко перебил Гарри, — что происходит?…

Но он не закончил своего вопроса. То, что он увидел, заставило слова застрять в его горле. Люпин опустил волшебную палочку, шагнул к Блэку, помог ему подняться (уронив при этом Косолапа на пол) и обнял как брата.

Гарри почувствовал, как его сердце оборвалось.

— НЕВЕРОЯТНО! — вскрикнула Гермиона.

Люпин, отпустив Блэка, повернулся к Гермионе и обжёгся о её взгляд, полный ужаса и удивления.

— Гермиона…

— Как? Вы с ним?!

— Гермиона, успокойся…

— Я никому не сказала! — кричала Гермиона. — Я хранила ваш секрет…

— Гермиона, пожалуйста, выслушай меня! — воскликнул Люпин. — Я могу объяснить…

Гарри чувствовал, что его трясёт, но не от страха, а от нового прилива гнева.

— Я вам так верил, — крикнул он срывающимся голосом, — а вы заодно с этим!

— Ты не прав, — сказал Люпин. — Много лет я не считал Сириуса другом, но теперь мы друзья. Позволь мне объяснить…

— НЕТ! — вскричала Гермиона. — Гарри, не верь ему, он помог Блэку проникнуть в замок, он тоже хочет твоей смерти — он оборотень!

В абсолютной тишине все уставились на Люпина. Он, однако, был удивительно спокоен, только ещё больше побледнел.

— Несколько ниже твоего обычного уровня, Гермиона, — сказал он. — Если быть точным, верно лишь одно из трёх твоих предположений. Я НЕ помогал Сириусу проникнуть в замок. И я совсем НЕ желаю смерти Гарри, — его лицо дрогнуло. — Одного я не стану отрицать. Да, я — оборотень.

Рон снова сделал героическую попытку подняться, но упал, вскрикнув от боли. Люпин бросился к нему, пытаясь помочь, но Рон отпрянул, простонав: — Убирайтесь!

Люпин замер. Затем, с заметным усилием, он повернулся к Гермионе и спросил: — Давно ты знаешь?

— Почти всё время, — прошептала Гермиона. — С тех пор, как делала домашнюю работу по заданию Снейпа…

— Он будет в восторге, — холодно заметил Люпин. — Он дал вам это задание в надежде, что кто-нибудь сообразит, что означают мои симптомы… Ты сверилась с лунным календарем и поняла, что я всегда болел во время полнолуния? Или догадалась, когда боггарт при виде меня превратился в луну?

— И то, и другое, — тихо ответила Гермиона.

Люпин через силу рассмеялся.

— Для твоего возраста ты самая сообразительная ведьма из всех, кого я встречал, Гермиона.

— Нет, — прошептала Гермиона. — Если бы я была чуть умнее, я бы всем рассказала, что вы такое!

— Но они уже знают, — удивлённо заметил Люпин. — Во всяком случае, учителя.

— Дамблдор взял вас на работу, зная, что вы оборотень? — ахнул Рон. — Он что, спятил?

— Некоторые преподаватели так и подумали, — ответил Люпин. — Ему пришлось очень долго убеждать некоторых учителей в том, что мне можно доверять…

— И ОН ОШИБСЯ! — завопил Гарри. — ВЫ ВСЁ ВРЕМЯ ПОМОГАЛИ ЕМУ!

Он указывал на Блэка, который подошёл к кровати и сел на неё, прикрывая лицо дрожащими руками. Косолап устроился у него на коленях, мурлыкая. Рон, волоча ногу, отодвинулся от него.

— Я не помогал Сириусу, — сказал Люпин. — Если вы дадите мне возможность, я объясню. Послушайте…

Он кинул им обратно их волшебные палочки. Гарри поймал свою и с изумлением уставился на Люпина.

— Вот, — сказал Люпин, засовывая свою волшебную палочку за пояс. — Вы вооружены, мы — нет. Теперь будете слушать?

Гарри не знал, что и думать. Опять какой-то трюк?

— Если вы ему не помогали, — сказал он, гневно взглянув на Блэка, — как вы узнали, что он здесь?

— Карта, — ответил Люпин. — Карта Мародёров. Я смотрел на неё у себя в кабинете…

— Вы знаете, как с ней обращаться? — недоверчиво спросил Гарри.

— Конечно же знаю, — нетерпеливо отмахнулся Люпин. — Я помогал её составлять. Я — Лунатик. Так меня прозвали друзья в школе.

— Вы? Составляли…?

— Дело в том, что сегодня я решил следить за вами по Карте. Мне казалось, вы попытаетесь улизнуть из замка и навестить Хагрида перед казнью гиппогрифа. И я не ошибся.

Он начал ходить из стороны в сторону, глядя на них. Легкие облачка пыли поднимались у его ног.

— Ты, Гарри, скорей всего, был одет в старый плащ своего отца…

— Откуда вы знаете про плащ?

— Я столько раз видел, как Джеймс исчезал, надев его… — сказал Люпин, опять нетерпеливо отмахиваясь. — Суть в том, что даже если ты в Плаще-Невидимке, Карта Мародёров всё равно тебя показывает. Я наблюдал, как вы добрались до хижины Хагрида. Через двадцать минут вы вышли оттуда и направились обратно к замку. Но вас было не трое, а четверо. С вами был кто-то ещё.

— Как так? — удивился Гарри. — Нет, неправда!

— Я не поверил своим глазам, — продолжал Люпин, по-прежнему вышагивая взад-вперед и не обращая внимания на возражения Гарри. — Я подумал, что Карта ошибается. Как он мог оказаться с вами?

— С нами никого не было! — повторил Гарри.

— Потом я увидел ещё одну точку, быстро приближающуюся к вам, помеченную Сириус Блэк… Я увидел, как он столкнулся с вами; я наблюдал, как он втащил двоих из вас под Дракучую Иву…

— Одного! — сердито прервал его Рон.

— Нет, Рон, — ответил Люпин. — Двоих.

Он перестал шагать, его глаза остановились на Роне.

— Ты не позволишь мне взглянуть на твою крысу? — спросил он мягко.

— Что? — нахмурился Рон. — Причём тут Короста?

— Притом, — сказал Люпин. — Так можно мне на него посмотреть?

Помедлив, Рон все же сунул руку в карман и вытащил отчаянно сопротивлявшегося Коросту. Чтобы удержать крысу, Рону пришлось схватить её за лысый хвост. Косолап привстал на коленях у Блэка и тихо зашипел.

Люпин подошел к Рону. Затаил дыхание, он внимательно рассматривал Коросту.

— Погодите-ка, — испуганно сказал Рон, удерживая Коросту. — Причём здесь моя крыса?

— Это не крыса, — неожиданно прохрипел Сириус Блэк.

— Как так? Конечно же, крыса…

— Нет, — тихо сказал Люпин. — Это волшебник.

— Анимаг, — добавил Блэк, — по имени Питер Петтигрю.

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License