3 21

— Поразительно… просто поразительно… чудо, что они не погибли… неслыханно… разрази меня гром, счастье, что вы оказались там, Снейп…

— Спасибо, министр.

— Это потянет на Орден Мерлина, Второй Степени, никак не меньше. Первой, если получится!

— Огромное спасибо, министр.

— Ужасная рана… полагаю, работа Блэка?

— На самом деле, это были Поттер, Уизли и Грэйнджер, министр…

— Не может быть!

— Блэк заколдовал их, я это сразу понял. Заклинание Конфундус, судя по их поведению. Они, кажется, были убеждены в его невиновности. Они не отвечали за свои действия. С другой стороны, их вмешательство могло дать Блэку шанс убежать… Они явно решили, что смогут сами поймать Блэка. Возомнили о себе… крутизна… директор вообще неоправданно потакает Поттеру в его шалостях…

— Что ж, Снейп… Гарри Поттер, сами знаете… мы все прикрываем глаза, когда дело касается его.

— Но всё же… пойдет ли ему на пользу столь особое отношение? Лично я стараюсь обходиться с ним как с любым другим учеником. И любой другой был бы временно отстранен от занятий… как минимум… за то, что подверг своих друзей подобной опасности. Посудите сами, министр… вопреки всем школьным правилам… наплевав на меры предосторожности, организованные ради него… самовольно, ночью, в компании с оборотнем и убийцей… кроме того у меня есть причины полагать, что он посещал Хогсмид без разрешения.

— Да, да… посмотрим, Снейп, посмотрим… Вне всякого сомнения, мальчик повёл себя неразумно.

Гарри лежал с закрытыми глазами и слушал. Голова была в тумане, а слова долетали словно издалека, и он не успевал ухватить смысл… Руки и ноги отяжелели, веки налились свинцом… Он мог бы пролежать здесь, в удобной постели всю жизнь…

— Но больше всего меня поразило поведение дементоров… вы правда не знаете, почему они обратились в бегство, Снейп?

— Нет, министр… когда я пришёл, они возвращались на свои посты у входов.

— Поразительно. И при этом Блэк, и Гарри, и девочка…

— Все были без сознания, когда я нашёл их. Я связал Блэка, заткнул ему рот, естественно, наколдовал носилки и отнёс всех обратно в замок.

Наступила пауза. Гарри начал потихоньку приходить в себя, и почувствовал, как засосало под ложечкой.

Он открыл глаза.

Всё вокруг казалось слегка размытым. Кто-то снял с него очки. Он лежал в тёмном больничном крыле. Он разглядел мадам Помфри в противоположном конце палаты. Она стояла спиной к нему, склонившись над кроватью. Гарри прищурился и увидел из-под руки мадам Помфри рыжую шевелюру Рона.

Гарри взглянул в другую сторону. Лунный свет полосой пересекал кровать справа от него. Под одеялом лежала Гермиона. У неё тоже были открыты глаза, но был испуганный вид. Увидев, что Гарри очнулся, она прижала палец к губам, указывая на дверь. Голоса Корнелиуса Фаджа и Снейпа доносились из коридора.

Мадам Помфри, проворно скользя по тёмной палате, подошла к Гарри. Он повернулся и увидел у неё в руках самую большую плитку шоколада, какую он только видел в своей жизни. С виду она смахивала на небольшой булыжник.

— О, ты проснулся! — осведомилась она, кладя шоколад на столик у его кровати и раскалывая его на кусочки маленьким молотком.

— Как Рон? — в один голос спросили Гарри и Гермиона.

— Жить будет, — мрачно ответила мадам Помфри. — Что касается вас двоих, вы останетесь здесь, пока я не буду удовлетворена вашим состоянием… Поттер, ты куда собрался?

Гарри сел, надел очки и взял волшебную палочку.

— Мне необходимо поговорить с директором, — сказал он.

— Поттер, — мягко сказала мадам Помфри, — всё в порядке. Блэка схватили. Он заперт наверху. Дементоры вскоре совершат поцелуй и…

— ЧТО?

Гарри спрыгнул с кровати, и Гермиона тоже. Его крик услышали в коридоре, и в следующий миг Корнелиус Фадж и Снейп ворвались в палату.

— Гарри, Гарри, что такое? — обеспокоенно спросил Фадж. — Ты должен быть в постели… вы дали ему шоколад? — обратился он к мадам Помфри.

— Послушайте, министр! — сказал Гарри, — Сириус Блэк невиновен. Питер Петтигрю инсценировал свою смерть! Мы видели его сегодня ночью! Вы не позволите дементорам поступить так с Сириусом, он…

Но Фадж, улыбаясь, покачал головой.

— Гарри, Гарри, ты совсем запутался, что неудивительно — ведь ты прошёл через ужасное испытание. Так что ложись и не волнуйся, всё под контролем…

— НЕТ! — крикнул Гарри. — ВЫ ПОЙМАЛИ НЕ ТОГО!

— Министр, послушайте, пожалуйста, — заговорила Гермиона, умоляюще глядя на Фаджа. — Я тоже его видела. Это крыса Рона, он анимаг, Петтигрю, я и хочу сказать…

— Вот видите, министр, — сказал Снейп. — Под Конфундусом. Блэк хорошо над ними поработал.

— МЫ НЕ ПОД КОНФУНДУСОМ! — крикнул Гарри.

— Министр! Профессор! — сердито вмешалась мадам Помфри. — Я настаиваю, чтобы вы ушли. Поттеру нужен покой. Не тревожьте мальчика!

— Я не тревожусь! Я пытаюсь объяснить, что произошло! — яростно взорвался Гарри. — Если бы они выслушали…

Но мадам Помфри быстро впихнула в Гарри большой кусок шоколада, он подавился, и воспользовавшись этим, она уложила его обратно в постель.

— Нет, пожалуйста, министр, детям необходим покой. Пожалуйста, уходите.

Дверь снова отворилась, и вошёл Дамблдор. Гарри через силу проглотил полный рот шоколада и опять поднялся.

— Профессор Дамблдор, Сириус Блэк…

— Ради бога, — мадам Помфри была близка к истерике. — Это больница или нет? Директор, я настаиваю.

— Мои извинения, Поппи, но мне необходимо поговорить с мистером Поттером и мисс Грэйнджер, — примиряюще сказал Дамблдор. — Я только что разговаривал с Блэком.

— Полагаю, он и вам поведал ту же волшебную сказку, которую вбил в голову Поттеру? — проворчал Снейп. — Что-то про крысу и про ожившего Петтигрю…

— Именно это он и сказал, — согласился Дамблдор, обращая к Снейпу очки в форме полумесяца и пристально глядя на него.

— С каких это пор мои показания ничего не значат? — проворчал Снейп. — Не было Питера Петтигрю в Воющей Хижине, даже намёка на его пребывание в Хогвартсе.

— Это потому, что вы были без сознания, профессор! — серьезно пояснила Гермиона. — Поэтому не знаете, что…

— Мисс Грэйнджер, ПРИДЕРЖИТЕ ЯЗЫК!

— Но Снейп, — Фадж был шокирован, — мы должны принять во внимание, что юная леди помешалась рассудком…

— Я хотел бы поговорить с Гарри и Гермионой наедине, — резко оборвал его Дамблдор. — Корнелиус, Северус, Поппи, пожалуйста, оставьте нас.

— Директор! — попробовала возразить мадам Помфри. — Им нужен уход и покой!

— Это не может ждать, — отрезал Дамблдор. — Я настаиваю.

Мадам Помфри поджала губы и удалилась в свой кабинет, хлопнув дверью. Фадж взглянул на золотые карманные часы, подвешенные на цепочке к жилету.

— Должно быть дементоры уже здесь, — сказал он. — Я пойду встречать их. Дамблдор, увидимся наверху.

Он распахнул дверь и придержал её, поджидая Снейпа, но Снейп не двинулся с места.

— Вы ведь не верите в историю Блэка? — прошептал он, пристально глядя на Дамблдора.

— Я хотел бы поговорить с Гарри и Гермионой наедине, — повторил Дамблдор.

Снейп шагнул к нему.

— Сириус Блэк доказал, что способен на убийство, ещё когда ему было шестнадцать, — прошептал Снейп. — Вы не забыли, директор? Вы не забыли, что однажды он пытался убить меня?

— У меня отличная память, Северус, — в тон ему ответил Дамблдор.

Снейп повернулся на каблуках и шагнул к распахнутой двери, которую всё ещё придерживал Фадж. Когда дверь за ними захлопнулась, Дамблдор повернулся к Гарри и Гермионе. И они заговорили, перебивая друг друга.

— Профессор, Блэк сказал правду… мы видели Петтигрю…

— …он убежал, когда профессор Люпин превратился в оборотня…

— …он и правда был крысой…

— …передняя лапа Петтигрю, я хочу сказать, палец, он отрезал его…

— …это Петтигрю напал на Рона, а не Сириус…

Но Дамблдор поднял руку, останавливая поток объяснений.

— Теперь ваша очередь слушать, и я прошу вас: не прерывайте меня, потому что у нас очень мало времени, — тихо сказал он. — Историю Блэка не может подтвердить никто, кроме вас… а два тринадцатилетних волшебника никого не убедят. Целая улица свидетелей поклялась, что они видели, как Сириус убил Петтигрю. Я сам давал показания в министерстве, что Сириус был Хранителем тайны Поттеров.

— Профессор Люпин может подтвердить, — сказал Гарри, не удержавшись.

— Профессор Люпин сейчас в дремучем лесу и не в состоянии что-либо подтвердить. Когда он снова станет человеком, будет уже слишком поздно. Сириусу к тому времени уже ничто не поможет. Должен сказать, что большинство не доверяет оборотням, так что его поддержка недорогого стоит. Кроме того, учитывая факт, что они с Сириусом старые друзья…

— Но…

— Послушай меня, Гарри. Слишком поздно, ты понимаешь? Версия профессора Снейпа намного убедительнее, чем ваша.

— Он ненавидит Сириуса, — сказала Гермиона, теряя надежду. — И всё из-за какой-то дурацкой шутки.

— Сириус так и так нарушил закон. Напал на Толстую Даму… ворвался с ножом в гриффиндорскую башню… без Петтигрю, живого или мёртвого, у нас нет шансов изменить приговор Сириусу.

— Но вы же верите нам!

— Да, я верю, — согласился Дамблдор. — Но мне не удастся открыть глаза остальным или переубедить министра магии…

Гарри смотрел в серьёзные глаза Дамблдора и чувствовал, как земля уходит из-под ног. Он сроднился с мыслью, что Дамблдор может решить абсолютно всё. Он надеялся, что Дамблдор вдруг наколдует из воздуха какое-нибудь удивительное решение. Но нет… их последняя надежда рассеялась.

— Что нам нужно, — сказал Дамблдор медленно, глядя на Гермиону яркими голубыми глазами, — так это больше времени.

— Но ведь… — начала было Гермиона. Внезапно её глаза распахнулись. — Ой!

— Слушайте внимательно, — сказал Дамблдор с расстановкой. — Сириус заперт в кабинете профессора Флитвика на седьмом этаже. Тринадцатое окно справа от Западной башни. Если всё пойдёт хорошо, сегодня ночью вы спасете не одну невинную жизнь. Но помните, вы оба не должны показываться. Мисс Грэйнджер, вы знаете закон… Вы знаете, что поставлено на карту… Вас… никто… не должен… видеть.

Гарри понятия не имел, о чем говорит Дамблдор. Директор повернулся и, подойдя к двери, обернулся.

— Я запру вас. Сейчас, — он взглянул на часы, — без пяти полночь. Мисс Грэйнджер, трёх поворотов достаточно. Удачи.

— Удачи? — повторил Гарри, когда дверь закрылась за Дамблдором. — Три поворота? О чём это он? Что мы должны делать?

Гермиона вытащила из-под воротника длинную золотую цепочку.

— Гарри, иди сюда, — поторопила она, — быстрей!

Гарри, сбитый с толку, подошёл к ней. На конце цепочки искрились крошечные песочные часы.

— Сюда…

Она накинула цепочку ему на шею.

— Готов? — беззвучно прошептала она.

— Что происходит? — спросил Гарри растерянно.

Гермиона три раза перевернула часы.

Темная палата исчезла. Гарри почувствовал, что летит вверх тормашками. Цветные пятна проносились перед глазами, в ушах стучало. Он крикнул, но не услышал собственного голоса.

И вдруг всё прекратилось.

Он стоял рядом с Гермионой в пустынном вестибюле, и луч солнечного света освещал кусочек пола у открытой входной двери. Гарри огляделся, и цепочка песочных часов врезалась в шею.

— Гермиона, что…?

— Сюда, — Гермиона схватила его за руку, протащила через вестибюль к кладовке для швабр, распахнула дверь, втолкнула его внутрь и захлопнула дверь за собой.

— Что… как… Гермиона, что случилось?

— Мы вернулись во времени, — прошептала Гермиона, в темноте снимая цепочку с шеи Гарри. — На три часа назад…

Гарри сильно ущипнул себя за ногу. Это было больно, а значит он не спал…

— Но…

— Шшш! Слушай! Кто-то идет! Кажется… кажется, это мы! — Гермиона прижала ухо к двери кладовки.

— Шаги через холл! Да, я думаю, это мы идем вниз к Хагриду!

— Ты хочешь сказать, — прошептал Гарри, — что мы здесь, в этой кладовке, и там снаружи тоже мы?

— Да, — согласилась Гермиона. — Я уверена, что это мы. Похоже, идут трое… а мы шли медленно из-за Плаща-Невидимки.

Она умолкла, продолжая внимательно вслушиваться.

— Мы спустились вниз по лестнице…

Гермиона, отчаянно волнуясь, присела на перевёрнутое ведро, но у Гарри было еще несколько вопросов.

— Где ты достала эти часы?

— Это Хроноворот, — прошептала Гермиона, — мне дала его профессор МакГонагалл в день нашего приезда. Я пользуюсь им весь год, чтобы успевать на уроки. Профессор МакГонагалл заставила меня поклясться, что я никому не скажу. Ей пришлось написать кучу прошений в Министерство Магии, чтобы мне его выдали. Она написала, что я лучшая ученица и что я буду использовать его только для занятий… Так что я поворачивала Хроноворот, возвращалась на несколько часов назад и успевала на несколько уроков одновременно, понял? Но… Гарри, я не понимаю, чего от нас хочет Дамблдор. Почему он сказал вернуться на три часа назад? Как это поможет Сириусу?

Гарри взглянул на её хмурое лицо.

— Наверное, сейчас что-то случилось, что Дамблдор хочет, чтобы мы изменили, — сказал он задумчиво. — Что же случилось? Три часа назад мы пошли к Хагриду…

— Сейчас три часа назад, и мы ушли к Хагриду, — повторила Гермиона. — Мы только что слышали, как мы ушли.

Гарри нахмурился. Он почти чувствовал, как в голове шестеренками крутятся мысли.

— Дамблдор только сказал — сказал, что мы можем спасти не одну невинную жизнь… — и внезапно его осенило. — Гермиона, мы спасем Конклюва!

— Но… как это поможет Сириусу?

— Дамблдор сказал… он только что сказал, где находится… окно кабинета Флитвика! Где заперт Сириус! Мы должны подлететь верхом на Конклюве к окну и спасти Сириуса! Сириус может улететь на Конклюве… они оба будут спасены.

По выражению лица Гермионы Гарри понял, что она напугана.

— Если мы справимся незамеченными, то только чудом!

— Но мы же должны попробовать, правда? — сказал Гарри. Он поднялся и прислушался. — Никого не слышно? Давай, идем.

Гарри толкнул дверь кладовки. Вестибюль был пуст. Как можно тише и быстрее они выскользнули из кладовки и ринулись вниз по каменной лестнице из замка. Тени удлинялись, а кроны деревьев Запретного Леса золотило солнце.

— А вдруг кто-нибудь выглянет в окно, — пискнула Гермиона, поднимая глаза на замок.

— Мы побежим изо всех сил, — сказал Гарри решительно, — прямо в Лес, хорошо? Будем прятаться за деревом и следить за происходящим.

— Ладно, но придется обойти теплицы! — шёпотом добавила Гермиона. — Нам нужно держаться подальше от передней двери Хагрида, а то мы увидим себя! Мы, наверное, уже возле хижины.

Обдумывая, что она хотела сказать, Гарри бросился бежать, слыша позади шаги Гермионы. Они промчались через грядки к оранжереям, задержались за ними на минуту и снова побежали изо всех сил, мимо Дракучей Ивы, к лесу…

Укрывшись в тени деревьев Гарри обернулся, секундой позже рядом, тяжело дыша, остановилась Гермиона.

— Хорошо, — она задыхалась. — Нам нужно подкрасться к хижине Хагрида… Не показывайся, Гарри…

Они молча проделали путь до хижины Хагрида, идя по лесу вдоль опушки. Впереди показалась дверь хижины, и в этот миг они услышали стук. Гарри с Гермионой юркнули за огромный дуб и выглянули с другой стороны. Хагрид, бледный и дрожащий, показался из хижины, чтобы посмотреть, кто стучал. И Гарри услышал свой собственный голос.

— Это мы. Мы под Плащом-Невидимкой. Впусти нас, и мы его снимем.

— Зачем вы пришли? — прошептал Хагрид. Он отступил назад и быстро захлопнул дверь.

— С ума сойти! — воскликнул Гарри.

— Давай подойдём поближе, — прошептала Гермиона. — Нужно подойти к Конклюву!

Прячась за деревьями, они подкрались к тыквенной грядке и увидели встревоженного гиппогрифа, привязанного к изгороди.

— Сейчас? — прошептал Гарри.

— Нет! — остановила его Гермиона. — Если мы уведем его сейчас, люди из комитета подумают, что это Хагрид освободил его! Мы подождем, пока они не увидят, что он привязан снаружи!

— У нас будет около шестидесяти секунд, — сказал Гарри. Затея вдруг показалась ему невозможной.

В этот момент, из хижины Хагрида донёсся звон бьющейся посуды.

— Хагрид уронил кувшин с молоком, — прошептала Гермиона. — Сейчас я найду Коросту.

Конечно, через несколько минут они услышали пронзительный крик Гермионы.

— Гермиона, — внезапно сказал Гарри, — что, если мы вбежим туда и схватим Петтигрю?

— Ты что, — испуганно возразила Гермиона, — совсем не понимаешь? Мы уже нарушаем один из самых важных волшебных законов! Никто не может изменять время, никто! Ты слышал Дамблдора, если нас увидят…

— Так ведь там только мы и Хагрид.

— Гарри, как ты думаешь, что ты будешь делать, если увидишь второго себя в хижине Хагрида? — спросила Гермиона.

— Я… Я подумаю, что сошёл с ума, — пробормотал Гарри, — или что тут замешана чёрная магия.

— Вот именно! Ты не будешь понимать, что происходит, ты можешь даже напасть на себя! Подумай только! Профессор МакГонагалл рассказывала мне, что происходило, когда волшебники вмешивались в ход времени… Большинство их случайно убили свое прошлое или будущее «я», понимаешь?

— Ладно, — сказал Гарри. — Я ведь только предложил…

Гермиона толкнула его локтем и указала на замок. Гарри повернул голову, чтобы разглядеть парадную дверь. Дамблдор, Фадж, старик из комитета и Макнейр, палач, спускались по лестнице.

— Мы скоро выйдем! — прошептала Гермиона.

Действительно, в следующий миг Хагрид приоткрыл дверь, и Гарри увидел себя, Рона и Гермиону. Это было самым странным чувством в его жизни: стоять за деревом и видеть себя на тыквенной грядке.

— Всё хорошо, малыш… Всё в порядке… — прошептал Хагрид Конклюву. Он повернулся к Гарри, Рону и Гермионе. — Идите, ну, идите же…

— Хагрид, мы не можем…

— Мы расскажем им, как всё было на самом деле…

— Они не могут казнить его…

— Уходите! — сердито оборвал их Хагрид. — Всё и так ужасно, и вы ещё нарываетесь на неприятности!

Гарри наблюдал, как Гермиона на грядке накидывает Плащ-Невидимку на них с Роном.

— Уходите скорее. Не слушайте…

Раздался стук в переднюю дверь. Палач и свита прибыли. Хагрид повернулся и направился назад в хижину, оставив открытой заднюю дверь. Гарри глядел, как мнётся трава под тремя парами ног, и слышал удаляющиеся шаги. Он, Рон и Гермиона ушли… Но Гарри и Гермиона, прятавшиеся за деревьями, теперь слышали, что происходит внутри хижины.

— Где зверюга? — донёсся до них холодный голос Макнейра.

— Снаружи, — прохрипел Хагрид.

Гарри пригнулся, когда лицо Макнейра показалось в окне Хагрида. Затем они услышали Фаджа.

— Мы… эээ… должны прочитать вам официальное уведомление о казни, Хагрид. Это не займёт много времени, а затем вам и Макнейру нужно подписать его. Макнейр, вы тоже должны выслушать — таков порядок…

Лицо Макнейра пропало из окна. Теперь или никогда.

— Жди здесь, — прошептал Гарри Гермионе. — Я сам.

Когда Фадж снова заговорил, Гарри выскользнул из-за дерева, перепрыгнул через изгородь на тыквенную грядку и подбежал к Конклюву.

— Решением Комитета по Устранению Опасных Созданий гиппогриф Конклюв, далее именуемый как осуждённый, будет казнен шестого июня на закате…

Изо всех сил стараясь не моргать, Гарри посмотрел прямо в свирепые оранжевые глаза и поклонился. Конклюв преклонил чешуйчатые колени и выпрямился. Гарри начал теребить узел веревки, которой Конклюв был привязан к изгороди.

— …приговаривается к казни через обезглавливание, которое должно быть исполнено палачом, назначенным Комитетом, Уолденом Макней…

— Давай, Конклюв, — шептал Гарри. — Давай, мы хотим помочь тебе. Тихо, тихо.

— …как свидетельствующие ниже. Хагрид, подпишите здесь…

Гарри изо всех сил налег на верёвку, но Конклюв упирался передними лапами.

— Хорошо, давайте покончим с этим, — донёсся из хижины пронзительный голос старика из Комитета. — Хагрид, вам лучше остаться внутри…

— Нет, я… я хочу быть с ним… Я не оставлю его одного…

Из хижины эхом донеслись шаги.

— Конклюв, давай! — прошипел Гарри и сильнее потянул верёвку.

Гиппогриф сделал шаг и сердито взмахнул крыльями. До леса оставалось десять футов, прямо по открытому месту.

— Минутку, пожалуйста, Макнейр, — донёсся из хижины голос Дамблдора. — Вам тоже нужно подписать.

Шаги затихли. Гарри потянул верёвку. Конклюв щёлкнул клювом и прибавил шагу.

Из-за дерева показалось бледное лицо Гермионы.

— Гарри, быстрей! — прошептала она.

Гарри слышал, как Дамблдор что-то говорит тем, в хижине. Он ещё раз дернул верёвку. Конклюв перешел на рысь. Они уже почти добежали до опушки…

— Быстрей! Быстрей, — застонала Гермиона, выскакивая из-за дерева и тоже хватаясь за верёвку. Гарри оглянулся. Их уже нельзя было увидеть из огорода.

— Стой, — прошептал он Гермионе. — Они могут услышать…

Задняя дверь распахнулась. Гарри, Гермиона и Конклюв стояли тихо, даже гиппогриф, казалось, прислушивается.

Тишина… затем…

— Где, он? — прозвучал пронзительный голос старика из Комитета, — где зверь?

— Он был привязан здесь! — яростно завопил палач. — Я видел! Вот здесь!

— Как странно, — заметил Дамблдор. В его голосе прозвучала ирония.

— Клювик! — прохрипел Хагрид.

Послышался свистящий взмах и удар топора… кажется, палач в гневе метнул его в изгородь. Они услышали вопль и всхлипывания Хагрида.

— Улетел! Ура! Улетел! Клювик улетел! Освободился! Клювик, молодчина!

Конклюв натянул веревку, пытаясь вернуться к Хагриду. Гарри и Гермиона изо всех сил упёрлись ногами в землю.

— Кто-то отвязал его! — рычал палач. — Мы должны обыскать лес и школу.

— Макнейр, если Конклюва и в самом деле украли, вы думаете, что вор увел бы его пешком? — сказал Дамблдор, в его голосе опять прозвучала ирония. — Поищите в небе, коли хотите… Хагрид, позволь мне чашку чая. И, пожалуй, большой глоток бренди.

— А… а… одну минуту, профессор, — сказал Хагрид ослабевшим от счастья голосом. — Проходите, проходите.

Гарри и Гермиона внимательно слушали. Они услышали шаги, приглушённую ругань палача, стук двери. И тишина.

— Что теперь? — прошептал Гарри, оглядываясь.

— Будем сидеть здесь, — сказала Гермиона, которая выглядела взбудораженной. — Подождём, пока они вернутся в замок. Потом подождём до тех пор, пока будет безопасно подлететь на Конклюве к окну Сириуса. Всего пару часов… Это будет нелегко…

Она бросила встревоженный взгляд через плечо. Солнце почти зашло.

— Надо идти, — возразил Гарри. — Надо увидеть Дракучую Иву, а то мы не будем знать, что происходит.

— Ладно, — согласилась Гермиона, сильнее ухватившись за верёвку Конклюва. — Но нас не должны видеть, Гарри…

Они двинулись по опушке, скрываясь в темноте, окутавшей всё вокруг, и спрятались за небольшим леском, за которым виднелась Ива.

— Там Рон! — внезапно сказал Гарри.

Тёмный силуэт нёсся через лужайку и его громкий крик эхом разносился в ночном воздухе.

— Фу… брысь… Короста, иди ко мне…

Внезапно они увидели ещё две фигуры, возникшие из ниоткуда. Гарри смотрел, как они с Гермионой бегут за Роном. Рон бросился на землю.

— Поймал! Кыш отсюда, мерзкая животина…

— Там Сириус! — прошептал Гарри. Из-под Ивы вынырнул огромный пёс. Они увидели, как он перепрыгнул Гарри, схватил Рона…

— Отсюда ещё ужаснее смотреть, — выдавил Гарри, глядя, как пёс тянет Рона под Иву. — Ой! Гляди! Меня чуть не задело веткой… и тебя… с ума сойти!

Дракучая Ива качалась и размахивала ветвями, мешая им добраться до ствола. И вдруг дерево замерло.

— Это Косолап коснулся сучка, — сказала Гермиона.

— И мы уходим… — пробормотал Гарри. — Всё, ушли.

Они исчезли, и дерево снова зашевелилось. Через секунду совсем рядом раздались шаги. Дамблдор, Макнейр, Фадж и старик из Комитета шли обратно в замок.

— Сразу после того, как мы спустились в туннель, — прошептала Гермиона. — Если бы только Дамблдор пошёл с нами…

— Ну конечно, а Макнейр и Фадж припёрлись бы за ним… — добавил Гарри. — Спорю на что хочешь, Фадж приказал бы Макнейру убить Сириуса на месте…

Они следили, как четвёрка не спеша поднялась по лестнице в замок и исчезла. На несколько минут сцена опустела. И вот…

— Это Люпин! — сказал Гарри, когда они увидели силуэт, сбежавший вниз по ступенькам и скользнувший к Иве. Гарри посмотрел на небо — луна пряталась за тучами.

Они наблюдали, как Люпин схватил с земли ветку и ткнул ею в ствол. Дерево застыло, и Люпин нырнул в лаз между корней.

— Если бы он только взял Плащ, — прошептал Гарри. — Ведь лежит же на виду…

Он повернулся к Гермионе.

— Если я сейчас выскочу и возьму его, он не достанется Снейпу и…

— Гарри, нас не должны видеть!

— Как ты можешь? — запальчиво спросил он. — Только стоять и смотреть на происходящее? — он на миг заколебался. — Ну, так я пойду возьму плащ!

— Гарри, стой!

Гермиона ухватила Гарри за мантию и как раз вовремя, потому что в следующий миг они внезапно услышали песню. Это был Хагрид. Он шёл к замку, распевая во всё горло, слегка покачиваясь и сжимая в руке большую бутылку для равновесия.

— Видишь? — прошептала Гермиона. — Видишь, что могло случиться? Нас не должны видеть! Нет, Конклюв!

Гиппогриф сделал отчаянную попытку кинуться к Хагриду. Гарри вцепился в верёвку и напрягся, пытаясь удержать его. Глазами он следил за Хагридом, который, шатаясь, брёл к замку. Когда тот наконец исчез из виду, Конклюв перестал рваться с поводка и уныло повесил голову.

Спустя пару минут, двери замка снова распахнулись, и Снейп ринулся к Иве…

Гарри сжал кулаки, глядя как Снейп внезапно замер возле дерева, оглядываясь. Он увидел плащ.

— Убери свои грязные лапы с моего плаща! — прорычал Гарри себе под нос. — Чтоб тебя!

Снейп схватил ту самую ветку, которой до него пользовался Люпин, дотронулся до ствола и исчез, накинув плащ.

— Вот и всё! — сказала Гермиона тихо. — Мы все внизу… и теперь нам остается только ждать нашего возвращения…

Она подобрала конец веревки, крепко привязала Конклюва к ближайшему дереву и присела на землю, обхватив колени руками.

— Гарри, что-то я не понимаю… Почему дементоры не схватили Сириуса? Я помню, как они окружали нас, а потом я потеряла сознание… их было так много…

Гарри тоже присел на землю и поведал ей о том, что видел: как таинственное серебряное существо прискакало по озеру и заставило дементоров в последний момент отступить…

Когда Гарри закончил, Гермиона смотрела на него с открытым ртом.

— Что же это было?

— Единственное, что могло прогнать дементоров, — пояснил Гарри. — Настоящий Патронус. Могущественный.

— Но кто его вызвал?

Гарри промолчал. Он старался понять, кого он видел на том берегу. Ему казалось, что он знает, кто это… но каким образом?

— Ты не видел, на кого он был похож? — спросила Гермиона. — Может быть, кто-то из преподавателей?

— Нет, — Гарри покачал головой. — Это был не преподаватель.

— Но ведь отогнать такую ораву дементоров может только очень могущественный волшебник… Разве, если Патронус сиял так ярко, он не осветил бы мага? Разве ты не разглядел?…

— Разглядел, — тихо признал Гарри. — Но… знаешь, может, мне показалось… в голове помутилось… я вырубился как раз после этого…

— Кто это был, как ты думаешь?

— Я думаю… — Гарри сглотнул, зная, как странно прозвучат его слова. — Я думаю, это был мой отец.

Он взглянул на Гермиону. Она сидела, открыв рот, и смотрела на него со смесью тревоги и жалости.

— Гарри, твой отец… умер, — прошептала она еле слышно.

— Я знаю, — быстро ответил Гарри.

— Может быть, ты видел его призрак?

— Не знаю… да нет… он казался живым.

— Но тогда…

— Может быть, мне померещилось, — пробормотал Гарри. — Но… тот, кого я видел… был похож на него… Я знаю, у меня есть фотографии…

Гермиона смотрела на него, словно решая, в своём ли он уме.

— Я знаю, похоже на бред, — сказал Гарри. Он отвернулся к Конклюву, который рыл землю в поисках червей. Но на самом деле, он не видел Конклюва.

Он думал об отце и трёх его друзьях… Лунатик, Червехвост, Мягколап и Сохатый… Неужели все четверо были здесь сегодня? Ведь Червехвост появился, когда все уже решили, что он умер… Неужто и его отец?… Или померещилось? Он был так далеко — не разглядеть… и все же он был уверен в этом, за миг до того, как потерял сознание…

Листья над головой ласково шелестели. Луна появилась и скрылась за плывущими облаками. Гермиона, не отрываясь, следила за Ивой.

И вот через час…

— Мы идём! — прошептала она.

Они с Гарри поднялись на ноги, Конклюв вскинул голову. Они увидели Люпина, Рона и Петтигрю, карабкающихся из лаза у корней. Следом за ними выплыл пребывающий без сознания Снейп. Наконец, показались Гарри, Гермиона и Блэк, и компания направилась к замку.

Сердце Гарри забилось быстрее. Он взглянул на небо. Вот сейчас луна выйдет из-за облака…

— Гарри! — прошептала Гермиона, словно догадалась, о чем он подумал. — Мы должны прятаться. Нас никто не должен видеть. Мы ничего не сможем сделать…

— А значит, Петтигрю снова сбежит… — отозвался Гарри.

— Как ты собираешься искать крысу в темноте? — возразила Гермиона. — Мы ничегошеньки не сможем изменить! Мы вернулись, чтобы помочь Сириусу. Нам нельзя больше ничего делать!

— Ну, ладно, ладно…

Луна выскользнула из-за облака. Они увидели, как далекие фигуры, шедшие через луг, внезапно замерли. И снова пришли в движение…

— Люпин превращается, — прошептала Гермиона.

— Гермиона! — воскликнул Гарри. — Нам надо бежать!

— Нельзя, я же говорю…

— Да не вмешиваться! Люпин кинется в лес, прямо на нас!

Гермиона ахнула.

— Быстрей! — простонала она, кидаясь отвязывать Конклюва. — Быстрей! Куда же нам бежать? Где же спрятаться? Дементоры появятся в любой момент…

— К Хагриду! — крикнул Гарри. — Там пусто… Бежим!

Они бросились со всех ног, Конклюв галопом нёсся следом. Сзади раздался вой оборотня…

Хижина была уже рядом. Гарри подлетел к двери и с силой дернул за ручку, Гермиона и Конклюв влетели внутрь, Гарри бросился следом и запер дверь на засов. Волкодав Клык громко залаял.

— Шшш, Клык, это мы! — сказала Гермиона, кидаясь к нему и почесывая за ухом, чтобы успокоить. — Еще чуточку и нам бы конец! — прошептала она Гарри.

— Да уж…

Гарри выглянул в окно. Они были слишком далеко, и он не мог разглядеть, что происходит на лугу. Конклюв был счастлив снова вернуться к Хагриду. Он лёг у камина, сложив крылья, довольный и, кажется, готовый хорошенько выспаться.

— Знаешь, я пойду посмотрю, — сказал Гарри медленно. — Отсюда не видно, что там творится… а то не узнаем, когда настанет время…

Гермиона подозрительно посмотрела на него.

— Я не собираюсь вмешиваться, — быстро сказал Гарри. — Но если мы не будем знать, что происходит, как же мы поймем, что настало время спасать Сириуса?

— Ну… ладно… Тогда я подожду тебя здесь с Конклювом… Гарри, будь осторожен, пожалуйста… снаружи оборотень… и дементоры.

Гарри выбрался из хижины и обогнул её. Вдалеке завыл, заскулил от боли пёс. Значит, дементоры уже окружили Сириуса… И они с Гермионой бегут к нему…

Гарри смотрел на озеро, и сердце в его груди барабаном билось о ребра… Кто бы не послал Патронуса, он вскоре появится…

На миг Гарри нерешительно замер у хижины. Вас никто не должен видеть. Он не хотел, чтобы его увидели. Он сам хотел посмотреть… хотел знать…

И вдруг появились дементоры. Они струились со всех сторон, огибая озеро… Они направлялись к противоположному берегу, удаляясь от Гарри… Ему не придётся приближаться к ним…

Гарри бросился бежать. В его голове настойчиво билась мысль об отце… Если это был он… Если это действительно был он… он должен узнать, непременно должен…

Озеро становилось ближе и ближе, но там никого не было. На противоположном берегу он увидел крошечные серебряные искорки… его собственные попытки вызвать Патронуса…

У самой кромки воды рос куст. Гарри спрятался за ним, судорожно глотая воздух и оглядываясь. На противоположном берегу серебряное мерцание неожиданно погасло. Его бросило в жар… сейчас или никогда…

— Ну же! — пробормотал он. — Папа, ну где же ты…

Но никто не пришел. Гарри поднял голову и взглянул на кольцо дементоров на том берегу. Один из них опустил капюшон. Самое время появиться спасителю… но в этот раз никто не спешил на помощь…

И тогда его осенило… он понял. Он видел не отца… он видел себя…

Гарри выпрямился и поднял волшебную палочку.

— ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! — крикнул он.

И на конце волшебной палочки вспыхнул — не бесформенный клок тумана, а ослепительный серебряный зверь. Гарри сощурился, пытаясь разглядеть, кто это. Патронус был похож на коня. Он беззвучно пронёсся по черной глади озера и, пригнув голову, налетел на дементоров… Он кружил возле трёх едва видимых тел на земле, защищая их, и дементоры отступали во мрак… Всё быстрей и быстрей… и наконец пропали.

Патронус повернулся и галопом помчался к Гарри, не касаясь серебряными копытами маслянистой тёмной воды. Это был не конь. И даже не единорог… Это был олень. Он сиял, словно луна в вышине, и летел обратно к Гарри…

Он замер на берегу, но мягкая земля осталась нетронутой под его копытами. Он посмотрел Гарри серебряными глазами и поклонился. И вдруг Гарри понял…

— Сохатый, — прошептал он.

Но когда он протянул к нему дрожащие пальцы, олень исчез.

Гарри всё так же стоял, вытянув руку. Вдруг — спугнув замершее сердце — за его спиной раздался стук копыт. Он обернулся и увидел Гермиону: она бежала к нему, таща за собой Конклюва.

— Что ты наделал? — сердито крикнула Гермиона. — Ты же обещал только посмотреть!

— Я спас наши жизни, — просто ответил Гарри. — Иди сюда… садись… я всё объясню.

Гермиона снова слушала его, открыв рот…

— А что, если тебя кто-то видел?

— Конечно, видел, как ты не понимаешь! Я видел себя, но подумал, что это был мой отец! Всё в порядке!

— Гарри, я не могу поверить… Ты вызвал Патронуса, который прогнал всех дементоров! Это же очень, очень сложное волшебство!

— Я знал, что на этот раз у меня получится, — сказал Гарри. — Ведь я уже сделал это… Может быть поэтому?

— Не знаю… Гарри, взгляни на Снейпа!

Они посмотрели на другой берег. Снейп уже пришёл в себя. Он наколдовывал носилки и поднимал бесчувственные тела Гарри, Гермионы и Блэка. Четвёртые носилки, на которых, очевидно, лежал Рон, уже парили рядом. И вот, удерживая их всех в воздухе, Снейп направился в сторону замка.

— Уже почти время, — нервно сказала Гермиона, взглянув на часы. — У нас сорок пять минут до того, как Дамблдор запрёт дверь в больничное крыло. Мы должны спасти Сириуса и вернуться в палату, пока никто не обнаружил, что мы исчезли…

Они ждали, глядя, как, отражаясь в озере, плывут по небу облака и, слушая, как лёгкий ветерок шелестит листьями. Конклюв возобновил поиски червяков, чтобы скрасить скуку.

— Думаешь, он уже наверху? — спросил Гарри, глядя на часы. Он посмотрел на замок и начал отсчитывать окна справа от Западной башни.

— Смотри! — прошептала Гермиона. — Кто это? Кто-то вышел из замка!

Гарри пристально вгляделся в темноту. Человек спешил через луг к границе территории Хогвартса. Что-то блеснуло у него на поясе.

— Макнейр! — сказал Гарри. — Палач! Он идёт за дементорами! Гермиона, пора…

Гарри помог Гермионе взобраться на Конклюва, поставил ногу на ветку куста, оттолкнулся, вскарабкался и сел впереди. Он перекинул верёвку через шею Конклюва и привязал её с другой стороны ошейника словно поводья.

— Готова? — прошептал он Гермионе. — Тогда держись…

И тронул Конклюва пятками.

Гиппогриф взмыл в тёмное небо. Гарри сжал его бока коленями, чувствуя взмахи огромных крыльев. Гермиона судорожно обхватила Гарри за талию. Он слышал, как она шепчет: — Ой, нет, мне это не нравится… нет, мне это совсем не нравится…

Он пришпорил Конклюва. Они беззвучно приближались к верхнему этажу замка… Гарри собрал левый повод, и Конклюв повернул. Гарри старался сосчитать окна, мелькавшие мимо…

— Тпру! — фыркнул он, натягивая поводья.

Конклюв притормозил, и они замерли на месте, если, конечно, не считать того, что вертикальные колебания составляли несколько футов — гиппогриф бил крыльями, чтобы удержаться в воздухе.

— Он там! — обрадовался Гарри, заметив Сириуса в комнате, когда они поднялись к окну. Гарри вытянул руку и, когда Конклюв опустил крыло, постучал в стекло.

Блэк поднял голову, и Гарри увидел, как у него отвисает челюсть. Блэк спрыгнул со стула, кинулся к окну, чтобы открыть его, но оно не поддавалось.

— Посторонись! — крикнула Гермиона. Она выхватила волшебную палочку, по-прежнему сжимая мантию Гарри левой рукой.

— Алохомора!

Окно распахнулось.

— Как… как…? — шептал Блэк, изумлённо глядя на гиппогрифа.

— Давай же, времени нет, — сказал Гарри, крепко обхватив гладкую шею Конклюва и удерживая его ровно. — Ты должен выбраться отсюда — Дементоры сейчас будут… Макнейр пошел за ними.

Блэк уперся руками в оконную раму и подтянулся. К счастью, он был худ, и поэтому в следующий миг уже сидел позади Гермионы.

— Отлично, Конклюв вверх! — объявил Гарри, трогая поводья. — К башне… вперёд!

Гиппогриф взмахнул сильными крыльями и взмыл к Западной Башне. Он приземлился на парапет, и Гарри с Гермионой соскользнули с него.

— Сириус, тебе пора, — выпалил Гарри. — Они в любой момент появятся в кабинете Флитвика и обнаружат, что ты исчез.

Конклюв скреб когтями камень, энергично вскидывая голову.

— Что случилось с другим мальчиком? Роном? — прокричал Сириус.

— Он поправится. Он ещё без сознания, но мадам Помфри говорит, что вылечит его. Быстрей…

Но Блэк не отрываясь глядел на Гарри.

— Как я смогу отблагодарить…

— Быстрей же! — вместе закричали Гарри и Гермиона.

Блэк развернул Конклюва.

— Мы ещё увидимся, — крикнул он. — Ты настоящий сын своего отца, Гарри…

Он стиснул бока Конклюва пятками, Гарри и Гермиона отпрыгнули назад, когда рядом распахнулись огромные крылья… Гиппогриф поднялся в воздух… Он и его седок становились всё меньше и меньше, а Гарри, не отрываясь, глядел им вслед… луна скрылась за облаком… а когда показалась, небеса были чисты как прежде.

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License