Книга 4. Глава 4. Возвращение в Нору

К полудню следующего дня Гарри уложил в чемодан все свои школьные вещи и самые ценные реликвии — Плащ-Невидимку, который унаследовал от отца, метлу, подаренную Сириусом, и волшебную карту Хогвартса, которую в прошлом году дали ему Фред и Джордж Уизли. Он выгреб продукты из тайника под отошедшей половицей, проверил и перепроверил все закоулки своей спальни в поисках позабытых учебников или перьев и снял со стены календарь, на котором отмечал дни, оставшиеся до первого сентября и его возвращения в Хогвартс.

Атмосфера в доме номер четыре по Привит Драйв была накалена до предела. Надвигающееся прибытие в их дом толпы разнообразных волшебников привело семью Дёрсли в крайне нервозное состояние. Лицо дяди Вернона перекосило, когда Гарри сообщил ему, что Уизли приезжают завтра в пять.

— Я надеюсь, ты сказал им, этим людям, чтобы они прилично оделись, — прорычал он. — Я видел, во что одевается твой народец. Надеюсь, что у них хватит порядочности одеться в нормальную одежду, так-то.

Гарри забеспокоился. Он едва ли когда-нибудь видел мистера и миссис Уизли в одежде, которую Дёрсли сочли бы «нормальной». Их дети иногда надевали маггловскую одежду во время каникул, но мистер и миссис Уизли обычно носили длинные мантии, отличающиеся друг от друга только степенью изношенности. Реакция соседей не волновала Гарри, но он боялся, что Дёрсли могут быть грубы с Уизли, если те оправдают их худшие ожидания по поводу волшебников.

Дядя Вернон надел свой лучший костюм. Другой мог бы счесть это знаком доброжелательности, но Гарри знал, что дядя Вернон хотел произвести на прибывших впечатление важного человека, которого стоило побаиваться. Дадли, наоборот, казалось, усох. И не потому, что диета наконец-то отразилась на нём, а исключительно из страха. Предыдущая встреча со взрослым волшебником сделала его несчастным обладателем закрученного поросячьего хвостика, выглядывающего сзади из штанов. Дяде Вернону и тёте Петунии пришлось заплатить за ампутацию этого отростка в частной лондонской клинике. Поэтому, неудивительно, что Дадли периодически проводил сзади рукой, проверяя сохранность филейной части, и передвигался из комнаты в комнату бочком, чтобы не предоставить врагу той же самой мишени.

Обед прошёл в молчании. Дадли слопал всё, даже не пикнув (на обед подавался творог и перетёртый сельдерей). Тётя Петуния вообще не ела. Она скрестила руки на груди и поджала губы. Казалось, она едва сдерживается, чтобы не наброситься на Гарри.

— Они, конечно же, приедут на машине? — рявкнул дядя Вернон со своего края стола.

— Эээ, — только и сказал Гарри.

Про это он и не подумал. Как же Уизли собираются его забирать? У них больше не было машины. Их старенький Форд Англия гулял сейчас на свободе где-то в Запретном Лесу Хогвартса. В прошлом году мистер Уизли одолжил машину в Министерстве Магии. Может быть, сегодня он сделает так же?

— Наверное, — сказал наконец Гарри.

Дядя Вернон фыркнул в усы. В обычной ситуации он бы поинтересовался, на машине какой марки ездит мистер Уизли: он судил о людях по размеру и стоимости их машин. Но Гарри сильно сомневался, что дядя Вернон проникся бы уважением к мистеру Уизли, даже если бы тот прикатил на Феррари.

После обеда Гарри ушёл в свою комнату. Ему действовало на нервы, что тётя Петуния каждые несколько секунд выглядывала на улицу через тюлевые занавески, как будто только что объявили, что из зоопарка сбежал носорог, и она надеялась лицезреть его у себя под окном. Наконец, без четверти пять Гарри спустился назад в гостиную.

Тётя Петуния нервно оправляла подушки дивана. Дядя Вернон делал вид, что читает газету, но его маленькие глазки не двигались, и Гарри был уверен, что он изо всех сил прислушивается, не едет ли машина. Дадли втиснулся в кресло, засунув свои жирные руки под себя и крепко сжимая ими задницу. Гарри не выдержал напряжения, царившего в комнате, и вышел в прихожую и сел на ступени, не спуская глаз с циферблата часов. Сердце колотилось от возбуждения.

Наконец стрелки часов подошли к пяти и… продолжили движение. Дядя Вернон, слегка взопревший в своём парадном костюме, открыл входную дверь, высунулся наружу, чтобы получше осмотреть улицу, и, ничего не увидев, быстро втянул голову назад.

— Опаздывают, — прорычал он.

— Да, — согласился Гарри, — может, в пробке застряли, или ещё что-нибудь.

Десять минут шестого… четверть шестого… Теперь даже Гарри начал нервничать. В половине шестого он услышал приглушённые голоса тёти Петунии и дяди Вернона из гостиной.

— Совершенно не считаются с нами.

— А что, если у нас были бы какие-то планы?

— Может, они надеются, что их пригласят к ужину, если они приедут достаточно поздно.

— Естественно, не пригласят, — отрезал дядя Вернон, и Гарри услышал, как он встал и начал ходить взад и вперёд по комнате, — заберут мальчишку и пусть проваливают. Долго они здесь не задержатся. То есть, если они вообще приедут. Наверно, перепутали день — вот что я думаю. Этот народ не отличается пунктуальностью. Или они едут на каком-то драндулете, который сломался по дороге сюд…А-А-А-А-А-А-А!

Гарри подскочил. Со стороны гостиной послышался топот Дёрсли, в панике мечущихся по комнате. Минута — и Дадли с выражением ужаса на лице пулей вылетел в прихожую.

— Что случилось? — спросил Гарри, — что происходит?

Но Дадли был не в состоянии что-либо ответить. Не отнимая рук от задницы, он трусцой пронёсся на кухню. Гарри кинулся в гостиную. Из забитого досками камина, перед которым красовались искусственные угли, горящие электрическим пламенем, доносились грохот и царапанье.

— Что это? — охнула тётя Петуния, прижавшись спиной к стене и с ужасом уставившись на пламя. — Что это, Вернон?

Не прошло и минуты, как всё прояснилось. Из-за забитого досками камина доносились голоса.

— Ох, Фред, нет, возвращайся назад, произошла какая-то ошибка. Возвращайся назад и скажи Джорджу, чтобы не… ой! Джордж, тут нет места, возвращайся и скажи Рону…

— Пап, может Гарри услышит нас и выпустит?

Из камина раздался громкий стук кулаков по доскам за электрическим пламенем.

— Гарри, Гарри, ты нас слышишь?

Чета Дёрсли обрушились на Гарри, как пара злых росомах.

— Что это? — прорычал дядя Вернон, — что происходит?

— Они пытались добраться сюда с помощью Каминного Порошка, — сказал Гарри, борясь с безумным желанием расхохотаться. — Они умеют путешествовать через огонь, только вы забили камин… одну минуту…

Он подошёл к камину и позвал сквозь доски:

— Мистер Уизли, вы меня слышите?

Стук прекратился. Кто-то в камине сказал: — Тише…

— Мистер Уизли, это Гарри, камин забит, поэтому вам и не выбраться оттуда.

— Чёрт! — проговорил голос мистера Уизли. — Зачем же они забили камин?

— У них электрический огонь, — объяснил Гарри.

— Да что ты! — радостно воскликнул голос мистера Уизли, — эклектический, говоришь? С вилкой? С ума сойти! Я должен на это посмотреть! Дай-ка мне подумать… ой… Рон…

Раздался голос Рона:

— Почему мы здесь? Что-то не сработало?

— Нет-нет, Рон, — произнёс насмешливый голос Фреда, — мы именно здесь и хотели очутиться.

— Ага, нам тут так здорово, — подтвердил Джордж приглушённо; казалось, его придавили к стене.

— Ребята, ребята, — промычал мистер Уизли, — я пытаюсь придумать, что сделать… Да… другого выхода нет… Гарри, отойди-ка от камина.

Гарри отошёл подальше к дивану, а дядя Вернон, напротив, придвинулся к камину.

— Минуточку! — взревел он, — а что это вы собираетесь?..

БАХ!

Доски с камина разлетелись вдребезги, отбросив электрическое пламя к противоположной стене. Из камина вывалились мистер Уизли, Фред, Джордж и Рон в облаке обломков и щебня. Тётя Петуния, пронзительно вскрикнув, кувыркнулась через журнальный столик, но не успела долететь до пола, потому что была ловко подхвачена дядей Верноном. Он, разинув рот, уставился на Уизли, каждый из которых имел ярко-рыжую шевелюру, включая Фреда и Джорджа, которые вообще были совершенно одинаковыми, вплоть до последней веснушки.

— Ну, слава Богу, — тяжело дыша, сказал мистер Уизли, счищая пыль с длинного зелёного одеяния и поправляя на носу очки, — а вы, должно быть, дядюшка и тётушка Гарри!

Долговязый худой и лысеющий мистер Уизли протянул дяде Вернону руку и сделал несколько шагов в его направлении, но тот отступил назад, таща за собой тётю Петунию. Казалось, он лишился дара речи. Его лучший костюм был покрыт белой пылью. Осев на волосах и усах, она придала ему вид человека, внезапно постаревшего лет на тридцать.

— А-а, я очень извиняюсь, — наклонив голову и бросая взгляд через плечо на разрушенный камин, проговорил мистер Уизли, — виноват. Мне просто не могло прийти в голову, что мы не сможем вылезти с этой стороны. Я присоединил ваш камин к Каминной Сети — всего на несколько часов, чтобы мы смогли забрать Гарри. Камины магглов не полагается связывать, вообще-то говоря, но у меня есть знакомый в Комиссии по Управлению Каминами, и он мне удружил. Я мигом починю, не волнуйтесь. Я разведу огонь, чтобы послать ребят назад, а сам дезаппарирую.

Гарри был готов отдать голову на отсечение, что Дёрсли не поняли ни слова из речи мистера Уизли. Они, как громом поражённые, всё ещё глазели на него, разинув рты. Пошатываясь, тётя Петуния встала на ноги и спряталась за спину дяди Вернона.

— Здравствуй, Гарри! — радостно поприветствовал мистер Уизли. — Ты собрал свой сундук?

— Да, он наверху, — ответил сияющий Гарри.

— Мы принесём его, — тут же вызвался Фред. Подмигнув по дороге Гарри, они с Джорджем вышли из комнаты. Они знали, где находилась спальня Гарри, так как однажды посреди ночи вызволяли его оттуда. Гарри сильно подозревал, что они надеялись повстречать по дороге Дадли, о котором были весьма наслышаны.

— Ну что ж, — сказал мистер Уизли, слегка размахивая руками и пытаясь подобрать слова, чтобы нарушить повисшую неприятную тишину. — У вас тут… гм… у вас тут очень мило.

Поскольку обычно сверкающая чистотой гостиная была сейчас покрыта пылью и обломками кирпича, это замечание не было встречено четой Дёрсли с особой теплотой. Лицо дяди Вернона опять побагровело, а тётя Петуния снова прикусила язык. Но, похоже, страх в них перевесил желание сказать что-нибудь резкое.

Мистер Уизли огляделся. Он обожал всё, что имело отношение к магглам. Гарри заметил, что у него просто руки чесались попробовать включить телевизор и видеомагнитофон.

— А они ведь работают на экелтричестве, да? — произнёс он с видом знатока. — Ах да, я вижу штепселя. Я собираю штепселя, — он повернулся к дяде Вернону, — и батарейки. У меня огромная коллекция батареек. Моя жена считает, что у меня не все дома, но что уж с ней поделаешь!

Дядя Вернон всем своим видом продемонстрировал, что в этом он был совершенно согласен с миссис Уизли. Он осторожно подвинулся вправо, заслоняя собой тётю Петунию, как будто готовился отразить неожиданную атаку со стороны мистера Уизли.

Внезапно в комнате появился Дадли. Гарри услышал грохотание чемодана по ступенькам и понял, что этот шум спугнул Дадли из кухни. Дадли бочком пробрался по стенке, уставившись на мистера Уизли полными ужаса глазами. Он сделал попытку спрятаться за спиной мамы и папы, но, к сожалению, хоть дядя Вернон и был достаточно широк телом, чтобы прикрыть собой тощую тётю Петунию, его габаритов на Дадли не хватило.

— А, это — твой двоюродный брат, Гарри? — спросил мистер Уизли, вновь делая отчаянную попытку завязать разговор.

— Ага, — ответил Гарри, — это Дадли.

Он переглянулся с Роном и тут же отвел глаза в сторону — искушение расхохотаться было просто невыносимым. Дадли всё ещё крепко держался за задницу, словно опасаясь, что она отвалится. Мистер Уизли, однако, казалось, был искренне обеспокоен необычным поведением Дадли. И правда, по тону его голоса, когда он вновь заговорил, Гарри понял, что мистер Уизли считает Дадли настолько же сумасшедшим, насколько его самого считали Дёрсли, с той лишь разницей, что он испытывал по отношению к Дадли сочувствие, а не страх.

— Хорошо проводишь каникулы? — мягко поинтересовался он.

Дадли что-то проскулил. Гарри заметил, что его руки ещё крепче прижались к массивному заду. Фред и Джордж вернулись в комнату, таща школьный сундук Гарри. Войдя, они осмотрелись и заметили Дадли. Их лица расплылись в совершенно одинаковых хулиганских усмешках.

— Ну что ж, — произнес мистер Уизли, — тогда — за работу.

Он закатал рукава и вытащил волшебную палочку. Гарри заметил, что все Дёрсли, как один, отпрянули к стене.

— Инсендио, — проговорил мистер Уизли, указав волшебной палочкой по направлению к дыре в стене за его спиной.

Языки пламени тотчас же взвились вверх, весело потрескивая, как будто они горели уже несколько часов. Мистер Уизли вытащил из-за пазухи небольшой мешочек, развязал его, взял горстку порошка и бросил в огонь. Пламя вспыхнуло изумрудно-зелёным цветом и громко загудело.

— Давай ты, Фред, — сказал мистер Уизли.

— Иду, — откликнулся Фред, — ой, подожди-ка…

Из кармана его брюк выпал пакет с конфетами. Конфеты разлетелись по всей комнате — это были толстые тянучки в ярких обертках. Фред на четвереньках пополз по комнате, распихивая конфеты по карманам. Закончив работу, он весело помахал Дёрсли и вошёл прямо в огонь, крикнув "Нора!". Тётя Петуния судорожно вздохнула. Раздался свист, и Фред исчез.

— Теперь ты, Джордж, — сказал мистер Уизли, — вместе с чемоданом.

Гарри помог Джорджу затащить в огонь чемодан и поставил его на бок, чтобы Джорджу легче было его держать. И снова, прокричав "Нора!", Джордж со свистом испарился.

— Теперь ты, Рон, — скомандовал мистер Уизли.

— До встречи, — сияя, сказал Рон семье Дёрсли. Он широко улыбнулся Гарри, вошёл в камин, крикнул "Нора!" и исчез.

Остались только Гарри и мистер Уизли.

— Ну что ж, тогда до свидания, — произнёс Гарри.

Ему не ответили. Гарри шагнул к огню, но мистер Уизли протянул руку и остановил его на самом пороге камина. Он смотрел на Дёрсли с нескрываемым удивлением.

— Гарри с вами попрощался, — сказал он, — вы что же, не слышали его?

— Неважно, — пробормотал Гарри, — честное слово, мне всё равно.

Но мистер Уизли крепко держал Гарри за плечо.

— Вы не увидите своего племянника до следующего лета, — укоризненно сказал он дяде Вернону, — разве вы не попрощаетесь с ним?

Лицо дяди Вернона исказилось от злости. Мысль о том, что его учит манерам человек, который только что разнёс вдребезги половину его гостиной, казалось, вызывала в нём невыносимое страдание. Но мистер Уизли всё ещё держал в руках волшебную палочку, и дядя Вернон, быстро взглянув на неё, негодующе выдавил из себя: — До свидания.

— До скорого, — ответил Гарри и ступил одной ногой в зелёный огонь, который лизнул его тёплым дыханием. Однако в этот момент позади себя он услышал звуки ужасной рвоты, а тётя Петуния начала визжать.

Гарри круто развернулся. Дадли уже не прятался за спины родителей. Он стоял на коленях у журнального столика и давился, брызгая слюной на фиолетовую скользкую штуку длиной в целый фут, вываливающуюся у него изо рта. Минуту спустя ошеломлённый Гарри вдруг понял, что эта штука — не что иное, как язык Дадли. Цветная обёртка от тянучки лежала на полу перед с ним. Тётя Петуния бросилась к своему чаду и, ухватившись за конец его разбухшего языка, сделала отчаянную попытку выдернуть его изо рта Дадли. Дадли, естественно, заорал громче и ещё пуще стал плеваться слюной, пытаясь отделаться от матери. Дядя Вернон завыл и замахал руками, а мистер Уизли повысил голос, пытаясь перекричать их всех.

— Не волнуйтесь, я всё исправлю! — громко говорил он, направляя на Дадли свою волшебную палочку, но тётя Петуния закричала страшным голосом и бросилась на Дадли, пытаясь заслонить его от мистера Уизли.

— Пожалуйста! — в отчаянии повторил мистер Уизли. — Это очень просто, это — тянучка, мой сын Фред… он просто пошутил… но это обыкновенное Заклинание Увеличения, во всяком случае, я думаю, что это оно… Пожалуйста, позвольте мне всё поправить…

Но вместо того, чтобы успокоиться, Дёрсли впали в панику. Тётя Петуния истерически рыдала и тянула Дадли за язык, явно утвердившись в своём намерении вырвать его изо рта. Дадли уже задыхался из-за двух напастей — матери и языка, — а дядя Вернон, совершенно утративший самообладание, схватил фарфоровую статуэтку, стоящую на буфете, и со всей силы швырнул её в мистера Уизли, который едва успел пригнуться, благодаря чему полёт статуэтки бесславно закончился в разрушенном камине, где она и разбилась вдребезги.

— Да что ж вы так! — сердито проговорил мистер Уизли, взмахивая волшебной палочкой. — Я же пытаюсь вам помочь!

Взревев, словно раненый бегемот, дядя Вернон схватил следующую статуэтку.

— Гарри, уходи, уходи сейчас же! — закричал мистер Уизли, направляя волшебную палочку на дядю Вернона, — я сам разберусь!

Гарри очень не хотелось пропускать предстоящую комедию, но вторая статуэтка, запущенная дядей Верноном, пролетела всего в паре дюймов от его левого уха и, в конечном итоге, Гарри решил, что лучше всего предоставить мистеру Уизли самому разбираться со сложившейся ситуацией. Он ступил в огонь и, крикнув "Нора!", бросил прощальный взгляд через плечо. Последнее, что он увидел, была третья статуэтка, выбитая из рук дяди Вернона волшебной палочкой мистера Уизли, тётя Петуния, пытающаяся прикрыть своим телом Дадли, и язык Дадли, извивающийся, словно огромный скользкий питон. А затем Гарри закружило со страшной скоростью, и гостиная Дёрсли исчезла в вихре изумрудных огоньков.

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License