4 33

Волдеморт отвернулся от Гарри и начал осматривать своё тело. Ладонями, похожими на больших бледных пауков, он гладил свои плечи, грудь, лицо. Его красные глаза с кошачьими зрачками вспыхнули. Он поднял руки к небу и посмотрел на них с ликованием, сжимая и разжимая неимоверно длинные пальцы. Он не обращал внимания ни на Червехвоста, который лежал на земле, корчась и истекая кровью, ни на гигантскую змею, которая снова появилась из темноты и снова с шипением вилась вокруг Гарри. Волдеморт запустил руку в глубокий карман плаща и вынул волшебную палочку. Он нежно погладил её, а затем направил на Червехвоста. В тот же момент Червехвоста подняло с земли и отбросило к надгробию, к которому был привязан Гарри. Он рухнул у подножия и остался лежать там, корчась и рыдая. Волдеморт же перевел свои красные глаза на Гарри и рассмеялся холодным, безжалостным смехом.

— Повелитель… — Червехвост задыхался, — Повелитель, вы обещали, вы же обещали…

Одежда Червехвоста промокла от крови, и тускло поблескивала в лунном свете.

— Дай руку, — лениво протянул Волдеморт.

— О, Повелитель, благодарю вас, Повелитель…

Он протянул кровавый обрубок, но Волдеморт вновь рассмеялся.

— Другую руку, Червехвост.

— О, Повелитель, пожалуйста…

Волдеморт наклонился, схватил левую руку Червехвоста и поднял рукав чуть выше локтя. И Гарри увидел ярко-красное клеймо — череп со змеёй выползающей изо рта. Тот самый символ, который появился в небе во время Чемпионата мира по Квиддичу — Тёмная метка. Волдеморт внимательно разглядывал его, не обращая внимания на плач Червехвоста.

— Метка опять проявилась, — тихо сказал он. — Они все должны были её заметить, и теперь мы увидим, теперь мы убедимся…

Своим длинным белым пальцем он нажал на клеймо на руке Червехвоста.

Шрам на лбу Гарри вновь пронзила боль, а Червехвост взвыл страшным голосом.

Когда Волдеморт убрал палец, Гарри увидел, что метка стала чёрной. С видом садистского удовлетворения на лице, Волдеморт выпрямился, и оглядел тёмное кладбище.

— Многие ли из вас осмелятся вернуться, когда почувствуют это? — прошептал он, направив красные, светящиеся глаза к звёздному небу. — И многие ли окажутся глупцами, не явившись?

Он принялся ходить взад и вперед мимо Гарри и Червехвоста, не переставая осматривать кладбище. Спустя минуту, Волдеморт снова посмотрел на Гарри, и жестокая улыбка исказила его змеиное лицо.

— Гарри Поттер, ты стоишь на останках моего покойного отца, — тихо прошипел он. — Он был маггл, и глупец, и чем-то схож с твоей матушкой. Но ведь они исполнили своё предназначение, как ты считаешь? Твоя мать умерла, защищая тебя, а своего отца я убил сам, и смотри, сколько пользы он мне принёс после смерти…

Волдеморт снова рассмеялся. Он ходил взад и вперед, оглядываясь по сторонам, а змея скользила кругами.

— Видишь этот дом на холме, Поттер? Это дом моего отца. Моя мать, которая жила в здешней деревне, полюбила его, но он бросил её, когда она призналась, что она ведьма. Моему отцу не нравилось волшебство. Он бросил мою мать и вернулся к своим родителям — магглам, ещё до моего рождения. И она умерла, дав мне жизнь, оставила меня одного, Поттер, только для того, чтобы магглы отдали меня в свой сиротский приют. Но я поклялся найти отца и отомстить ему. Да, отомстить Тому Риддлу, глупцу, имя которого я унаследовал! Но что-то я увлёкся рассказом семейных историй, — тихо сказал Волдеморт. — Становлюсь сентиментальным. Но посмотри, Гарри! Вот моя настоящая семья, она возвращается ко мне!

Неожиданно в воздухе послышался шелест одежд. Повсюду: между могилами, за деревьями, в каждом тёмном уголке кладбища — появлялись волшебники. Все они были в масках и плащах с капюшонами. Один за другим они приближались; медленно, с опаской, словно не веря своим глазам. Волдеморт ждал. Затем один из Пожирателей смерти упал на колени, подполз к нему и поцеловал край его плаща.

— Повелитель… Повелитель… — бормотал он.

Все как один Пожиратели смерти последовали его примеру. Они ползли к Волдеморту на коленях и целовали его плащ, а после отползали назад и поднимались на ноги, заполняя безмолвный круг, в центре которого были могила Тома Риддла, Гарри, Волдеморт, и скулящий Червехвост. В кольце волшебников были пустые места, как будто ждавшие ещё кого-то. Но Волдеморт, похоже, больше никого не ждал. Он окинул взглядом кольцо волшебников, и фигуры в плащах затрепетали, хотя никакого ветра не было.

— Добро пожаловать, Пожиратели смерти, — спокойно сказал Волдеморт. — Тринадцать лет, подумать только, наша последняя встреча произошла тринадцать лет назад! Но вы откликнулись на мой зов, будто она была только вчера. Значит, мы по-прежнему едины под знаком Тёмной метки! Хотя так ли это?

Он поднял свое ужасное лицо и принюхался, раздувая узкие ноздри.

— Я чувствую запах вины, — сказал он. — В воздухе висит запах раскаяния…

Снова дрожь пробежала по кругу волшебников, будто бы каждый хотел отступить подальше, но не мог.

— Я вижу, что все вы живы и здоровы, и при ваших волшебных силах, в превосходной форме, одним словом! И я спрашиваю себя, почему эта толпа чародеев не пришла на помощь своему Повелителю, которому они клялись в вечной верности?

Молчание можно было продавать оптом. Никто не двинулся с места, кроме Червехвоста, дергавшегося на земле, и рыдавшего над кровавым обрубком руки.

— И я отвечаю себе, — прошептал Волдеморт, — они, должно быть, решили, что я сломлен, поверили, что меня больше нет. Они вернулись в стан моих врагов, поклялись, что невиновны, обмануты, околдованы. И я снова задаю себе вопрос, — продолжал Волдеморт, — как могли они поверить, что я не восстану вновь? Они, знавшие, сколько сил я потратил много лет назад, чтобы оградить себя от смерти? Они, видевшие доказательства моей невероятной силы в те времена, когда я был могущественнее любого из живущих волшебников? И я отвечаю себе: быть может, они поверили, что есть еще более могущественная сила? Что кто-то мог превзойти даже Лорда Волдеморта? Кто знает, может быть теперь, они служат другому. Быть может, этому защитнику отребья, нечистокровных и магглов — Альбусу Дамблдору?

При упоминании имени Дамблдора стоящие в кольце зашевелились, некоторые что-то забормотали, качая головами в знак отрицания. Но Волдеморт не обратил на них внимания.

— Это — большое разочарование для меня. Признаюсь, я разочарован.

Один из волшебников неожиданно бросился вперед, разрывая кольцо. Дрожа с головы до пят, он упал к ногам Волдеморта.

— Повелитель! — воскликнул он, — Повелитель, простите меня! Простите нас всех!

Волдеморт рассмеялся. Он взмахнул волшебной палочкой, и воскликнул — Круцио!

Пожиратель смерти, лежавший на земле начал корчиться и кричать так, что Гарри показалось, что этот крик слышно по всей округе. — Хоть бы вызвали полицию, — подумал он в отчаянии, — хоть кто-нибудь, сделайте же что-нибудь…

Волдеморт снова поднял волшебную палочку. Пожиратель смерти, которого он подверг пытке, теперь лежал, судорожно глотая воздух.

— Встань, Авери, — мягко сказал Волдеморт. — Поднимись. Ты просишь о прощении? Я не прощаю. Я не забываю. Тринадцать долгих лет… Вы все заплатите мне тринадцатью годами верной службы, прежде чем я вас прощу. Червехвост уже заплатил часть своего долга, не так ли, Червехвост?

Он взглянул вниз, на Червехвоста, продолжавшего стонать.

— Ты вернулся ко мне, но не из верности, а из страха, что бывшие друзья тебе отомстят. Ты ведь понимаешь, что заслужил эту боль, Червехвост?

— Да, Повелитель, — проскулил Червехвост, — но, пожалуйста, Повелитель, пожалуйста!…

— Однако ты помог мне вернуть телесную оболочку. Несмотря на твою никчёмность и малодушие, ты помог мне. А Лорд Волдеморт награждает своих помощников…

Волдеморт взмахнул волшебной палочкой. Теперь с конца палочки свисала лента, блестящая, словно сделанная из расплавленного серебра. На секунду, потеряв форму, она всколыхнулась и превратилась в копию человеческой руки, сияющую, как лунный свет, и примкнула к окровавленному запястью Червехвоста.

Плач Червехвоста оборвался. Хрипло и измученно дыша, он поднял голову и потрясённо уставился на серебряную ладонь, безупречно сидящую на его руке. Казалось, он надел сверкающую перчатку. Червехвост пошевелил блестящими пальцами, затем, трепеща, поднял маленький прутик и раздавил его в пыль.

— Мой Повелитель, — прошептал он. — О, она прекрасна. Благодарю, благодарю вас, Повелитель!

Он встал на колени и поцеловал край плаща Волдеморта.

— Пусть твоя верность будет впредь непоколебима, Червехвост, — сказал Волдеморт.

— О да, Повелитель, — Червехвост поднялся и занял своё место в кольце, не сводя глаз со своей новой удивительной руки, так и не вытерев слёз. Теперь Волдеморт приблизился к человеку справа от Червехвоста.

— Люциус, мой изменчивый друг, — прошептал он, словно в замешательстве. — Мне сказали, что ты не отступился от старых традиций, хотя остальному миру показываешь респектабельное лицо. Я верю, что ты по-прежнему готов истреблять магглов. Однако ты никогда не пытался разыскать меня, Люциус! Я согласен, то, как ты воспользовался ситуацией на Кубке по Квиддитчу — было забавно, но неужели ты не мог обратить свою энергию на розыски и на помощь твоему Повелителю?

— Мой господин, я постоянно был наготове, — послышался торопливый голос Люциуса Малфоя из-под капюшона. — Если бы от вас поступил какой-нибудь знак, хоть какой-то намёк на то где вы, я тотчас примчался бы к вам, и ничто бы меня не остановило.

— И, тем не менее, ты бежал от моей Метки, когда верный Пожиратель смерти послал его в небо прошлым летом? — медленно произнес Волдеморт, и мистер Малфой запнулся. — Да, мне известно об этом, Люциус. Ты разочаровал меня. Я ожидаю более верной службы в будущем.

— Конечно, мой господин, конечно. Вы так милостивы, благодарю вас.

Волдеморт двинулся дальше и остановился, глядя на проем, разделявший Малфоя и следующую фигуру. Проем мог вместить двух человек: — Здесь должны были стоять Лестранжи, — тихо сказал Волдеморт. — Но они заживо погребены в Азкабане. Они были верны мне, они предпочли тюрьму предательству. Когда Азкабан будет взят, я отблагодарю их так, как они и не мечтали. Дементоры присоединятся к нам. Они наши природные союзники. Мы призовём изгнанных великанов. Я верну всех моих преданных слуг. И у меня будет армия наводящих ужас созданий…

Он двинулся дальше. Мимо некоторых Пожирателей смерти он проходил молча, перед другими останавливался и говорил с ними.

— Макнейр… Червехвост говорит, что ты теперь занят уничтожением опасных чудовищ для Министерства Магии? Скоро у тебя появятся более подходящие жертвы. Лорд Волдеморт позаботится об этом…

— Благодарю, Повелитель… благодарю вас, — бормотал в ответ Макнейр.

— А здесь, — Волдеморт перешёл к двум самым массивным фигурам, — здесь Крэбб и Гойл. Надеюсь, на этот раз ты покажешь, на что способен, Крэбб? И ты, Гойл?

Те неуклюже поклонились, глухо пробубнив: — Да, Повелитель, непременно, Повелитель.

— То же самое относится и к тебе, Нотт, — тихо сказал Волдеморт, проходя мимо скрюченной фигуры, в тени мистера Гойла.

— Мой господин, я падаю ниц перед вами, я ваш самый верный…

— Довольно, — прервал его Волдеморт.

Он дошёл до самого широкого проема в кольце и остановился, глядя в него своими пустыми, красными глазами, словно видел там кого-то.

— А здесь — шесть отсутствующих Пожирателей смерти, трое погибли, служа мне. Один слишком труслив, чтобы вернуться, он за это заплатит. Ещё один, я полагаю, оставил меня навсегда, он будет убит, разумеется. И ещё один, тот, кто остаётся моим самым верным слугой, он уже снова помогает мне.

Пожиратели смерти зашевелились, и Гарри увидел, как они искоса смотрят друг на друга из-под масок.

— Он сейчас в Хогвартсе, мой верный служитель, и это с его помощью наш юный друг прибыл сюда этой ночью. Да, — сказал Волдеморт, и ухмылка искривила его безгубый рот, в то время как глаза волшебников обратились в сторону Гарри. — Гарри Поттер любезно прибыл на мой день ПЕРЕ-РОЖДЕНИЯ. Можно сказать, он мой почетный гость.

Все молчали. Затем Пожиратель смерти справа от Червехвоста вышел вперёд, и из-под маски послышался голос Люциуса Малфоя.

— Господин, мы жаждем узнать, и мы умоляем вас сказать нам, как произошло это чудо. Как вы смогли вернуться к нам?

— О, это невероятная история, Люциус, — сказал Волдеморт. — И она начинается, и заканчивается с участия моего юного друга.

Он неторопливо подошел к Гарри, так, чтобы всей толпе было видно их обоих. Змея продолжала ползать вокруг.

— Вам, конечно, известно, что этого мальчика называют причиной моего падения? — негромко сказал Волдеморт, глядя красными глазами на Гарри. Шрам на лбу Гарри невыносимо горел, и он едва сдерживался, чтобы не закричать от боли. — Вы все знаете, что в ночь, когда я лишился своей волшебной силы и телесной оболочки, я пытался убить его. Его мать погибла, пытаясь спасти сына и, сама того не зная, дала ему защиту, силы которой я, признаюсь, не предугадал. Я не мог дотронуться до ребенка.

Волдеморт приблизил свой длинный белый палец к щеке Гарри: — Его мать оставила на нем печать самопожертвования. Это — древняя магия, я должен был помнить, с моей стороны было глупо не предвидеть этого, но теперь-то уж всё, что было, не имеет значения. Теперь я могу к нему прикоснуться.

Гарри почувствовал прикосновение холодного длинного пальца, и ему показалось, что сейчас его голова разорвется от боли. Волдеморт тихо хохотнул ему в ухо, затем убрал палец и продолжил, обращаясь к Пожирателям смерти.

— Я просчитался, друзья мои, и я признаю это. Мое проклятие было отражено безумным самопожертвованием женщины, и легло на меня самого. А-а-ах, такая страшная боль, друзья мои, ничто не могло подготовить меня к этому. Моё тело было сорвано с меня, я стал ничтожнее простого духа, слабее самого бессильного привидения, но по-прежнему был жив. Чем я был, неизвестно даже мне. Я, прошедший дальше, чем кто бы то ни было по пути к бессмертию. Вы знаете, что моя цель — победа над смертью. И вот настал час испытания, и оказалось, что один из моих экспериментов сработал, ибо я не был убит, хотя проклятие должно было это сделать. В любом случае, я был слабее слабейшего живого существа, и не мог себе помочь, поскольку у меня не было тела, а любое заклинание требовало использования волшебной палочки. Я помню только, как заставлял себя, секунду за секундой, без сна, без отдыха — существовать. Я скрылся в лесах отдалённой страны и ждал. Конечно же, думал я, один из моих верных Пожирателей смерти постарается найти меня. Один из них придет и сотворит волшебство, недоступное мне, чтобы восстановить моё тело, но ждал я напрасно.

По кругу слушателей прокатилась волна трепета. Волдеморт выдержал леденящую паузу, и продолжил.

— Только одна способность оставалась со мной. Я мог проникать в тела других существ. Но я не смел показываться там, где было людно, поскольку знал, что Авроры по-прежнему настороже и разыскивают меня. Иногда я вселялся в животных, предпочитая, разумеется, змей. Но внутри их тел было ненамного лучше, чем совсем без них, поскольку змеиные тела плохо приспособлены для занятий магией, и моё пребывание в них укорачивало им жизнь. Они умирали слишком быстро. Затем, четыре года назад, казалось, моё возвращение стало неотвратимо. Колдун — молодой, легкомысленный и наивный, забрёл в лес, где я жил, и наши пути пересеклись. Он был воплощением всех возможностей, о которых я мечтал: он был учителем в школе Дамблдора, и его было легко подчинить моей воле. Он принёс меня обратно в эту страну и, спустя некоторое время, я вселился в его тело, чтобы понаблюдать, как он выполняет мои приказы. Но мой план рухнул. Я не смог похитить Философский камень. Мне не суждено было гарантированное бессмертие. Мне вновь помешали. На моем пути вновь встал Гарри Поттер.

Снова воцарилось молчание. Пожиратели смерти стояли неподвижно, взгляды их застыли на Волдеморте и Гарри.

— Мой служитель умер, когда я покинул его тело, а я остался таким же бессильным, каким был до этого, — продолжал Волдеморт. — Я вернулся в своё отдалённое укрытие, и, не стану лукавить, начал думать, что никогда уже не верну свою волшебную мощь. Да, пожалуй, это был мой самый чёрный час. Я не мог рассчитывать на то, что судьба пошлёт мне другого волшебника, телом которого я смог бы управлять, и меня уже оставила надежда на то, что кого-нибудь из моих Пожирателей смерти заботит, что случилось со мной.

Один или два волшебника в кольце беспокойно зашевелились, но Волдеморт не обратил на них внимания.

— Вот тогда, меньше года назад, когда я почти оставил надежду, это свершилось — наконец-то! — мой слуга вернулся ко мне. Червехвост, инсценировавший свою гибель, дабы избежать правосудия, был вынужден скрываться от тех, кого раньше называл своими друзьями. И он решил вернуться к своему повелителю. Он разыскивал меня в стране, где я, по слухам, скрывался. Конечно же, не без помощи крыс, встречавшихся по пути. У Червехвоста удивительный талант располагать к себе крыс, не так ли, Червехвост? Его маленькие грязные приятели рассказали ему о страшном месте в глухом албанском лесу. Они избегали этого места, потому что мелких животных там ждала смерть в образе тёмной тени, вселявшейся в них. Но путь ко мне был нелёгок. Однажды вечером, уже рядом с моим лесом, он легкомысленно остановился в таверне, чтобы перекусить. И надо же было случиться, чтобы там он столкнулся с Бертой Джоркинс, ведьмой из Министерства Магии. Теперь слушайте и убеждайтесь, как судьба благосклонна к Лорду Волдеморту. Эта встреча могла означать конец для Червехвоста, а для меня — потерю моей последней надежды на возрождение. Но Червехвост продемонстрировал находчивость, которой я от него никогда не ожидал, он уговорил Берту Джоркинс пойти вместе с ним на ночную прогулку. Червехвост обманом привел её ко мне. И Берта Джоркинс, которая могла всё испортить, оказалась бoльшим подарком судьбы, чем я мог надеяться в самых дерзких мечтах. Потому что, после некоторого давления, она оказалась настоящим кладезем информации. Берта рассказала мне, что в этом году в Хогвартсе будет проходить Турнир Трёх Волшебников. Она сказала, что знает верного мне Пожирателя смерти, который, если я только с ним свяжусь, с радостью будет мне помогать. Она рассказала мне очень многое. Но средства, которыми я воздействовал на неё, чтобы взломать заклятие Памяти, были очень сильными, и когда я получил от неё всю полезную информацию, её тело и сознание были непоправимо повреждены. Она сослужила свою службу. Я не мог вселиться в её тело, и тогда я уничтожил его.

Волдеморт улыбнулся своей ужасной улыбкой, глаза его были пусты и безжалостны.

— Тело Червехвоста, однако, не подходило для вселения, поскольку все считали его мёртвым. Если бы его заметили, это привлекло бы слишком много внимания. Тем не менее, он был полезным слугой. Будучи сам неважным волшебником, Червехвост мог следовать моим указаниям. В результате я смог возвратиться в зачаточное телесное состояние, получив слабое тело, в котором я стал существовать, ожидая главных ингредиентов настоящего возрождения. Два-три заклятия моего изобретения. Небольшая помощь моей дорогой Нагини, — красные глаза Волдеморта обратились к змее, продолжавшей кружить вокруг могилы, — с помощью зелья, составленного из крови единорога и змеиного яда, который дала Нагини, в скором времени я почти возвратился в человеческую форму и набрался сил для путешествия. Надежды похитить Философский камень больше не было, поскольку я знал, что Дамблдор сделал всё, чтобы его уничтожить. Но я желал вернуться к обычной жизни, прежде чем продолжить путь к бессмертию. Я упростил свою задачу. Теперь мне было достаточно моего прежнего тела и силы. Я знал, как этого достичь. Зелье, воссоздавшее меня этой ночью — это часть старинной Тёмной магии. Мне были нужны три могущественных компонента. Один из них был уже под рукой — не правда ли, Червехвост? Плоть, отданная слугой. Чтобы добыть кость моего отца мы, естественно, должны были прийти сюда, на место его захоронения. Но вот кровь недруга… Червехвост посоветовал бы использовать любого волшебника, так ведь, Червехвост? Любого волшебника, который ненавидел меня, ведь многие из них ненавидят меня и поныне. Но я знал единственного, кого я должен был использовать, если хотел снова возродиться и обрести ещё большую силу, чем имел до своего падения. Мне нужна была кровь Гарри Поттера. Я желал крови того, кто лишил меня власти тринадцать лет назад, ибо пожизненная защита, которую однажды дала ему его мать, стала бы моей. Но как я мог изловить Гарри Поттера? Ведь он даже не подозревал, каким надежным покровительством наделил его Дамблдор в день, когда ему выпало позаботиться о будущем мальчика. Дамблдор использовал методы древнейшей магии, чтобы обеспечить защиту Гарри, пока тот находится под опекой своих родственников. Даже я не мог коснуться его тогда. Затем, разумеется, был Чемпионат мира по Квиддичу. Я подумал, что там защита будет слабее, но тогда я не был ещё достаточно силён, чтобы похитить его среди толпы волшебников из министерства. А потом он снова вернулся в Хогвартс, под кривой нос обожателя магглов, под его заботливый присмотр с утра и до вечера. Как же я мог до него добраться? Разумеется, воспользовавшись информацией Берты Джоркинс. Верный мне Пожиратель смерти, живший на территории Хогвартса, по моему приказу опустил пергамент с именем мальчика в Кубок Огня. Он же подстроил победу Гарри Поттера в турнире — чтобы тот первым коснулся Кубка, превращённого моим слугой в Портключ, который и принёс его сюда, за пределы власти и защиты Дамблдора, прямо мне в руки. И вот он здесь! Мальчик, который, как вы верили, был причиной моего падения.

Волдеморт медленно двинулся вперед и повернулся к Гарри, поднимая свою волшебную палочку.

— Круцио!

Боль, которая обрушилась на Гарри, была самой ужасной в его жизни, кости горели, голова раскалывалась, шрам полыхал, закатившиеся глаза бешено вращались, и ему хотелось лишь одного — чтобы все поскорее закончилось… потерять сознание… умереть…

Вдруг боль прекратилась. Он безжизненно повис на веревках, которыми был привязан к надгробию, и через какую-то дымку опять увидел красные глаза. Смех Пожирателей смерти гремел в ночи.

— Теперь, я думаю, вы видите, как наивно было предполагать, что этот мальчик когда-нибудь мог быть сильнее меня, — сказал Волдеморт. — Но я не хочу, чтобы у кого-либо осталось хоть малейшее сомнение. Гарри Поттер спасся от меня по счастливой случайности. И я докажу своё могущество, убив его, здесь и сейчас, на глазах у всех вас. Здесь нет Дамблдора, готового помочь ему, и нет матери, готовой умереть за него. Ему будет позволено защищаться, чтобы никто из вас не усомнился, кто из нас сильнее. Подожди еще немного, Нагини, — прошептал он, и змея отползла по траве в сторону Пожирателей смерти, замерших в ожидании.

— Теперь развяжи его, Червехвост, и верни ему волшебную палочку.

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License