Книга 6. Глава 5. Большой Флюс

Гарри и Дамблдор подошли к заднему крыльцу Норы, загроможденному обычным хламом, вроде старых резиновых сапог и ржавых котлов. Было слышно, как в дальнем углу сарая негромко бормочут сонные куры. Дамблдор трижды постучал, и Гарри увидел, как в кухонном окне что-то внезапно зашевелилось.

— Кто там? — раздался встревоженный голос, и Гарри узнал миссис Уизли. — Назовись!

— Это я, Дамблдор, я привез Гарри.

Дверь тут же распахнулась. На пороге стояла невысокая полная женщина в старом зеленом халате — миссис Уизли.

— Гарри, дорогой! Боже мой, Альбус, вы меня так напугали! Вы же сказали не ждать вас раньше утра!

— Нам повезло, — ответил Дамблдор, пропуская Гарри в дом. — Слагхорн оказался значительно сговорчивее, чем я ожидал, разумеется, благодаря Гарри. А, здравствуй, Нимфадора!

Гарри огляделся и увидел, что миссис Уизли, несмотря на поздний час, была не одна. За столом, сжимая обеими руками большую кружку, сидела молоденькая волшебница с бледным лицом сердечком и волосами мышиного цвета.

— Здрасьте, профессор, — сказала она. — Приветик, Гарри.

— Привет, Тонкс.

Она показалась Гарри совершенно вымотанной, даже больной, и улыбалась она несколько натянуто. Конечно, без привычных розовых, как жевательная резинка, волос она выглядела гораздо более блекло, чем обычно.

— Я, пожалуй, пойду, — быстро проговорила она, поднявшись и набрасывая на плечи плащ. — Спасибо за чай и за участие, Молли.

— Пожалуйста, не уходи из-за меня, — учтиво сказал Дамблдор. — Я не собираюсь задерживаться, мне нужно срочно обсудить кое-что с Руфусом Скримджером.

— Нет-нет, мне и правда пора, — ответила Тонкс, избегая встречаться взглядом с Дамблдором. — Спокойной ночи…

— Дорогая, может, придешь пообедать в выходные? Будут Ремус и Дикий Глаз…

— Нет, правда, Молли… все равно, спасибо… Всем доброй ночи.

Тонкс торопливо прошла мимо Дамблдора и Гарри во двор. В нескольких шагах от крыльца она завертелась на месте и растворилась в воздухе. Гарри отметил, что миссис Уизли выглядела встревоженной.

— Ну что же, до встречи в Хогвартсе, Гарри, — сказал Дамблдор. — Будь осторожнее. Молли, всегда рад помочь.

Он поклонился миссис Уизли и последовал за Тонкс, исчезнув на том же самом месте. Миссис Уизли закрыла дверь в опустевший двор и, приобняв за плечи, подвела Гарри к столу, чтобы лучше рассмотреть его в свете стоящего на столе фонаря.

— Ты стал, как Рон, — вздохнула она, оглядывая его сверху вниз. — Как будто на вас обоих наложили Вытягивающее заклятие. Уверяю тебя, с того момента, как я в последний раз покупала Рону школьную мантию, он вырос на четыре дюйма. Будешь ужинать, Гарри?

— Да, — ответил Гарри, внезапно осознав, что действительно очень сильно проголодался.

— Садись, дорогой мой, сейчас я что-нибудь быстренько приготовлю.

Стоило Гарри присесть, как на колени к нему забрался и, мурлыча, устроился пушистый рыжий кот с приплюснутой мордой.

— А что, Гермиона здесь? — обрадовано спросил Гарри, почесывая Косолапа за ушами.

— Да-да, она приехала позавчера, — ответила миссис Уизли, легонько стукнув палочкой по большому железному котлу. С громким лязгом котел запрыгнул на плиту, и в нем тут же что-то забулькало. — Конечно, все уже спят, мы ждали тебя гораздо позже. Ну вот, готово…

Она опять постучала по котлу, он взмыл в воздух, подлетел к Гарри и опрокинулся. Миссис Уизли как раз вовремя подставила под него тарелку, чтобы подхватить поток густого дымящегося лукового супа.

— Хлеба, дорогой?

— Спасибо, миссис Уизли.

Она махнула палочкой через плечо, и буханка хлеба и нож плавно приземлились на стол. Буханка сама порезалась на ломти, котелок с супом перепрыгнул обратно на плиту, и миссис Уизли устроилась за столом напротив Гарри.

— Так, значит, ты уговорил Горация Слагхорна взяться за эту работу?

Гарри кивнул — рот у него был полон горячего супа, и говорить он не мог.

— Он учил нас с Артуром, — продолжила миссис Уизли. — Он очень много лет пробыл в Хогвартсе. По-моему, он пришел почти одновременно с Дамблдором. Как он тебе понравился?

Теперь его рот был набит хлебом, так что Гарри пожал плечами и уклончиво дернул головой.

— Я знаю, что ты хочешь сказать, — сказала миссис Уизли, с пониманием кивая головой. — Разумеется, когда ему нужно, он может быть очень милым, но Артур всегда его недолюбливал. В Министерстве, куда ни плюнь — везде бывшие любимчики Слагхорна. Он всегда замечательно умел ставить людей на ноги, но он никогда не тратил время на Артура, видимо, не считал его птицей высокого полета. Так вот, видишь ли, Слагхорн тоже иногда ошибается. Не знаю, писал ли тебе об этом Рон — это совсем недавно случилось — Артура повысили.

Было совершенно очевидно, что миссис Уизли не терпелось поделиться этим. Гарри сделал огромный глоток очень горячего супа, и ему показалось, что его горло покрывается волдырями изнутри.

— Здорово! — выдохнул он.

— Какой ты славный, — заулыбалась миссис Уизли, вероятно, приняв выступившие у него на глазах слезы за проявление радости от этой новости. — Да, Руфус Скримджер учредил несколько новых подразделений, чтобы справиться с происходящим, и Артур возглавил службу по обнаружению и конфискации поддельных оборонительных заклинаний и защитных артефактов. Там очень много работы, у него теперь десять человек в подчинении!

— А что именно?…

— Ну, понимаешь ли, сейчас везде такая паника по поводу Сам-Знаешь-Кого, и то тут, то там в продаже появляются всякие странные предметы, которые должны оберегать от Сам-Знаешь-Кого и Пожирателей Смерти. Ты можешь себе представить, что это за средства: так называемые защитные зелья — на самом деле, просто сиропчик с добавлением капли гноя Буботубов, или инструкции к защитным чарам, от которых, на самом деле, у людей отваливаются уши… Конечно, злоумышленники — в основном мелкие жулики вроде Мундунгуса Флетчера, которые в жизни ни дня не проработали, а теперь пользуются тем, что все вокруг напуганы. Однако постоянно случаются какие-нибудь серьезные неприятности. На днях Артур конфисковал коробку с зачарованными Хитроскопами, почти наверняка ее подбросил какой-нибудь Пожиратель Смерти. Так что ты сам видишь, это очень важная работа, и я ему все время говорю, что глупо тосковать по свечам зажигания, тостерам и прочему маггловскому барахлу.

Миссис Уизли закончила свою речь с таким строгим видом, будто Гарри сказал, что это совершено естественно — скучать по свечам зажигания.

— Мистер Уизли все еще на работе? — спросил Гарри.

— Пока да. Вообще-то, он немного задерживается… Он обещал вернуться около полуночи…

Она обернулась посмотреть на большие часы, криво пристроенные поверх стопки простыней в корзине для белья на дальнем конце стола. Гарри сразу узнал их: у часов было девять стрелок, с надписанными на каждой именами членов семьи. Обычно они висели на стене в гостиной Уизли, но их нынешнее положение наводило на мысль, что миссис Уизли постоянно носила их по всему дому. Все девять стрелок указывали на «смертельную опасность».

— Они уже давно так, — как бы между прочим, но неубедительно произнесла миссис Уизли, — с того времени, как Сам-Знаешь-Кто открыто вернулся. Полагаю, что теперь все в смертельной опасности… Не думаю, что только наша семья… но я не знаю, у кого еще есть такие же часы, так что и проверить не могу… Ах! — неожиданно вскрикнула она, указывая на циферблат. Стрелка мистера Уизли передвинулась на «в пути». — Вот и он.

И, конечно же, через несколько мгновений в заднюю дверь постучали. Миссис Уизли вскочила на ноги и поспешила открывать. Она взялась за ручку и, прижавшись лицом к деревянной двери, тихо позвала:

— Артур, это ты?

— Да, я, — донесся усталый голос мистера Уизли. — Но, дорогая, я бы ответил тоже самое, даже будь я Пожирателем Смерти. Задай мне вопрос!

— Ну, честное слово…

— Молли!

— Хорошо, хорошо… Какое твое самое сокровенное желание?

— Узнать, почему самолеты летают и не падают.

Миссис Уизли кивнула и повернула ручку. Но мистер Уизли, судя по всему, удерживал ее с другой стороны, потому что дверь оставалась плотно закрытой.

— Молли! Теперь я должен задать вопрос тебе!

— Артур, ну правда, это же глупо…

— Как ты любишь, чтобы я тебя называл, когда мы с тобой наедине?

Даже в тусклом свете фонаря Гарри увидел, что миссис Уизли очень сильно покраснела. У него самого ни с того, ни с сего потеплело за ушами и вокруг шеи, и он принялся торопливо глотать суп, как можно громче стуча ложкой по тарелке.

— Трусишка, — послушно прошептала миссис Уизли в щелочку между косяком и дверью.

— Все правильно, — ответил мистер Уизли. — Теперь можешь впустить меня.

Миссис Уизли открыла дверь, и на пороге появился ее муж, высокий, лысеющий рыжеволосый волшебник в очках с роговой оправой и в пыльном дорожном плаще.

— Все-таки я не понимаю, почему мы должны все это повторять каждый раз, как ты приходишь домой, — проговорила все еще розовощекая миссис Уизли, помогая мужу снять плащ. — Я к тому, что Пожиратель Смерти может выпытать у тебя ответ, а потом выдать себя за тебя!

— Я знаю, дорогая, но это предписание Министерства, и я обязан подавать пример. Как вкусно пахнет, это что, луковый суп?

Мистер Уизли с надеждой повернулся к столу.

— Гарри! Мы не ожидали тебя раньше утра!

Они пожали друг другу руки, и мистер Уизли опустился на стул рядом с Гарри, а миссис Уизли поставила перед ним тарелку с супом.

— Спасибо, Молли. Тяжелый был вечер. Какой-то идиот продавал Метаморф-медальоны. Достаточно повесить на шею, и можно менять свою внешность как хочешь. Сто тысяч обличий, и всего за десять галеонов.

— А что, на самом деле, происходит, если его надеть?

— В большинстве случаев становишься весьма неприятного оранжевого цвета, хотя у пары человек выросли щупальца по всему телу, вроде бородавок. Будто врачам в Клинике Святого Мунго без этого нечем заняться.

— Мне кажется, Фред и Джордж сочли бы это забавным, — нерешительно сказала миссис Уизли. — Ты уверен, что?…

— Конечно, да! — воскликнул мистер Уизли. — Мальчики не стали бы делать ничего подобного сейчас, когда людям так нужна защита!

— Так вы из-за этих Метаморф-медальонов так поздно?

— Нет, нам донесли о сложном случае с чарами с обратным действием в Элефант энд Касл, но, к счастью, пока мы туда добирались, отряд охраны магического правопорядка уже все уладил.

Гарри украдкой зевнул, прикрывшись ладонью.

— Спать, — немедленно велела ничуть не обманутая миссис Уизли. — Я приготовила тебе комнату Фреда и Джорджа, она полностью в твоем распоряжении.

— А они сами где?

— На Диагон Аллее. Они ужасно заняты, так что ночуют в небольшой квартирке над своим магазином приколов, — сказала миссис Уизли. — Должна сказать, поначалу я не одобряла это занятие, но, кажется, у них действительно есть кое-какая деловая хватка. Пойдем, дорогой, твои вещи уже наверху.

— Спокойной ночи, мистер Уизли, — сказал Гарри, отодвигая стул. Косолап легко соскочил с его колен и, крадучись, вышел из кухни.

— Спокойной ночи, Гарри, — сказал мистер Уизли.

Гарри заметил, что прежде чем они вышли из кухни, миссис Уизли снова взглянула на часы в корзине для белья. Все стрелки вновь показывали «смертельную опасность».

Спальня Фреда и Джорджа находилась на третьем этаже. Миссис Уизли ткнула палочкой в ночник на тумбочке у кровати, и он тут же зажегся, заливая комнату приятным золотистым светом.

Несмотря на то, что на столике у небольшого окна стояла огромная ваза с цветами, их аромат не мог перебить застоявшийся запах чего-то, похожего на порох. Немало места занимало множество расставленных на полу запечатанных картонных коробок без надписей, посреди которых стоял школьный сундук Гарри. Комната была похожа на временный склад товаров.

Хедвига радостно ухнула Гарри с высокого шкафа, а затем вылетела в окно. Гарри знал, что она дожидалась, чтобы увидеть его, прежде чем улететь на охоту. Гарри пожелал миссис Уизли спокойной ночи, надел пижаму и улегся в постель. Под наволочкой было что-то жесткое. Гарри пошарил внутри и вытащил липкую фиолетово-оранжевую конфету, в которой узнал Рвотные Пастилки. Он улыбнулся, повернулся на бок и тут же заснул.

Гарри показалось, что грохот распахнувшейся со звуком пушечного выстрела двери разбудил его буквально через несколько секунд или вроде того. Резко сев в кровати, он услышал скрежет раздвигаемых занавесок. Ослепительно яркий свет ударил ему по глазам. Прикрываясь одной рукой, второй он пытался нащупать свои очки.

— Что такое?

— А мы и не знали, что ты уже здесь! — раздался громкий взволнованный голос, и кто-то сильно стукнул Гарри по макушке.

— Рон, не бей его! — с упреком произнес девичий голос.

Рука Гарри дотянулась до очков, и он надел их. Впрочем, свет был такой яркий, что он все равно толком ничего не видел. Впереди колыхалась длинная смутная тень. Он моргнул, и перед ним проявился улыбающийся Рон Уизли.

— Как дела?

— Лучше не бывает, — отозвался Гарри, потирая голову и откидываясь обратно на подушку. — А у тебя как?

— Неплохо, — ответил Рон, подтаскивая к кровати картонную коробку и усаживаясь сверху. — Ты когда приехал? Мама только сейчас нам сказала!

— Где-то в час ночи.

— Как там магглы поживают? Они хорошо с тобой обращались?

— Да как обычно, — сказал Гарри, а Гермиона пристроилась на краешке кровати, — они мало разговаривали со мной, но мне так даже лучше. Как жизнь, Гермиона?

— О, у меня все замечательно, — ответила она, пристально разглядывая Гарри, словно больного. Ему подумалось, что он знает, что означает этот взгляд, и, поскольку в тот момент у него не было ни малейшего желания обсуждать гибель Сириуса и вообще любые другие несчастья, он спросил:

— Сколько времени? Я что, проспал завтрак?

— Насчет этого не переживай, мама тебе сейчас принесет целый поднос еды. Она считает, что ты выглядишь так, как будто тебя не кормили, — закатывая глаза, сказал Рон. — Ну, что там было-то?

— Ничего особенного, просто проторчал все время в доме у тети с дядей.

— Да ладно! — возразил Рон. — Тебя оттуда Дамблдор забрал!

— Ну, не так уж это было и весело. Он просто хотел, чтобы я помог уговорить одного старого учителя вернуться к работе. Его зовут Гораций Слагхорн.

— У-у-у, — сказал Рон, — а мы думали…

Гермиона бросила на Рона предостерегающий взгляд, и тот немедленно перестроился.

— …мы думали, что примерно так и было.

— Правда? — развеселился Гарри.

— Ага… Ну да, Амбридж ведь ушла, так что нам явно нужен новый учитель по Защите от Тёмных Искусств, верно? Ну… э… что это за тип?

— Немного похож на моржа, а еще он раньше был Главой Слизерина, — сказал Гарри. — Что такое, Гермиона?

Она смотрела на него так, будто ожидала, что в любой момент начнут проявляться странные симптомы. Она поспешила сменить выражение лица на не очень убедительную улыбку.

— Нет, ничего, конечно же! И что, Слагхорн похож на хорошего учителя?

— Не знаю, — ответил Гарри. — Хуже Амбридж он ведь точно не будет.

— А я знаю кое-кого похуже Амбридж, — раздалось у двери. — В комнату с раздраженным видом неуклюжей походкой вошла младшая сестра Рона. — Привет, Гарри.

— Ты чего? — спросил Рон.

— Это все она, — буркнула Джинни, плюхнувшись на кровать Гарри. — Она меня бесит!

— А теперь что она сделала? — сочувственно спросила Гермиона.

— Да она со мной так разговаривает, можно подумать, мне три года!

— Знаю, — ответила Гермиона, понизив голос. — Она только о себе и думает.

Гарри был поражен тем, что Гермиона так отзывается о миссис Уизли, и не мог винить Рона за то, что тот сердито одернул девочек:

— Не могли бы вы обе хоть на пять минут оставить ее в покое?

— Ну, давай, защищай ее, — огрызнулась Джинни. — Мы все знаем, что ты на нее наглядеться не можешь.

Это замечание показалось Гарри еще более странным, если оно касалось матери Рона. Начиная понимать, что он что-то пропустил, Гарри спросил было:

— Вы о ком?…

Но получил ответ раньше, чем успел закончить вопрос. Дверь спальни снова распахнулась, и Гарри инстинктивно дернул на себя покрывало с такой силой, что Гермиона и Джинни свалились с кровати на пол.

В проходе стояла молодая женщина такой потрясающей красоты, что вдруг показалось, будто в комнате нечем дышать. Она была высокая, тонкая и гибкая, с длинными светлыми волосами и, казалось, излучала серебристое сияние. В довершении этой безупречной картины, она несла тяжело нагруженный поднос.

— Арри, — произнесла она гортанным голосом. — Давно не видьелись!

И она кинулась через порог к нему. Следом за ней вошла рассерженная миссис Уизли.

— Незачем было нести поднос наверх, я как раз собиралась это сделать сама!

— Это было нье тьяжело, — сказала Флер Делакур, устроив поднос на коленях у Гарри и стремительно ныряя к нему, чтобы расцеловать в обе щеки. Он почувствовал, как вспыхнули места, которых коснулись ее губы. — Я так хотьела снова увидьеться с тобой! Помнишь мойю сестру, Габриэль? Она все время говорит про Арри Поттера. Она будьет счастлива снова увидьеть тебья.

— Ой… а она что, тоже здесь? — прохрипел Гарри.

— Ньет-ньет, глупенький, — колокольчиком рассмеялась Флер. — Я говорьила про следующее лето, когда мы… Так ты нье знаешь?

Ее огромные голубые глаза расширились, и она с упреком посмотрела на миссис Уизли. Та сказала:

— Мы еще не успели ему рассказать.

Флер повернулась обратно к Гарри, взмахнув серебристым крылом волос и задев ими миссис Уизли по лицу.

— Билль и я собираемься поженьиться!

— О, — без выражения произнес Гарри. Он не мог не заметить, что миссис Уизли, Гермиона и Джинни упорно старались не смотреть друг на друга. — Ух ты… Э… поздравляю!

Она снова бросилась на него и еще раз поцеловала.

— Билль сичас очень заньят, он много работайет, а я работайю в Гринготтсе неполный дьень, ради английского, так что он привьез менья сюда на несколько дней чтобы я полючше познакомьилась с его семьей. Я была так рада слышать, что ты прийедешь — здесь соверьшенно нечем заньяться, йесли только ты нье льюбишь готовить йеду и возиться с курами! Ну… прийятного аппетита, Арри!

С этими словами она изящно повернулась и буквально выплыла из комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь.

Миссис Уизли прошипела сквозь зубы:

— Тьфу!

— Мама ее ненавидит, — негромко сказала Джинни.

— Я ее не ненавижу! — сердито зашептала миссис Уизли. — Я просто считаю, что они слишком поспешили с этой помолвкой, только и всего!

— Они знакомы год, — сказал Рон. Он выглядел странно, будто нетрезвым, и не мог отвести глаз от закрытой двери.

— Не так уж и много! Конечно же, я знаю, почему так случилось. Это все из-за этой смуты с возвращением Сами-Знаете-Кого. Люди думают, что завтра могут умереть, и поэтому спешат со всеми решениями, которые в другое время обдумывали бы дольше. В прошлый раз, когда он был таким могущественным, парочки повсюду сбегали из дома…

— И вы с папой тоже, — ввернула Джинни.

— Да, но все-таки мы с вашим отцом были созданы друг для друга, зачем же было ждать? — ответила миссис Уизли. — А вот Билл и Флер… по правде говоря, ну что у них общего? Он трудолюбивый практичный человек, а она…

— Корова, — кивнула Джинни. — Но Билл вовсе не такой уж практичный. Он ведь взломщик заклинаний, так ведь? Ему нравится риск и светский лоск… Думаю, поэтому он и влюбился во Флюс.

— Прекрати так ее называть, Джинни, — отрезала миссис Уизли, а Гарри и Гермиона засмеялись. — Ну ладно, я лучше пойду… Съешь яичницу, Гарри, пока она не остыла.

И она с озабоченным видом покинула комнату. Рон все еще казался слегка подвыпившим. Он попробовал помотать головой, как собака, вытряхивающая воду из ушей.

— Разве к ней так сложно привыкнуть, ведь вы живете в одном доме? — спросил Гарри.

— Да нет, — ответил Рон, — но когда она так неожиданно на тебя накидывается, как вот только что…

— Как печально, — со злостью сказала Гермиона, отходя от Рона как можно дальше, и у стены повернулась к нему, скрестив руки на груди.

— Ты что, не хочешь, чтобы она всегда была поблизости? — недоверчиво спросила Джинни. В ответ он только пожал плечами, и она продолжала: — Во всяком случае, если маме удастся, она постарается положить этому конец, могу поспорить на что угодно.

— Как она собирается это сделать? — спросил Гарри.

— Она все время пытается зазвать Тонкс к нам на обед. Думаю, она надеется, что Билл вместо этой влюбится в Тонкс. И я тоже надеюсь. Я была бы рада видеть ее в нашей семье.

— О да, это поможет, как же, — съязвил Рон. — Послушай, ни один парень в здравом уме не соблазнится Тонкс, если рядом Флер. То есть, Тонкс симпатичная, когда не валяет дурака с волосами и носом, но…

— Она гораздо лучше, чем Флюс, — сказала Джинни.

— И она умнее, она же Аврор! — добавила Гермиона из своего угла.

— Флер не дурочка, она смогла попасть на Турнир трех волшебников, — сказал Гарри.

— И ты туда же! — с горечью воскликнула Гермиона.

— Полагаю, тебе нравится, как Флюс называет тебя «Арри»? — с издевкой спросила Джинни.

— Нет, — ответил Гарри, жалея, что не смолчал. — Я просто хотел сказать, что Флюс… то есть Флер…

— По мне, лучше бы породниться с Тонкс, — сказала Джинни. — По крайней мере, с ней весело.

— В последнее время она совсем невеселая, — заметил Рон. — каждый раз, как я ее вижу, она больше похожа на Плаксу Миртл.

— Это нечестно! — оборвала его Гермиона. — Она еще не оправилась после случившегося… Ну, ты понимаешь… я хочу сказать, он же был ее двоюродным братом!

У Гарри екнуло сердце. Они дошли до Сириуса. Он схватил вилку и принялся набивать рот омлетом, надеясь избежать участия в обсуждении этой темы.

— Тонкс и Сириус были едва знакомы! — сказал Рон. — Сириус полжизни провел в Азкабане, а раньше их семьи никогда не встречались…

— Дело не в этом, — ответила Гермиона. — Она считает, что он погиб из-за нее!

— Почему она так думает? — вопреки своему нежеланию вступать в разговор, спросил Гарри.

— Ну, она же сражалась с Беллатрикс Лестранж. Думаю, ей кажется, что если бы она с ней расправилась, то Сириуса бы не убили.

— Глупости какие, — проговорил Рон.

— Это чувство вины выжившего, — сказала Гермиона. — Я знаю, что Люпин пытался переубедить ее, но она все еще очень печальная. У нее даже возникли проблемы с метаморфозами!

— С метаморфозами?…

— Она не может изменять внешность, как раньше, — пояснила Гермиона. — Думаю, это потрясение или что-то вроде того сказалось на ее даре.

— Я даже не знал, что такое может случиться, — сказал Гарри.

— Я тоже, — ответила Гермиона, — но, полагаю, если ты на самом деле очень подавлен…

Дверь снова открылась, миссис Уизли заглянула внутрь.

— Джинни, — зашептала она, — спускайся, поможешь мне с обедом.

— Я с друзьями разговариваю! — возмутилась Джинни.

— Сейчас же! — приказала миссис Уизли и скрылась.

— Она хочет, чтобы я пришла туда, только чтобы не оставаться наедине с Флюсом! — сердито сказала Джинни. Она очень похоже на Флер взмахнула своими длинными рыжими волосами и с напыщенным видом, растопырив руки, как балерина, прошла по комнате.

— Вы тоже поскорее спускайтесь, — уходя, сказала она.

Гарри воспользовался временным затишьем, чтобы продолжить завтрак. Гермиона рассматривала содержимое коробок Фреда и Джорджа, время от времени искоса поглядывая на Гарри. Рон грыз одну из гренок Гарри, продолжая мечтательно глядеть на дверь.

— Что это такое? — в конце концов спросила Гермиона, вытаскивая нечто, похожее на небольшую подзорную трубу.

— Не знаю, — ответил Рон, — но если Фред и Джордж это здесь оставили, значит, скорее всего, оно еще не готово для продажи, так что будь осторожнее.

— Твоя мама говорила, что в магазине хорошо идут дела, — отметил Гарри. — Она сказала, что у Фреда с Джорджем есть деловая хватка.

— Это слабо сказано, — сказал Рон. — Они галеоны лопатой гребут! Жду не дождусь, когда, наконец, увижу магазин. Мы еще не были на Диагон Аллее, потому что мама заявила, что для пущей безопасности отец должен быть с нами, а он ужасно занят на работе. Но по слухам магазин великолепен.

— А что слышно о Перси? — спросил Гарри. Третий по старшинству из братьев Уизли рассорился со всей семьей. — Он начал снова разговаривать с твоими родителями?

— Не-а, — ответил Рон.

— Но ведь он же знает, что твой отец был прав с самого начала насчет возвращения Волдеморта…

— Дамблдор сказал, что людям проще простить кого-то за то, что они ошибались, чем за правду, — произнесла Гермиона. — Я слышала, как он говорил это твоей маме, Рон.

— Очень заумно, как раз в духе Дамблдора, — сказал Рон.

— В этом году он будет заниматься со мной отдельно, — к слову сказал Гарри.

— И ты молчал? — воскликнул Рон.

— Я только что вспомнил, — честно признался Гарри. — Он мне вчера сказал, в вашем сарае для метел.

— С ума сойти — дополнительные занятия у Дамблдора! — Рон был явно впечатлен. — Хотел бы я знать, почему он?…

Он замолк. Гарри увидел, как они с Гермионой обменялись взглядами. Гарри положил нож и вилку. Его сердце быстро забилось, учитывая, что он всего лишь сидел в кровати. Дамблдор посоветовал сделать это… Почему бы не сейчас? Он уставился на вилку, поблескивающую в падающем на его колени луче, и сказал:

— Я не знаю наверняка, почему он собирается заниматься со мной, но думаю, что это из-за пророчества.

Ни Рон, ни Гермиона не проронили ни слова. У Гарри возникло ощущение, что они окаменели.

Все еще обращаясь к вилке, он продолжил:

— Ну, вы знаете, того самого, которое они пытались выкрасть в Министерстве.

— Тем не менее, никто не знает, о чем в нем говорилось, — быстро проговорила Гермиона.

— Хотя в «Пророке» писали… — начал было Рон, но Гермиона шикнула на него.

— «Пророк» все правильно пишет, — сказал Гарри, заставив себя поднять на них взгляд. Гермиона выглядела напуганной, а Рон изумленным. — Разбившийся стеклянный шар был не единственной записью пророчества. Я слышал его полностью в кабинете Дамблдора. Это ему было сделано предсказание. По его словам, — Гарри набрал как можно больше воздуха, — похоже, что именно я должен покончить с Волдемортом… Во всяком случае, там говорится, что «выживет в схватке лишь один».

Некоторое время все трое молча, не отрываясь, смотрели друг на друга. Затем вдруг раздался оглушительный взрыв, и Гермиона исчезла в облаке черного дыма.

— Гермиона! — закричали Гарри и Рон. Поднос с завтраком слетел на пол. Кашляющая Гермиона появилась из дыма, держа в руках подзорную трубу. Под глазом у нее горел лиловый синяк.

— Я сжала ее, и она… она меня стукнула! — задыхаясь, выговорила она.

И они действительно увидели торчащий из конца трубы крошечный кулачок на длинной пружине.

— Не переживай, — сказал Рон, изо всех сил стараясь не засмеяться, — мама тебя вылечит, она здорово справляется с мелкими травмами.

— Ну и хорошо, вот и не беспокойся! — запальчиво ответила Гермиона. — Гарри, ах, Гарри… — она снова присела на край его кровати. — После возвращения из Министерства мы все гадали… Разумеется, мы не хотели тебе ничего говорить, но судя по тому, что Люциус Малфой сказал о пророчестве — что оно касается тебя и Волдеморта — в общем, мы решили, что в нем наверняка что-то подобное… Ах, Гарри, — она пристально посмотрела на него и прошептала: — Тебе страшно?

— Уже не так, как раньше, — ответил Гарри. — Когда услышал его впервые, я испугался… Но теперь мне кажется, что я всегда знал, что в итоге мне придется столкнуться с ним лицом к лицу…

— Когда мы узнали, что Дамблдор лично отправился за тобой, мы думали, что он скажет или покажет тебе что-то, связанное с пророчеством, — воодушевленно сказал Рон. — И мы не ошиблись, верно? Он бы не стал заниматься с тобой, если бы считал, что ты безнадежен, не стал бы тратить свое время. Он наверняка считает, что у тебя есть все шансы!

— Совершенно верно, — сказала Гермиона. — Интересно, чему он будет учить тебя, Гарри? Может, серьезной защитной магии… мощным боевым чарам… антипроклятиям…

Гарри не вслушивался в ее слова. Тепло, которое охватывало его, не имело ничего общего с солнечным светом. Тяжесть в груди постепенно таяла. Он отдавал себе отчет в том, что Рон и Гермиона потрясены больше, чем показывали, но сам факт того, что они оставались рядом с ним, говорили что-то ободряющее и успокаивающее и не шарахались от него, как от заразы или опасности, значил для него больше, чем он мог выразить словами.

— …и вообще всяким хитрым заклинаниям, — закончила Гермиона. — Ну, по крайней мере, ты знаешь хотя бы один предмет, который у тебя будет в этом году — это больше, чем знаем мы с Роном. Интересно, когда придут результаты наших С.О.В.?

— Да скоро уже должны, прошел месяц, — сказал Рон.

— Постойте, — произнес Гарри, вспомнив еще кое-что из вчерашнего ночного разговора. — Кажется, Дамблдор сказал, что наши С.О.В.ы прилетят сегодня!

— Сегодня? — взвизгнула Гермиона. — Сегодня? Почему же ты не… боже мой… ты должен был сказать… — она вскочила. — Я пойду, посмотрю, не было ли совы…

Но когда через десять минут Гарри, полностью одевшись, сошел вниз с пустым подносом, он обнаружил взволнованную Гермиону, сидящую на кухонном столе, и миссис Уизли, которая пыталась как-то уменьшить ее схожесть с пандой.

— Он не убирается, — встревожено сказала миссис Уизли, склонившись над лицом Гермионы с палочкой в одной руке и «Справочником целителя», открытом на «Синяках, порезах и ссадинах». — Раньше это всегда срабатывало, я просто не понимаю.

— Наверное, с точки зрения Фреда и Джорджа, сделать так, чтобы он не сходил — очень смешная шутка, — произнесла Джинни.

— Но он должен сойти! — пропищала Гермиона. — Я не могу всегда с этим ходить!

— Ты и не будешь, милая, мы найдем средство, не беспокойся, — попыталась успокоить ее миссис Уизли.

— Билль говориль, что Фред и Жорж очьень забавные, — безмятежно улыбаясь, сказала Флер.

— Да, я едва дышу от смеха, — резко ответила Гермиона.

Она спрыгнула со стола и, сцепив пальцы, принялась кругами ходить по кухне.

— Миссис Уизли, вы совсем-совсем точно уверены, что сегодня с утра еще не было сов?

— Да, милая, я бы заметила, — терпеливо ответила миссис Уизли. — Но еще только девять, еще много времени…

— Я знаю, я завалила Древние Руны, — лихорадочно забормотала Гермиона, — я сделала по крайней мере одну ошибку в переводе, совершенно точно. И практическое задание по Защите от Темных Искусств получилось плохо. Я думала, что хотя бы Трансфигурация прошла нормально, но, оглядываясь назад…

— Гермиона, ты не могла бы помолчать? Ты не одна тут волнуешься! — прикрикнул на нее Рон. — А потом, когда получишь свои десять «превосходных» С.О.В…

— Замолчи — замолчи — замолчи! — закричала Гермиона, в истерике замахав руками. — Я знаю, я все провалила!

— А что делать, если мы все завалили? — спросил Гарри, обращаясь ко всем, но снова ответила Гермиона:

— Мы должны будем поговорить о том, как быть, с Главой Дома, я спрашивала у МакГонагалл в конце прошлого семестра.

У Гарри тревожно сжался желудок. Он пожалел, что так наелся за завтраком.

— У нас в Бобатоне, — самодовольно произнесла Флер, — все было совсьем по-другому. Я думаю, это было лучше. У нас смотр послье шести льет учебы, а не пьяти, а потом…

Слова Флер заглушил крик. Гермиона показывала на что-то в окне. В небе были отчетливо видны три постепенно увеличивающиеся точки.

— Точно, это совы, — просипел Рон, подскакивая к окну рядом с Гермионой.

— И их три, — добавил Гарри, подбегая к ней с другой стороны.

— По одной для каждого из нас, — с ужасом выдохнула Гермиона. — О нет, о нет… о нет… — она схватила Гарри и Рона за локти.

Совы летели прямо к Норе — три великолепных неясыти — и, когда они пролетали над дорожкой, ведущей к дому, стало видно, что каждая из них несет по большому квадратному конверту.

— О нет! — взвизгнула Гермиона.

Миссис Уизли протиснулась между ними и открыла окно. Одна, вторая, третья — совы влетели в дом, приземлились на стол ровным строем и дружно подняли левые лапы.

Гарри приблизился к ним. Адресованное ему письмо было привязано к лапе совы посередине. Он принялся снимать его неловкими пальцами. Слева Рон пытался отцепить свои оценки, справа — Гермиона, руками, дрожащими так, что всю сову трясло.

В кухне повисло молчание. Наконец, Гарри сумел снять свой конверт. Он быстро разрезал его и развернул лежавший внутри пергаментный свиток.

Результаты экзамена Стандартизированные Отметки Волшебников

Зачет:
Превосходно (П)
Выше ожидания(В)
Хорошо (Х)

Незачет:
Слабо(С)
Неудовлетворительно(Н)
Тролль (Т)

Гарри Джеймс Поттер получил следующие оценки:
Астрономия — Х
Уход за Волшебными Созданиями — В
Чары — В
Защита от Тёмных Искусств — П
Прорицание — С
Гербология — В
История магии — Н
Зельеварение — В
Трансфигурация — В

Гарри перечитал свиток несколько раз подряд — с каждым разом ему дышалось все легче. Все было правильно: он и так знал, что завалит Прорицание, а сдать Историю Магии он не имел никакой возможности, учитывая, что он потерял сознание прямо посреди экзамена, но зато он сдал все остальное! Он провел пальцем по оценкам… Трансфигурацию и Гербологию он сдал на отлично, даже на Зельеварении отличился! И что самое лучшее — получил «Превосходно» по Защите от Тёмных Искусств!

Он огляделся вокруг. Гермиона стояла спиной к нему, опустив голову, а вот Рон выглядел довольным.

— Завалил только Прорицания и Историю Магии, да кому они нужны? — радостно сказал Рон. — Дай твои посмотреть…

Гарри взглянул на оценки Рона: ни одного «Превосходно»…

— Я так и знал, что ты будешь лучше всех по Защите, — сказал Рон, стукнув Гарри по плечу. — Мы молодцы, верно?

— Замечательно! — гордо сказала миссис Уизли, взъерошив волосы Рона. — Семь С.О.В., это больше, чем получили Фред и Джордж вместе!

— Гермиона, — неуверенно окликнула ее Джинни. Гермиона так и не повернулась к ним. — А ты как?

— Я… неплохо, — дрожащим голосом ответила Гермиона.

— Ой, да ладно тебе, — сказал Рон, решительно шагнул к ней и выхватил свиток с оценками из ее руки. — Ага… девять «Превосходно», одно «Выше ожидания» по Защите от Тёмных Искусств, — он взглянул на нее, слегка насмешливо, слегка раздраженно. — Ты ужасно разочарована, да?

Гермиона покачала головой, а Гарри рассмеялся.

— Ну, теперь мы учимся на Т.Р.И.Т.О.Н.ы! — ухмыльнулся Рон. — Мам, а еще сосиски остались?

Гарри снова посмотрел на свои оценки. Они были хороши настолько, насколько он мог лишь надеяться. И все же он ощутил легкий укол сожаления. Это был конец его стремлению стать Аврором. Он не получил требуемого балла по Зельеварению. Он и так знал, что не получит его, но глядя на эту маленькую черную «В», Гарри все равно почувствовал внезапную слабость в желудке. Это было так странно, ведь первым, кто сказал Гарри, что из него вышел бы хороший Аврор, был перевоплотившийся Пожиратель Смерти. А потом как-то так получилось, что эта идея захватила его, и он даже не задумывался о том, кем еще он мог бы стать. Более того, с того момента, как несколько недель назад он услышал пророчество, это казалось ему самым правильным выбором… «выживет в схватке лишь один»… Разве не жил бы он, как предсказано, и разве были бы у него лучшие возможности выжить, если бы он стал одним из этих прекрасно подготовленных волшебников, чья работа — найти и убить Волдеморта?

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License