6 27

Вновь оказавшись под звездным небом, Гарри подвел Дамблдора к ближайшему валун и помог ему подняться на ноги. Промокший и дрожащий, не преставая держать на себе Дамблдора, Гарри, что было сил, сосредоточился на предначертании — Хогсмиде. Закрыв глаза, он схватил руку Дамблдора так крепко, как только мог и шагнул навстречу этому ужасному давящему ощущению.

Он понял, что все получилось, даже прежде чем открыл глаза: запах соли и морской бриз исчезли. Дрожащие и мокрые, они с Дамблдором стояли посреди темной Главной улицы Хогсмида. На какое-то ужасное мгновение Гарри показалось, что ото всех магазинов на них снова надвигаются инферии, но стоило ему моргнуть, как видение тут же исчезло. Вокруг была тишина и кромешная темнота, за исключением нескольких уличных фонарей и залитых светом верхних окон.

— У нас получилось, профессор! — с трудом прошептал Гарри. Внезапно он ощутил обжигающую боль в груди. — У нас получилось! Мы добыли хоркрукс!

Дамблдор пошатнулся. На мгновение Гарри показалось, что из-за его неумелой аппарации Дамблдор просто потерял равновесие, но затем в отдаленном свете уличного фонаря он увидел, что лицо директора стало более бледным и еще сильнее покрылось испариной.

— Сэр, вы в порядке?

— Бывало и лучше, — слабо сказал Дамблдор, однако уголки его губ слегка дернулись. — Это зелье… это был не исцеляющий напиток…

И к ужасу Гарри, Дамблдор опустился на землю.

— Сэр… ничего страшного, сэр… с вами все будет нормально, не волнуйтесь…

Он оглянулся, отчаянно ища помощи, но вокруг не было ни души. Все его мысли были направлены на то, как бы скорее доставить Дамблдора в больничное крыло.

— Нам надо доставить вас в школу, сэр… мадам Помфри…

— Нет, — возразил Дамблдор. — Мне нужен профессор Снейп… но я не думаю… что смогу далеко уйти…

— Так, сэр, слушайте… я постучу в какую-нибудь дверь, найду место, где вас можно оставить, а сам сбегаю за мадам…

— Северус, — отчетливо проговорил Дамблдор. — Мне нужен Северус…

— Хорошо, пускай будет Снейп… но мне на некоторое время придется вас оставить, чтобы я смог…

Однако прежде, чем Гарри смог сдвинуться с места, он услышал торопливые шаги. У него забилось сердце: кто-то увидел, кто-то понял, что им нужна помощь, и, обернувшись, он заметил, как по темной улице к ним спешит мадам Розмерта. На ней были пушистые тапочки на высоких каблуках и шелковый халат, расшитый драконами.

— Я задергивала шторы в спальне и увидела, как вы аппарировали! Слава небесам, слава небесам, даже и не знала, что уже… а что случилось с Альбусом?

Тяжело дыша, она остановилась и с удивлением уставилась на Дамблдора.

— Он пострадал, — ответил Гарри. — Мадам Розмерта, можно он побудет в «Трех метлах», пока я сбегаю в школу за помощью?

— Тебе нельзя туда одному! Ты что не заметил… вы что, не видели?…

— Если вы поможете мне его поддержать, — продолжал Гарри, не слушая ее, — думаю, мы сможем занести его внутрь.

— Что случилось? — спросил Дамблдор. — Розмерта, в чем дело?

— Т-темная метка, Альбус.

И она указала на небо в сторону Хогвартса. При этих словах Гарри охватил ужас. Он обернулся и взглянул.

Он был там, висел в небе прямо над школой: пылающий зеленый череп со змеиным языком, знак, который пожиратели смерти всегда оставляли после того, как заходили в здание… как убивали кого-нибудь…

— Когда она появилась? — спросил Дамблдор. Его рука болезненно сжалась на плече Гарри, и он с трудом поднялся.

— Наверное, несколько минут назад. Когда я выпускала кошку на улицу, ее еще не было, а когда стала подниматься по лестнице…

— Нам нужно срочно вернуться в замок, — проговорил Дамблдор. — Розмерта, — несмотря на легкое пошатывание, он, казалось, был полным хозяином положения, — нам нужен транспорт… метлы…

— У меня есть парочка за баром, — испуганно сказала она. — Сбегать за ними?

— Нет, это сделает Гарри.

Гарри тут же поднял свою палочку.

— Аццио метлы Розмерты.

Мгновение спустя, послышался громкий удар: парадная дверь бара с грохотом распахнулась, из нее пулей вылетели две метлы и, обгоняя друг друга, помчались по улице в сторону Гарри. Долетев, они остановились как вкопанные и, слегка покачиваясь, зависли в воздухе на уровне пояса.

— Розмерта, отправьте, пожалуйста, сообщение в Министерство, — попросил Дамблдор, усаживаясь на ближайшую к нему метлу. — Возможно, в Хогвартсе еще никто не знает, что случилось… Гарри, надень свой плащ-невидимку.

Гарри вытащил из кармана плащ и накинул на себя, прежде чем сесть на метлу. Мадам Розмерта неуверенной походкой уже возвращалась в бар, когда Гарри с Дамблдором оттолкнулись от земли и взмыли в воздух. Пока они неслись к замку, Гарри поглядывал на Дамблдора, готовый схватить его в любой момент, если тот вдруг упадет, однако темная метка, казалось, наоборот придала Дамблдору дополнительные силы: он пригнулся ниже к метле, не отрывая взгляда от метки, а его длинные седые волосы и борода развевались у него за спиной на ночном ветру. Гарри тоже смотрел на череп. Страх давил изнутри, словно ядовитый пузырь, сдавливая легкие, выталкивая из головы все остальные неприятные мысли.

Как долго они отсутствовали? Успела ли удача Рона, Гермионы и Джинни закончится к этому времени? Неужели из-за них над школой повисла темная метка, или может, это был Невилл или Луна или кто-то еще из членов ДА? А если это так… ведь он сказал им патрулировать коридоры, он попросил их выйти из своих безопасных спален… неужели он снова будет виновен в смерти друга?

Когда они пролетали над темной извилистой дорогой, по которой они недавно шли, Гарри услышал сквозь ночной ветер, свистевший в ушах, как Дамблдор снова что-то бормочет на непонятном языке. И он, кажется, догадался зачем, как только его метла вздрогнула в тот момент, когда они пролетали над стеной, ограничивавшей территорию замка: Дамблдор снимал чары, которые сам наложил вокруг школы, чтобы они смогли беспрепятственно влететь внутрь. Темная метка сверкала прямо над башней астрономии, самой высокой в замке. Неужели кого-то убили прямо там?

Дамблдор уже перелетел через зубчатую стену бастиона и слезал с метлы. Гарри приземлился рядом несколькими мгновениями позже и огляделся.

На бастионе никого не было. Дверь к винтовой лестнице, ведущей в замок, была закрыта. Не было никаких намеков на борьбу, на битву не на жизнь, а на смерть, на мертвые тела.

— Что это значит? — спросил Гарри Дамблдора, глядя на зловеще мерцавший над ними зеленый череп со змеиным языком. — Это настоящая метка? Кого-то точно… профессор?

В тусклом зеленом сиянии метки Гарри увидел, как Дамблдор схватился за грудь своей почерневшей рукой.

— Иди, разбуди Северуса, — слабо, но отчетливо проговорил Дамблдор. — Скажи ему, что произошло и приведи его ко мне. Ничего больше не делай, ни с кем больше не разговаривай и не снимай плащ. Я подожду здесь.

— Но…

— Ты поклялся, что будешь меня слушаться, Гарри. Иди!

Гарри бросился к двери, ведущей к винтовой лестнице, но едва он успел коснуться железного кольца, как услышал торопливые шаги, доносившиеся с другой стороны. Он оглянулся на Дамблдора, и тот жестом указал ему отступить. Гарри попятился в сторону, держа палочку наготове.

Дверь распахнулась, кто-то вырвался из нее и выкрикнул: «Экспеллиармус!».

Тело Гарри вмиг стало жестким и неподвижным, и он почувствовал, как начал наваливаться спиной на стену башни, словно неустойчивая статуя, не в состоянии пошевелиться или издать какой-либо звук. Он не мог понять, как такое могло произойти — заклинание «Экспеллиармус» не было замораживающими чарами.

Затем, в свете метки он увидел, как палочка Дамблдора по дуге перелетает через стену, и все понял… Дамблдор безмолвно обездвижил Гарри, и это мгновение, которое он потратил на выполнение заклинания, стоило ему возможности защитить самого себя.

Стоя, прислонившись к стене бастиона, очень бледный, Дамблдор, тем не менее, не выказывал признаков паники и недомогания. Он просто взглянул на того, кто его разоружил и произнес:

— Добрый вечер, Драко.

Малфой шагнул вперед, торопливо оглядываясь по сторонам в поисках кого-либо другого. Его взгляд остановился на второй метле.

— Кто еще здесь?

— Это я должен у тебя спросить. Или ты действуешь в одиночку?

В зеленоватом сиянии метки Гарри заметил, как бледный взгляд Драко вернулся к Дамблдору.

— Нет, — ответил он. — У меня есть помощники. Сегодня в вашей школе полно пожирателей смерти.

— Так, так, — Дамблдор говорил, как будто Малфой показывал ему грандиозный проект, заданный на дом. — Не плохо, не плохо. Значит, ты нашел способ, как впустить их?

— Да, — тяжело дыша, произнес Малфой. — Прямо у вас под носом, а вы и не заметили!

— Ты изобретателен, — сказал Дамблдор. — Однако… прошу прощения… где они? Что-то я никого рядом с тобой не вижу.

— Они столкнулись с вашей охраной. Внизу сейчас идет бой. Скоро будут… я ушел вперед. Мне… мне надо закончить кое-какое дело.

— Что же, тогда, действуй, мой дорогой мальчик, — спокойно сказал Дамблдор.

Воцарилась тишина. Гарри, запертый внутри собственного невидимого, обездвиженного тела, смотрел на них двоих. До его слуха доносились звуки отдаленной битвы, которую вели пожиратели смерти, а Драко Малфой, стоявший перед ним, лишь глядел на Альбуса Дамблдора, который улыбался, как ни в чем не бывало.

— Драко, Драко, ты же не убийца.

— Откуда вы знаете? — немедленно отозвался Малфой.

По всей видимости, он понял, как по-детски звучат его слова: в зеленоватом свете метки Гарри заметил, как тот покраснел.

— Вы не знаете, на что я способен, — более убедительно сказал Малфой, — вы не знаете, чего я уже достиг!

— О, нет, знаю, — спокойно ответил Дамблдор. — Ты чуть не убил Кэти Белл и Рональда Уизли. Целый год с нарастающим отчаянием ты пытался убить меня. Уж извини, Драко, но это были жалкие попытки… честно говоря, настолько жалкие, что я начал уж было подумывать, будто у тебя душа не лежит к этому делу.

— Лежит! — неистово возразил Малфой. — Я трудился над этим целый год, и вот сегодня…

Откуда— то из глубины замка до Гарри донесся приглушенный вопль. Малфой замер и оглянулся через плечо.

— Кто-то неплохо оказывает сопротивление, — непринужденно заметил Дамблдор. — Ты начал говорить… да, ты помог пожирателям смерти проникнуть в мою школу, хотя я считал, что это невозможно… как тебе это удалось?

Малфой ничего не ответил. Он продолжал прислушиваться к тому, что происходило внизу, и выглядел таким же парализованным, как и Гарри.

— Возможно, тебе придется справляться со своим делом в одиночку, — предположил Дамблдор. — Вдруг моя охрана помешает твоим помощникам? Как ты, возможно, заметил, члены Ордена Феникса тоже здесь. В конце концов, зачем тебе помощь? Палочки у меня с собой нет. Защититься я не могу.

Малфой лишь взглянул на него.

— Понятно, — добродушно произнес Дамблдор, не дождавшись от Малфоя ни слова, ни какого-либо движения. — Боишься что-нибудь предпринять без них.

— Я не боюсь! — бросил Малфой, однако до сих пор не решаясь напасть на Дамблдора. — Это вам надо бояться!

— Почему? Сомневаюсь, что ты убьешь меня, Драко. Убить и думать об убийстве это не одно и то же. Расскажи-ка мне, пока мы ждем твоих друзей… как ты их сюда протащил? Похоже, тебе пришлось над этим долго поломать голову.

Малфой выглядел так, будто через миг он либо заорет, либо его вырвет. Он сглотнул и, не сводя взгляда с Дамблдора, сделал несколько глубоких вдохов. Его палочка смотрела точно в сердце директора. Затем, словно не в силах сдерживаться, он проговорил:

— Пришлось починить испаряющий шкаф, которым несколько лет никто не пользовался. Тот самый, в котором в прошлом году затерялся Монтегю.

— А-а-а-а.

Вздох Дамблдора больше походил на стон. На мгновение он закрыл глаза.

— Умно… у него есть пара, правильно?

— Второй — у «Боргина и Бёркса», — ответил Малфой, — и оба они создают, что-то вроде прохода между собой. Монтегю рассказывал мне, что когда он оказался в хогвартском шкафу, то застрял неизвестно где и не мог выбраться, но временами мог слышать то, что происходило в школе, а иногда — что происходило в магазине, словно шкаф перемещал его от одного места к другому, однако его самого никто не мог услышать. В итоге, ему удалось оттуда аппарировать, не смотря на то, что он не сдавал зачет. Он при этом чуть не умер. Для всех этот случай был настоящим анекдотом, но я был единственным, кто понял, что это означало — даже Боргин этого не знал — я единственный понял, что если починю сломанный шкаф, то получу через него проход в Хогвартс.

— Очень хорошо, — вполголоса промолвил Дамблдор. — Таким образом, пожиратели смерти через магазин «У Боргина и Бёркса» смогли попасть в школу, чтобы прийти к тебе на помощь… хитрый план, очень хитрый план… и, как ты сам сказал, прямо у меня под носом…

— Да, — подтвердил Малфой. Похвала Дамблдора каким-то странным образом придала ему храбрости и спокойствия. — Так и есть!

— Однако временами, — продолжал Дамблдор, — ты не был уверен, что сможешь починить шкаф? И ты начал прибегать к скоропалительным и необдуманным решениям: послал мне проклятое ожерелье, которое попало не к тому человеку, отравил мед, который я вообще вряд ли бы выпил…

— Да, но вы же так и не догадались, кто все это делал? — усмехнулся Малфой. Дамблдор немного скользнул вниз по стене бастиона: его ноги явно ослабевали, а Гарри безуспешно и беззвучно продолжал бороться со сковавшим его заклинанием.

— На самом деле, догадался, — сказал Дамблдор. — Я был уверен, что это ты.

— Почему же тогда вы меня не остановили? — спросил Малфой.

— Я пытался, Драко. Профессор Снейп приглядывал за тобой по моему приказу.

— Он выполнял не ваш приказ, он обещал моей матери…

— Разумеется, Драко, так он тебе и сказал, но…

— Он двойной агент, вы, глупый старик, он не работает на вас, вам это только кажется!

— В этом, Драко, позволь с тобой не согласиться. Так уж получилось, что я доверяю профессору Снейпу…

— Тогда значит, вы теряете хватку! — усмехнулся Малфой. — Он постоянно предлагал мне помощь — хотел присвоить себе всю славу, хотел получить свою долю в этом деле. «Что ты делаешь? Ожерелье это твоих рук дело? Это было глупо, ты мог все испортить…» Но я не сказал ему, чем занимался в комнате по требованию. Завтра он проснется, и все будет кончено, он больше не будет любимцем Волдеморта, он будет ничем по сравнению со мной, ничем!

— Достойно похвалы, — спокойно сказал Дамблдор. — Конечно, всем нам приятно, когда наш нелегкий труд ценят… тем не менее, кто-то должен был тебе помогать… кто-то в Хогсмиде, кто-то, кто мог всучить Кэти… а-а-а-а…

Дамблдор снова закрыл глаза и закивал, словно собирался заснуть.

— …разумеется… Розмерта. И как долго она уже под заклятием Империус?

— Догадались, наконец-то? — с насмешкой сказал Малфой.

Снизу раздался очередной вопль, гораздо громче, чем предыдущий. Малфой нервно оглянулся через плечо, а затем вновь повернулся к Дамблдору.

— Значит, бедная Розмерта, — продолжал Дамблдор, — была вынуждена сидеть в собственной уборной и ждать, чтобы передать это ожерелье любому ученику Хогвартса, который войдет туда в одиночку? И отравленный мед… действительно, Розмерта вполне могла отравить его, прежде чем отправить бутылку Слагхорну, свято веря, что это подарок мне на Рождество. Да, хитро… хитро… бедняга мистер Филч разумеется и не подумал бы проверять бутылку от Розмерты. Скажи, а как ты связывался с Розмертой? Я считал, что мы следим за всеми средствами связи со школой.

— Зачарованные монеты, — сказал Малфой так, будто его заставляли говорить, хотя его рука державшая палочку, ходила ходуном. — У меня была одна, у нее — вторая, и я мог посылать ей сообщения.

— Не этим ли секретным способом общения в прошлом году пользовалась группа, именовавшая себя Дамблдоровой Армией? — спросил Дамблдор. Его голос звучал легко и непринужденно, но Гарри заметил, как при этом он скользнул вниз по стене еще на дюйм.

— Да, это я от них взял, — криво улыбнулся Малфой. — Так же как и идею отравить мед: я слышал, как грязнокровка Грейнджер говорила в библиотеке о том, что Филч не различает зелий.

— Пожалуйста, не произноси при мне это отвратительное слово, — попросил Дамблдор.

Малфой резко усмехнулся.

— Я собираюсь вас убить, а вас заботит то, что я говорю «грязнокровка»?

— Да, заботит, — ответил Дамблдор, и Гарри заметил, как его ноги скользнули по полу, когда тот попытался выпрямиться. — А то, что ты собираешься меня убить, Драко, так для этого у тебя было несколько долгих минут. Мы одни. Я беззащитен настолько, насколько ты даже не мог и мечтать, а ты до сих пор так ничего и не сделал.

Малфой недовольно скривил рот, словно попробовал что-то горькое.

— Так вот, по поводу сегодняшней ночи, — продолжил Дамблдор. — Мне интересно, как все произошло. Ты знал, что я покинул школу? Ну, разумеется, — ответил он на собственный вопрос, — Розмерта видела меня и наверняка дала тебе знать с помощью ваших хитроумных монет…

— Точно, — подтвердил Малфой. — Правда, она сказала, что вы вышли за выпивкой и скоро вернетесь…

— Ну, вообще-то я действительно кое-чего выпил… и вернулся… в некоторой степени, — вполголоса проговорил Дамблдор. — И ты решил устроить мне ловушку?

— Мы решили повесить над башней темную метку; это заставило бы вас поторопиться, чтобы узнать, кого убили, — сказал Малфой. — И это сработало!

— Ну… и да и нет… — ответил Дамблдор. — Однако, как я понял, никто не убит?

— Кто-то убит, — голос Малфоя зазвучал на октаву выше. — Один из ваших… не знаю кто, было темно… я перешагнул через чье-то тело… я должен был поджидать вас наверху, а тут появились ваши дружки-«фениксы»…

— Да, они такие, — подтвердил Дамблдор.

Снизу послышался еще более громкий грохот и крики. Казалось, будто люди дрались на самой винтовой лестнице, ведущей к тому месту, где стояли Дамблдор, Малфой и Гарри, и сердце Гарри неслышно заколотилось в его невидимой груди… кто-то убит… Малфой перешагнул через чье-то тело… но кто это был?

— Так или иначе, у нас есть еще немного времени, — сказал Дамблдор. — Так что давай, поговорим о твоем выборе, Драко.

— Моем выборе? — громко воскликнул Драко. — У меня в руках палочка… я собираюсь вас убить…

— Мой дорогой мальчик, не будем питать иллюзий на этот счет. Если бы ты собирался убить меня, ты сделал бы это сразу же, как только разоружил меня, и не стал бы останавливаться лишь для того, чтобы мило поболтать о путях и возможностях.

— Нет у меня никакого выбора! — Малфой внезапно стал таким же бледным, как и Дамблдор. — Мне придется это сделать! Он убьет меня! Он убьет всю мою семью!

— Я понимаю сложность твоего положения, — сказал Дамблдор. — Иначе, почему думаешь, я до сих пор не вывел тебя на чистую воду? Потому что я знал, что тебя сразу же убьют, если лорд Волдеморт поймет, что я тебя подозреваю.

Малфой содрогнулся, услышав имя.

— Я не мог заговорить с тобой о той миссии, которую, как я знал, возложили на тебя, поскольку боялся, что он может применить против тебя Легилименцию, — продолжал Дамблдор. — Но теперь мы наконец-то можем откровенно поговорить друг с другом… ничего страшного не произошло, никто не пострадал, хотя тебе сильно повезло, что твои случайные жертвы выжили… я могу помочь тебе, Драко.

— Нет, не можете, — рука Малфоя, державшая палочку, не переставала трястись. — Никто не может. Он сказал, что если я этого не сделаю, то он убьет меня. У меня нет выбора.

— Встань на правильную сторону, Драко, и мы спрячем тебя так, как ты не можешь себе и представить. Кроме того, я могу послать членов Ордена к твоей матери, чтобы спрятать и ее. Твой отец в безопасности, пока он в Азкабане. Когда придет время, мы защитим его. Встань на правильную сторону, Драко. Ты не убийца.

Малфой смотрел на Дамблдора.

— Но я уже близко, разве не так? — медленно сказал он. — Они считали, что я погибну при первой же попытке, а я вот он… и вы полностью в моей власти… у меня в руках палочка… вам впору молить меня о пощаде…

— Нет, Драко, — тихо сказал Дамблдор. — Сейчас важна не твоя пощада, а моя.

Малфой ничего не ответил. Он стоял, открыв рот, его рука не переставала дрожать. Гарри показалось, что она чуть-чуть опустилась…

Внезапно на лестнице загрохотали шаги, и через мгновение, оттолкнув Малфоя в сторону, из двери на бастион выскочили четыре человека в черных мантиях. Все еще не в состоянии двигаться, Гарри не отрывая взгляда, с ужасом смотрел на четверых незнакомцев: вероятно, пожиратели смерти выиграли проходившую внизу битву.

Рябой мужчина со странным перекошенным взглядом издал хриплый смешок.

— Дамблдор попался! — он повернулся к невысокой коренастой женщине, по всей видимости, его сестре, которая не скрывала алчной усмешки. — Дамблдор без палочки, Дамблдор один! Отлично, Драко, отлично!

— Добрый вечер, Амикус, — спокойно отозвался Дамблдор, словно приглашая мужчину на чашечку чая. — Вижу, ты привел с собой Алекто… очаровательно…

Женщина злобно хихикнула.

— Думаешь, твои шуточки помогут тебе на смертном одре? — глумливо усмехнулась она.

— Шуточки? Нет-нет, просто хорошие манеры, — ответил Дамблдор.

— Покончим с этим, — сказал незнакомец, стоявший ближе всех к Гарри — крупный поджарый мужчина со спутанными седыми волосами и бакенбардами, чья черная мантия пожирателя смерти была ему явно мала. Такого голоса, как у него, Гарри не слышал никогда в жизни: скрипучий, лающий. От него исходил ужасный запах: смесь грязи, пота и — в этом нельзя было ошибиться — крови. На его грязных руках были длинные желтоватые ногти.

— Это ты, Фенрир? — спросил Дамблдор.

— Точно, — проскрежетал незнакомец. — Что, Дамблдор, рад меня видеть?

— Нет, не могу так сказать.

Фенрир Грейбек усмехнулся, обнажив свои заостренные зубы. С его подбородка стекала кровь, и он медленно и противно облизывал губы.

— Но ты же знаешь, Дамблдор, как я люблю детей.

— Если я правильно понял, теперь ты нападаешь, даже не дождавшись полной луны? Очень необычно. Вкушать человеческую плоть раз в месяц тебе уже мало?

— Точно, — сказал Грейбек. — Тебя это поражает, Дамблдор? Или может, пугает?

— Ну, что уж тут притворяться, это несколько противно, — ответил Дамблдор. — И, да, я немного потрясен тем, что Драко именно тебя позвал в школу, где живут его друзья.

— Я не звал, — выдохнул Малфой. Он не смотрел на Грейбека; казалось, он даже взглянуть на него не хотел. — Я не знал, что он придет.

— Как я мог упустить возможность, прогуляться по Хогвартсу, — проскрежетал Грейбек. — Когда здесь вокруг столько глоток… вкусных-превкусных…

И, злобно поглядывая на Дамблдора, он воткнул свой желтый ноготь между передними зубами.

— А с тобой, Дамблдор, я могу разобраться на десерт.

— Нет, — резко возразил четвертый пожиратель смерти. У него было массивное, грубое, звероподобное лицо. — У нас приказ. Драко должен сделать это сам. Давай, Драко и побыстрее.

Малфой, казалось, совсем потерял решительность. В его выражении читался страх, когда он смотрел в лицо Дамблдору, более бледное и опустившееся — директор сполз по стене еще ниже.

— По мне, так он уже не жилец! — сказал перекошенный мужчина под хриплое хихиканье своей сестры. — Посмотрите на него… что с тобой случилось, Дамби?

— Слабая сопротивляемость, замедленные рефлексы, Амикус, — сказал Дамблдор. — Старость, одним словом… когда-то, возможно, и с тобой такое случится… если повезет…

— Что это еще значит, что это значит?! — завопил внезапно взбешенный пожиратель смерти. — Все такой же, Дамби?… Все только говоришь, а сделать ничего не можешь, ничего… не понимаю, зачем Темный лорд вообще хочет тебя убить! Ну же, Драко, кончай с ним!

Но в этот момент снизу снова послышались звуки борьбы, и чей-то голос прокричал: «Они блокировали лестницу. Редукто! РЕДУКТО!».

У Гарри бешено забилось сердце: значит, эти четверо не перебили своих противников, а просто прорвались на крышу и, судя по звукам, установили преграду.

— Ну же, Драко, скорее! — сердито сказал мужчина с грубым лицом.

Но рука Малфоя так сильно тряслась, что он даже не мог прицелиться.

— Я сам это сделаю, — бросил Грейбек и двинулся к Дамблдору, с распростертыми руками и обнажив зубы.

— Я сказал нет! — прокричал звероподобный. Последовала вспышка света, и оборотня отбросило в сторону. Он ударился о стену бастиона и зашатался, злобно поглядывая. Сердце Гарри колотилось так, что было просто непонятно, почему никто не слышит, как он стоит здесь скованный заклинанием Дамблдора. Если бы он только мог двинуться, он смог бы послать проклятие из-под плаща.

— Драко, либо действуй, либо отойди в сторону, чтобы кто-то из нас… — завизжала женщина, но в этот момент дверь на бастион снова распахнулась, и на пороге появился Снейп с палочкой в руке. Его черные глаза скользнули с Дамблдора, прислонившегося к стене, к четверым пожирателям смерти, включая разъяренного оборотня и Малфоя.

— У нас тут проблема, Снейп, — сказал рябой Амикус, чей взгляд и палочка были направлены на Дамблдора, — мальчишка, похоже, не может…

В этот миг кто-то другой спокойным голосом произнес имя Снейпа.

— Северус…

И этот звук напугал Гарри сильнее всего за вечер. Впервые Дамблдор умолял.

Снейп ничего не сказал, только прошел вперед и небрежно оттолкнул Малфоя с дороги. Трое пожирателей смерти расступились, не говоря ни слова. Даже оборотень, казалось, испугался.

Снейп на мгновение взглянул на Дамблдора, и на его лице отразилось отвращение и ненависть.

— Северус… пожалуйста…

Снейп поднял палочку и направил ее прямо на Дамблдора.

— Авада Кедавра!

Из кончика палочки Снейпа вырвался зеленый луч и ударил Дамблдору точно в сердце. Вопль ужаса застрял в груди у Гарри. Немой и обездвиженный он наблюдал за тем, как Дамблдор взлетел в воздух: на долю секунды он, казалось, завис под сияющим черепом, затем начал медленно падать навзничь, словно большая тряпичная кукла, перелетел через зубчатую стену и исчез из виду.

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License