Книга 7. Глава 1. Тёмный Лорд на пути к власти

На узкой тропинке, освещённой лунным светом, в нескольких ярдах друг от друга словно из ниоткуда появились двое мужчин. На мгновение они замерли, направив палочки друг другу в грудь. Затем, узнав друг друга, они спрятали их под плащи и быстро зашагали в одном направлении.

— Какие новости? — спросил тот, что был повыше.

— Лучше некуда, — ответил Северус Снейп.

С левой стороны тропинку окаймляла низкая дикорастущая ежевика, с правой — высокая аккуратно подстриженная живая изгородь. От быстрой ходьбы длинные плащи мужчин развевались вокруг их ног.

— Я уже думал, что опоздаю, — произнёс Яксли. Его лицо с грубыми чертами то появлялось в лунном свете, пробивавшемся сквозь нависавшие ветви, то снова исчезало в тени. — Это было сложнее, чем я ожидал. Но, надеюсь, он будет доволен. Ты, похоже, уверен, что тебя ожидает хороший приём?

Снейп кивнул, но уточнять не стал. Они свернули направо в широкий проезд, уходящий в сторону от тропинки. Высокая живая изгородь повернула вместе с ними, убегая вдаль, за внушительных размеров кованые ворота, преградившие им путь. Ни один из них не замедлил шага: молча подняв левую руку, будто в жесте приветствия, оба они прошли прямо сквозь тёмный металл, словно это был дым.

Тисовая изгородь скрадывала звук их шагов. Где-то справа послышался шорох. Яксли снова выхватил палочку и направил её куда-то прямо над головой своего спутника, однако источником шума оказался всего лишь белоснежный павлин, который величественно расхаживал по живой изгороди.

— Этот Люциус никогда себе ни в чём не отказывал. Павлины… — фыркнул Яксли, засовывая палочку обратно под плащ.

В конце прямого проезда из темноты вырос красивый особняк. На первом этаже, в окнах с переплётом в виде ромбов мерцали огни. Где-то в глубине тёмного сада, за оградой, журчал фонтан. Под ногами Снейпа и Яксли хрустел гравий, пока они торопливо шли к парадной двери, которая при их приближении распахнулась, хотя за ней никого не было видно.
Каменный пол большого, тускло освещённого и роскошно украшенного вестибюля почти полностью скрывал великолепный ковёр. Бледные обитатели висевших на стенах портретов провожали взглядами шагавших мимо Снейпа и Яксли. Спутники остановились у массивной деревянной двери, ведущей в следующую комнату, помедлили мгновение, а затем Снейп повернул бронзовую ручку.

Гостиная была полна людей, молча сидевших за длинным богато украшенным столом. Мебель, обычно составлявшая убранство комнаты, сейчас была небрежно сдвинута к стенам. Освещало комнату пламя, гудевшее в камине под красивой мраморной каминной полкой, над которой возвышалось зеркало в позолоченной раме. Снейп и Яксли ненадолго замешкались на пороге. Когда их глаза привыкли к полумраку, оба обратили взгляды вверх, к самой странной детали всей сцены: над столом вверх ногами висел человек, судя по всему, без сознания. Медленно вращаясь, словно был подвешен на невидимой верёвке, он отражался в зеркале и в полированной поверхности стола. Никто из присутствующих не смотрел на это необычное зрелище, за исключением бледного молодого человека, сидящего почти под висящим телом. Казалось, юноша не мог удержаться от того, чтобы то и дело не бросать вверх мимолётные взгляды.

— Яксли, Снейп, — раздался чёткий высокий голос с дальнего конца стола. — Вы почти опоздали.

Говоривший сидел прямо перед камином, поэтому вновь прибывшим поначалу трудно было разглядеть что-либо кроме его силуэта. Но когда они приблизились, из мрака перед ними возникло безволосое, похожее на змеиную морду, лицо со щелями вместо ноздрей и горящими красными глазами с вертикальными зрачками. Человек был настолько бледным, что, казалось, излучал жемчужное сияние.

— Северус, сюда, — сказал Волдеморт, указывая на место справа от себя. — Яксли - рядом с Долоховым.

Двое мужчин сели на отведённые им места. Большинство присутствующих провожали глазами Снейпа, и Волдеморт обратился к нему первым.

— Итак?

— Милорд, Орден Феникса намеревается перевезти Гарри Поттера из нынешнего убежища в следующую субботу на закате.

Интерес сидящих за столом ощутимо возрос. Некоторые напряглись, другие беспокойно зашевелились, но все смотрели на Снейпа и Волдеморта.

— В субботу… на закате, — повторил Волдеморт. Его красные глаза так цепко впились в чёрные глаза Снейпа, что некоторые из наблюдавших отвернулись, словно боясь, что этот свирепый взгляд может испепелить их. Но Снейп невозмутимо смотрел Волдеморту в лицо, и после нескольких секунд, лишённый губ рот Волдеморта искривился в некоем подобии улыбки.

— Хорошо. Очень хорошо. И эта информация от…

— …источника, который мы обсуждали, — сказал Снейп.

— Милорд.

Яксли наклонился вперёд, чтобы посмотреть через весь стол на Волдеморта и Снейпа. Все повернулись к нему.

— Милорд, я слышал кое-что другое.

Яксли подождал, но Волдеморт молчал, поэтому он продолжил.

— Аврор Долиш проболтался, что Поттера никуда не повезут до тридцатого, накануне дня, когда мальчишке должно исполниться семнадцать.

Снейп улыбался.

— Мой источник говорил мне, что есть план пустить ложные слухи; наверняка это они и есть. Несомненно, на Долиша наложили Заклинание Конфундус. И не первый раз, он поддаётся легко.

— Уверяю вас, Милорд, что Долиш был совершенно уверен, — сказал Яксли.

— Если он был под Конфундусом, то, естественно, он был уверен, — сказал Снейп. — Уверяю тебя, Яксли, что Отдел Авроров больше не будет играть никакой роли в охране Гарри Поттера. Орден уверен, что мы внедрили своих людей в Министерство.

— Хоть о чём-то Орден правильно догадался, а? — сказал приземистый человек, сидящий недалеко от Яксли. Он издал хриплый смешок, который эхом прокатился по всему столу.

Волдеморт не смеялся. Его взгляд обратился вверх, к медленно вращающемуся телу и, казалось, что он погрузился в раздумья.

— Милорд, — продолжил Яксли. — Долиш уверен, что весь Отдел Авроров соберут, чтобы перевезти мальчишку…

Волдеморт поднял большую белую руку, и Яксли мгновенно замолчал, обиженно следя за Волдемортом, который снова повернулся к Снейпу.

— Где они спрячут мальчишку потом?

— В доме одного из членов Ордена, — сказал Снейп. — Если верить моему источнику, на это место наложили всю защиту, на которую способны Орден и Министерство. Я думаю, почти нет шанса взять его там, Милорд, конечно, если Министерство не падёт до следующей субботы, что позволило бы нам определить и нейтрализовать достаточно заклинаний, чтобы прорваться через оставшиеся.

— Ну, Яксли? — окликнул его Волдеморт через стол. Огонь камина странно поблескивал в его красных глаза. — Падёт ли Министерство к следующей субботе?

Все вновь повернулись к Яксли. Тот расправил плечи.

— Мой Господин, на этот счёт у меня есть хорошие новости. Я, хоть и не без труда, ценой больших усилий, но сумел успешно наложить Заклятие Империус на Пиуса Тикнесса.

Многие из сидевших вокруг Яксли явно были впечатлены; его сосед Долохов, человек с вытянутым перекошенным лицом, похлопал его по спине.

— Хорошее начало, — сказал Волдеморт. — Но Тикнесс - это всего лишь один человек. Скримджер должен быть окружён нашими людьми, прежде чем я начну действовать. Одно неудачное покушение на министра, и я буду отброшен далеко назад.

— Да… Милорд, это так… Но вы знаете, как глава Отдела Обеспечения Магического Правопорядка, Тикнесс находится в постоянном контакте не только с самим министром, но и с главами всех других отделов Министерства. Я думаю теперь, когда под нашим контролем находится столь высокопоставленный чиновник, будет легко подчинить и других, а вместе они смогут свергнуть Скримджера.

— Если только нашего друга Тикнесса не разоблачат до того, как он обратит на нашу сторону всех остальных, — сказал Волдеморт. — В любом случае, маловероятно, что Министерство станет моим до следующей субботы. Если мы не сможем тронуть мальчишку на его новом месте пребывания, значит, мы должны сделать это во время его путешествия.

— Здесь у нас есть преимущество, мой Господин, — сказал Яксли, который явно был полон решимости добиться хоть какой-то похвалы. — Мы уже внедрили несколько наших людей в Отдел Магического Транспорта. Если Поттер аппарирует или использует Каминную сеть, мы сразу же узнаем.

— Он не сделает ни того, ни другого, — сказал Снейп. — Орден избегает любого вида транспорта, который контролируется или управляется Министерством, они не доверяют ничему, что с ним связано.

- Тем лучше, - сказал Волдеморт. – Ему придётся перемещаться под открытым небом. Так взять его будет гораздо легче.

Волдеморт вновь посмотрел на медленно крутящееся тело и продолжил.

— Я займусь мальчишкой сам. С Гарри Поттером было связано слишком много ошибок. Некоторые из них совершил я. Поттер всё ещё жив скорее благодаря моим промахам, чем благодаря своим победам.

Сидящие за столом с опаской смотрели на Волдеморта; судя по выражению их лиц, каждый из них боялся, что его могут обвинить в том, что Гарри Поттер до сих пор живёт на свете. Но Волдеморт, казалось, разговаривал скорее сам с собой, чем с кем-то из них, всё так же обращаясь к висящему над ним бесчувственному телу.

— Я был неосмотрителен, и потому мне помешали везение и случай, которые могут разрушить любые начинания, если только они не спланированы самым лучшим образом. Но теперь я стал мудрее. Я понимаю то, чего не понимал раньше. Именно я должен убить Гарри Поттера, и я это сделаю.

Словно в ответ на его слова вдруг раздался протяжный истошный вопль, наполненный болью и страданием. Многие из тех, кто сидел за столом, вздрогнули и опустили глаза, поскольку звук исходил откуда-то у них из-под ног.

Червехвост, — сказал Волдеморт всё так же спокойно и задумчиво, не сводя глаз с вращающегося тела, — разве я не говорил тебе, что пленник должен помалкивать?

— Да, м-мой Господин, — охнул коротышка, который сидел в середине стола, съёжившись до такой степени, что на первый взгляд его кресло казалось незанятым. Червехвост слез с кресла и суетливо выбежал из комнаты, оставив за собой лишь странное серебряное сияние.

— Как я говорил, — продолжил Волдеморт, снова взглянув на напряжённые лица своих сторонников, — я теперь многое понял. К примеру, то, что прежде, чем я отправлюсь убивать Поттера, мне понадобится позаимствовать у одного из вас волшебную палочку.
На лицах окружающих отразилось потрясение, словно он объявил, что собирается позаимствовать у одного из них руку.

— Добровольцев нет? — спросил Волдеморт. — Посмотрим… Люциус, я больше не вижу смысла в том, чтобы ты носил палочку.

Люциус Малфой поднял глаза. В свете огня из камина его лицо казалось желтоватым, восковым, запавшие глаза были окружены тёмными кругами. Когда он заговорил, голос прозвучал хрипло.

— Мой господин?

— Палочку, Люциус. Я требую твою палочку.

— Я…

Малфой краем глаза взглянул на сидевшую рядом жену. Она смотрела прямо перед собой, такая же бледная, как и он, с длинными светлыми волосами, ниспадающими по спине, но под столом её тонкие пальцы на мгновение сомкнулись на запястье мужа. Тогда Малфой запустил руку под мантию, вынул палочку и передал её Волдеморту. Тот поднес её ближе к своим красным глазам и внимательно осмотрел.

— Что это?

Вяз, Господин, — прошептал Малфой.

— А сердцевина?

— Сердечная … Сердечная жила дракона.

— Хорошо, — сказал Волдеморт. Он достал свою палочку и сравнил длину.
Люциус Малфой непроизвольно подался вперёд; казалось, долю секунды он ожидал , что Волдеморт отдаст ему свою палочку взамен. Тот заметил это движение, и его глаза злобно расширились.

— Отдать тебе мою палочку, Люциус? Мою палочку?

Некоторые из присутствующих захихикали.

— Я дал тебе свободу, Люциус, разве тебе этого не достаточно? Я заметил, что ты и твоя семья в последнее время кажетесь недовольными… Что в моём присутствии в твоём доме не нравится тебе, Люциус?

—Ничего… ничего, мой Господин!

— Бесстыжая ложь, Люциус…

Казалось, шипение продолжалось и после того, как жестокий рот перестал двигаться. Один или два волшебника с трудом подавили дрожь, когда шипение стало громче, и стало слышно, как что-то тяжёлое заскользило на полу под столом.

Огромная змея появилась из-под стола и стала медленно заползать на кресло Волдеморта. Она казалась бесконечной, поднимаясь всё выше, пока не улеглась на плечах хозяина. Её шея была толщиной с человеческую ногу, глаза с вертикальными щелями зрачков смотрели немигающим взглядом. Волдеморт рассеянно погладил тварь длинными тонкими пальцами, продолжая смотреть на Люциуса Малфоя.

— Почему же Малфои кажутся такими недовольными своей участью? Разве моё возвращение, моё восхождение к власти — это не то, чего они якобы так сильно желали на протяжении многих лет?

— Конечно, Милорд, — сказал Люциус Малфой. Его рука дрожала, когда он вытер пот с верхней губы. — Мы действительно этого желали… желаем до сих пор.

Сидевшая слева от Малфоя, его жена как-то странно и натянуто кивнула, старательно отводя глаза от Волдеморта и его змеи. Справа — его сын Драко, который пялился на неподвижно висящее тело, быстро посмотрел на Волдеморта и тут же отвёл взгляд, боясь встретиться с ним глазами.

— Господин, — сказала темноволосая женщина, сидевшая в середине стола, сдавленным от переполнявших её чувств голосом. — Это честь принимать вас здесь, в доме нашей семьи. Для нас нет большей радости.

Она сидела рядом со своей сестрой, но насколько темноволосая Беллатрикс с её тяжёлыми веками не походила на сестру внешне, настолько различались их поведение и манера держать себя. В то время как Нарцисса была неподвижна и бесстрастна, Беллатрикс, подавшись вперёд, всем своим видом выражала желание быть ближе к Волдеморту, которое не могли в полной мере выразить её слова.

— Нет большей радости, — повторил Волдеморт, слегка наклонив голову вбок, разглядывая Беллатрикс. — В твоих устах, Беллатрикс, это много значит.

Её лицо залилось румянцем, глаза наполнились слезами восторга.

— Господин знает, что я говорю только правду!

— Нет большей радости… Даже учитывая то счастливое событие, которое, как я слышал, имело место в вашей семье на этой неделе?

Она уставилась на него со слегка раскрытым ртом, очевидно не понимая, о чём идёт речь.

— Я не знаю, о чём вы говорите, Господин.

— О твоей племяннице, Беллатрикс. И вашей, Люциус и Нарцисса. Она только что вышла замуж за оборотня, Ремуса Люпина. Вы, наверное, так гордитесь.

Стол взорвался глумливым хохотом. Многие наклонились вперёд, чтобы обменяться ликующими взглядами, некоторые стучали кулаками по столу. Огромная змея, которой не понравилось, что её потревожили, открыла пасть и злобно зашипела, но Пожиратели Смерти не слышали этого, так ликовали они по поводу унижения Беллатрикс и Малфоев. Лицо Беллатрикс, недавно залитое румянцем радости, теперь покрылось уродливыми красными пятнами.

— Она нам не племянница, Господин, — ответила она, перекрикивая весёлый шум. — Мы - я и Нарцисса - не виделись с нашей сестрой с тех пор, как она вышла замуж за грязнокровку. Её отродье не имеет к нам никакого отношения, как и животное, за которое она вышла замуж.

— Что скажешь, Драко? — спросил Волдеморт. Несмотря на то, что он говорил тихо, голос его каким-то образом перекрывал гвалт и хохот, царившие в комнате. — Будешь нянчить волчат?

Весёлый шум усилился. Драко Малфой в ужасе повернулся к отцу, который сидел с опущенной головой и смотрел на свои колени, потом поймал взгляд матери. Она почти незаметно качнула головой и снова устремила свой бесстрастный взгляд на противоположную стену.

— Хватит, — сказал Волдеморт, поглаживая разгневанную змею. — Достаточно.

И смех мгновенно прекратился.

— Многие из наших старейших семейных древ немножко подгнили со временем, — сказал он. Беллатрикс, затаив дыхание, умоляюще смотрела на него. - Вам нужно подрезать ваше, чтобы оно оставалось здоровым, не так ли? Отрезать то лишнее, что пагубно влияет на здоровье всего дерева.

— Да, Господин, — прошептала Беллатрикс, и её глаза вновь наполнились слезами благодарности. — При первой же возможности!

— Она у вас появится, — сказал Волдеморт. — И в вашей семье, и во всём мире… мы будем отсекать ту гниль, что заражает нас, пока не останутся лишь те, в ком течёт истинная кровь…

Волдеморт поднял палочку Люциуса Малфоя, направил её на медленно вращающуюся фигуру над столом и легонько взмахнул. Человек со стоном очнулся и начал извиваться, пытаясь освободиться от невидимых пут.

— Узнаёшь ли ты нашу гостью, Северус? — спросил Волдеморт.

Снейп поднял глаза на перевёрнутое лицо. Все Пожиратели Смерти теперь смотрели на пленницу, как будто получили разрешение проявить любопытство. Как только она повернулась лицом к камину, женщина надтреснутым, полным ужаса голосом произнесла:
- Северус! Помогите мне!

— Ах, да, — спокойно сказал Снейп, а пленница тем временем вновь отвернулась от него.

— А ты, Драко? — спросил Волдеморт, поглаживая голову змеи свободной рукой. Драко нервно мотнул головой. Теперь, когда женщина очнулась, он, казалось, больше не в силах был смотреть на неё.

— Конечно, ты ведь не стал бы посещать её занятия, — добавил Волдеморт. — Для тех из вас, кто не знает, сегодня у нас в гостях Чарити Бёрбидж, которая до недавнего времени преподавала в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс.

Возгласы понимания донеслись с разных концов стола. Полная сгорбленная женщина с острыми зубами загоготала.

— Да… Профессор Бёрбидж преподавала детям волшебников о магглах… Рассказывала о том, что они не так уж отличаются от нас…
Один из Пожирателей плюнул на пол. Чарити Бёрбидж вновь оказалась лицом к Снейпу.

— Северус… Пожалуйста… Прошу вас…

— Тихо, — сказал Волдеморт, ещё раз взмахнув палочкой Малфоя, и Чарити замолчала, словно во рту у неё появился кляп. — Видимо, ей недостаточно было развращать и засорять умы детей волшебников, поэтому на прошлой неделе Профессор Бёрбидж написала пылкую статью в защиту грязнокровок в «Ежедневный Пророк». Волшебники, по её словам, должны принять этих похитителей их знания и магии. Вырождение чистокровных, говорит профессор Бёрбидж, —очень желательное явление… Будь её воля, мы бы все спаривались с магглами… или, без сомнения, с оборотнями…

На этот раз никто не засмеялся. В голосе Волдеморта были отчетливо слышны гнев и презрение. В третий раз Чарити Бёрбидж повернулась лицом к Снейпу. Слёзы из её глаз стекали в волосы. Снейп смотрел на неё совершенно бесстрастно, и она вновь медленно отвернулась от него.

Авада Кедавра.

Вспышка зелёного света осветила каждый уголок комнаты. Чарити с гулким грохотом упала на стол, который задрожал и заскрипел. Несколько Пожирателей подскочили и отпрянули назад в креслах. Драко упал со своего на пол.

— Кушать подано, Нагини, — мягко сказал Волдеморт, и огромная змея, качнувшись, сползла с его плеч на полированную деревянную поверхность стола.

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License