7 Epilogue

Осень в этом году наступила как-то внезапно. Утро первого сентября было золотым и похрустывающим, как яблоко, и когда небольшое семейство торопливо пересекало шумную улицу, направляясь к большому покрытому копотью вокзалу, дым от выхлопов автомобилей и дыхание прохожих искрились в студёном воздухе, будто серебряная паутина. Две большие клетки дребезжали поверх нагруженных тележек, которые толкали перед собой родители; совы, сидящие в них, возмущенно ухали, а рыжеволосая девочка, чуть не плача, брела вслед за своими братьями, ухватившись за отцовскую руку.
- Осталось уже совсем недолго, и ты тоже поедешь, - сказал ей Гарри.
- Два года, - хлюпала носом Лили, - А я хочу сейчас!
Пассажиры на вокзале с любопытством разглядывали сов, пока семейство продвигалось к разделительному барьеру между платформами девять и десять. Голос Альбуса донёсся до Гарри сквозь окружающий шум; его сыновья продолжали спор, начатый ими ещё в автомобиле.
- Не буду! Не буду я в Слизерине!
- Джеймс, прекрати! – сказала Джинни.
- Я только сказал, что он может туда попасть, - ухмыльнулся младшему брату Джеймс. – Ничего тут такого нет. Он может попасть в Слизе…
Но, встретившись взглядом с матерью, Джеймс замолк. Пятеро Поттеров подошли к барьеру. Задиристо взглянув через плечо на младшего брата, Джеймс забрал у матери свою тележку и побежал. Мгновением позже он исчез.
- Вы же будете мне писать, будете? – немедленно спросил родителей Альбус, воспользовавшись временным отсутствием брата.
- Каждый день, если захочешь, - ответила Джинни.
- Не каждый день, - быстро ответил Альбус. - Джеймс говорил, что большинство учеников получают письма из дома где-то раз в месяц.
- Джеймсу в прошлом году мы писали три раза в неделю, – сказала Джинни.
- И не следует верить всему, что он рассказывает тебе о Хогвартсе, - добавил Гарри. - Твой братец вообще любит пошутить.
Бок о бок они начали толкать вторую тележку, набирая скорость. Когда они достигли барьера, Альбус вздрогнул, но столкновения не последовало. Вместо этого семья оказалась на платформе 9 и ¾, окутанной густой пеленой белого пара, валившего от алого Хогвартс-Экспресса. Неясные фигуры сновали в тумане, в котором уже успел скрыться Джеймс.
- Где же они? – тревожно спросил Альбус, вглядываясь в туманные очертания, мимо которых они пробирались по платформе.
- Мы найдём их, - успокоила его Джинни.
Но пар был настолько густым, что различить чьи-либо лица было чрезвычайно сложно. Голоса, оторванные от своих невидимых обладателей, звучали неестественно громко. Гарри показалось, что он услышал Перси, громко рассуждающего о регламентации пользования мётлами, и он обрадовался, что у них есть предлог не останавливаться, чтобы поздороваться.
- Я думаю, это они, Ал, - произнесла Джинни неожиданно.
Из дымки возникла группа из четырёх человек, стоявших у самого последнего вагона. Их лица стали различимы лишь тогда, когда Гарри, Джинни, Лили и Альбус подошли к ним вплотную.
- Привет, - поздоровался Альбус, и в его голосе прозвучало огромное облегчение.
Роуз, уже одетая в новенькую форменную мантию Хогвартса, просияла ему в ответ.
- Нормально припарковался или как? – спросил у Гарри Рон. - Я - да. Гермиона вот не верила, что я смогу сдать маггловский экзамен по вождению. Она думала, мне придётся запутать экзаменатора Конфундусом.
- Неправда, - возразила Гермиона. - Я полностью в тебя верила.
- По правде говоря, я и вправду его Законфундил, - шепнул Рон Гарри, пока они вместе поднимали чемодан и сову Альбуса в поезд. - Я всего-то забыл смотреть в боковое зеркало, и скажем прямо, я же вместо этого могу просто использовать Чары Сверхчувствительности.
Вернувшись на платформу, они нашли Лили и Хьюго – младшего брата Роуз, – за оживлённым обсуждением того, в какой Дом они попадут, когда наконец-то отправятся в Хогвартс.
- Не попадёшь в Гриффиндор - лишим тебя наследства, - сказал Рон. - Но мы на тебя не давим.
- Рон!
Лили и Хьюго рассмеялись, но Альбус и Роуз выглядели серьёзными.
- Он не то имел в виду, - хором сказали Гермиона и Джинни, но Рон уже не обращал внимания. Поймав взгляд Гарри, он незаметно кивнул головой, указывая на место ярдах в пятидесяти от них. Дымка на мгновение рассеялась, и три человека стали отчётливо заметны на фоне клубящегося тумана.
- Взгляни-ка, кто это.
Драко Малфой стоял там со своей женой и сыном, одетый в наглухо застёгнутое тёмное пальто. Волосы его несколько поредели, что ещё более подчёркивало острый подбородок. Новенький мальчик походил на Драко так же сильно, как Альбус походил на Гарри. Драко заметил пристальные взгляды Гарри, Рона, Гермионы и Джинни, коротко кивнул и снова отвернулся.
- Это, стало быть, и есть маленький Скорпиус, - понизив голос, произнёс Рон. –Постарайся обойти его на всех экзаменах, Роузи! Хвала небесам, ты унаследовала мамины мозги.
- Рон, ради всего святого, - сказала Гермиона полушутливо-полусерьёзно. – Не настраивай их друг против друга ещё до того, как они начали учиться!
- Ты права, извини, – начал было Рон, но, не в силах справиться с собой, добавил: - Только не будь с ним уж слишком дружелюбной, Роузи. Дедушка Уизли никогда не простит тебе, если ты выйдешь замуж за чистокровного.
- Эй!
Это вернулся Джеймс. Он уже отделался от своего чемодана, совы и тележки, и его явно просто распирало от новостей.
- Там Тедди, - запыхавшийся Джеймс указал через плечо на вздымающиеся клубы пара. - Только что его видел! И угадайте, что он там делает? Целуется с Виктуар!
Он уставился на взрослых, явно разочарованный отсутствием реакции.
- Наш Тедди! Тедди Люпин! Целуется с нашей Виктуар! Нашей двоюродной сестрой! И я спросил Тедди, чего это он делает, а…
- Ты их прервал? - воскликнула Джинни. - Ты прямо как Рон…
- … а он сказал, что пришёл её проводить! А потом велел мне убираться. Он целуется с ней! – добавил Джеймс, будто беспокоясь, что он недостаточно понятно всё объяснил.
- О, это было бы так чудесно, если бы они поженились! – восторженно зашептала Лили. - Тедди бы тогда стал частью нашей семьи по-настоящему!
- Он уже и так заходит к нам на обед по четыре раза в неделю, - заметил Гарри. – Может нам уж предложить ему переселиться к нам, и дело с концом?
- Да! – пришёл в восторг Джеймс. - Я бы не возражал жить в одной комнате с Алом – мою комнату можно отдать Тедди!
- Нет! – твёрдо сказал Гарри, - Ты и Ал будете жить в одной комнате, только если я захочу разрушить наш дом.
Он взглянул на старые потёртые часы, некогда принадлежавшие Фабиану Прюэтту.
- Уже почти одиннадцать, вам лучше поторопиться на поезд.
- И не забудь передать Невиллу, как мы его любим! - сказала Джеймсу Джинни, обнимая его.
- Мам! Не могу я сказать своему преподавателю, что мы его любим!
- Но ты ведь знаком с Невиллом!
Джеймс закатил глаза.
- Дома - да, но в школе-то он – профессор Лонгботтом, так ведь? Не могу же заявиться на Гербологию и сказать, что мы его любим
Покачав головой на безрассудство матери, он дал выход своим эмоциям, брыкнув ногой в сторону Альбуса:
- Увидимся, Ал. Берегись Тестралей.
- Я думал, они невидимые? Ты же говорил, что они невидимые!
Но Джеймс лишь рассмеялся, позволил матери поцеловать себя, коротко обнял отца, и тут же вскочил в быстро наполняющийся школьниками поезд. Они увидели, как он махнул рукой, а потом помчался по проходу искать своих друзей.
- О Тестралях тебе не стоит тревожиться, - успокоил Альбуса Гарри, - Они кроткие существа, в них нет ничего страшного. В любом случае, вы не поедете в школу в каретах, вы поплывёте на лодках.
Джинни поцеловала Альбуса на прощание.
- Увидимся на Рождество.
- Пока, Ал, - сказал Гарри, когда сын обнял его, - Не забудь, Хагрид пригласил тебя на чай в следующую пятницу. Не связывайся с Пивзом. Не дерись ни с кем на дуэли, пока не научишься, как это делается. И не позволяй Джеймсу себя доводить.
- Что если я попаду в Слизерин? - он прошептал это только отцу, и Гарри знал, что лишь момент отъезда заставил Альбуса открыть, как сильно и искренне он боялся этого.
Гарри присел, так что его лицо оказалось чуть ниже лица Альбуса. Единственный из троих детей Гарри, Альбус унаследовал глаза Лили.
- Альбус Северус, - произнес Гарри тихо, так что никто не мог его слышать, кроме Джинни, а она очень тактично сделала вид, будто машет рукой Роуз, которая уже села в поезд, - ты был назван в честь двух директоров Хогвартса. Один из них был слизеринцем и, пожалуй, самым храбрым человеком, какого я когда-либо знал.
- Но если всё же
- … в таком случае Дом Слизерина приобретёт превосходного ученика, ведь так? Для нас это не имеет значения, Ал. Но если это важно для тебя, ты сможешь выбрать Гриффиндор вместо Слизерина. Распределяющая Шляпа учтёт твой выбор.
- Правда?
- Мой выбор она учла, - заверил его Гарри.
Он никогда прежде не говорил об этом своим детям и увидел изумление на лице Альбуса, когда сказал это. Но теперь двери стали захлопываться по всей длине алого поезда, и неясные силуэты родителей хлынули к нему для прощальных поцелуев и последних наставлений. Альбус запрыгнул в вагон, и Джинни закрыла за ним дверь.
Ученики свешивались из ближайших окон. Множество лиц, и в поезде, и на платформе, казались обращёнными к Гарри.
- Чего они все уставились? – спросил Альбус, пока они с Роуз вытягивали шеи, чтобы поглядеть на других учеников.
- Не беспокойся об этом, - ответил Рон, - Это на меня. Я чрезвычайно знаменит.
Альбус, Роуз, Хьюго и Лили рассмеялись. Поезд тронулся, и Гарри пошёл рядом с ним, глядя на тонкое лицо сына, уже горящее радостным волнением. Гарри продолжал улыбаться и махать ему на прощание, хотя для него это была словно маленькая, но тяжёлая утрата – смотреть, как его сын удаляется от него…
Последние клочки пара растворилось в осеннем воздухе. Поезд свернул за поворот. Рука Гарри все ещё была поднята в знак прощания.
- С ним всё будет в порядке, - шепнула Джинни.
Гарри взглянул на неё, рассеянно опустил руку и коснулся шрама-молнии на лбу.
- Я знаю.
Шрам не тревожил Гарри уже девятнадцать лет. Всё было хорошо.

Unless otherwise stated, the content of this page is licensed under Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License